Наталья Юрай – Несколько капель света (страница 4)

Пробираясь сквозь кусты к окнам, Мэдди поймала языком первые снежинки. Заметно похолодало, потому за камин и крышу над головой нужно будет побороться. Прижав нос к стеклу, она попыталась разглядеть человека, сидевшего в кресле у огня. Видна была только светлая макушка и рука с пустым бокалом, свисающая с подлокотника. На крошечном кофейном столике громоздились откупоренные и непочатые бутылки вина, нарезанная кровяная колбаса, несколько ломтей хлеба и странный предмет, напоминавший цилиндр с крышкой. На спинке одного из стульев висел обычный камзол. От сердца отлегло: это не гвардеец!

Тонкое лезвие кинжала аккуратно поддело язычок замка. Нежданный гость, возможно, не догадывался о двери, ведущей из кухни во двор.

Когда были живы король с королевой, и дом ещё не был подарен какому-то особо выслужившемуся вельможе, они часто привозили сюда дочь и Марту. Девочки исследовали каждый закоулок, часами играли с собаками в псарне и кормили лошадей в конюшне, рассматривали охотничьи трофеи – чучела зайцев, лис и оленей, что тогда ещё водились в этих местах. Им, неутомимым озорницам, были известны голоса всех скрипучих половиц и ступенек, на которые нельзя было наступать, чтобы не встревожить взрослых, полагающих, что дети уже спят. Никем не услышанные Мэдди и Марта воровали булочки и сладости из кухни, но сейчас, после пережитых домом переделок, нужно было быть внимательнее, чтобы вот так, как в эту секунду принцесса, не задеть полой плаща пустой горшок!

Оглушительный грохот пригвоздил девушку к полу. Черепки разбившегося горшка покачивалась в узкой полосе света, пробивающейся из-под двери. Она сделала еще пару шагов и вжалась в стену. Но ничего не произошло. Никто не заскочил в кухню со шпагой наперевес, никто не закричал: «Эй, кто там!?» Возможно, незнакомец пьян или спит? Ну, ему же хуже!

С величайшей осторожностью Мэделейн потянула на себя дверь, что даже не скрипнула, но ровно через два шага острое лезвие прижалось к девичьей шее. Мужской голос вкрадчиво спросил: «Кого ищешь?».

Однако гость явно не был готов к тому, что удар локтем под дых в этот раз удастся принцессе особенно хорошо.

— О, герцог Гоулден! Рада приветствовать вас в границах чужой собственности! Вижу, вы немного приболели.

В глазах приторного блондина, согнувшегося пополам, читалось удивление: ещё бы, не каждый день тебе даёт тумака наследница престола!

— Ваше высочество, это недоразумение…

— И ещё какое, смею заметить! Что вы здесь делаете?

— Я...

Откровения Гоулдена прервала Марта, ворвавшаяся в дверь с поленом наперевес. Её зелёные очи вспыхнули радостью при виде мужчины мечты, представшего перед дамами в распахнутой на груди рубахе.

— Ой! Добрый вечер, милорд! – рыжуля сделала книксен, не выпуская полена из рук.

Что и говорить, горничная принцессы не имела права быть доверчивой простушкой. Гоулден выпрямился и попытался оправиться, что в его случае мало помогло – он был бос и не причёсан.

— Хорошо, – злость Мэделейн слегка улеглась, и принцесса готова была к мирным переговорам о занятых территориях. – Давайте пройдем в гостиную, обсудим право первой ночи.

Марта сделала большие глаза, но её благородной подруге было плевать на предупредительные знаки. Мэдди отдавала себе отчет в том, что репутация наследницы престола уже катилась по наклонной. Герцог пропустил хозяек дома вперёд, а войдя в гостиную, бросился обуваться и одеваться.

Почему-то огонь совсем не согревал наследницу короля Якоба, она протянула руки ближе к пламени – оно завораживало и успокаивало. Племянник Хостера откашлялся:

— Ваше высочество, должен объяснить своё появление в этом доме, как я предполагаю, принадлежащем вам.

— Валяйте!

Марта может сколько угодно надувать губы и укоризненно качать головой, ибо только сейчас до Мэдди стала доходить во всех деталях отвратительная правда: они в бегах, их ищут, власть, скорее всего, в полной мере перешла к регенту и лордам-министрам, а она выслушивает нелепые объяснения высокородного блондина.

— Я возвращался домой, но оказалось, что переночевать на постоялом дворе невозможно – ярмарка в самом разгаре. Его хозяйка дала мне ключи, поскольку знает меня хорошо. Она сказала, что дом давно пустует, и владельцы далеко. Прошу прощение за столь непозволительную вольность. Не думал, что…

— Ваши извинения приняты. – перебила его Мэдди. Она всё ещё не могла согреться, зубы стучали, и кожа покрывалась мурашками. – Мы с Мартой займём верхние, самые большие покои, вы, я надеюсь, не посмеете подняться на второй этаж, а поскольку на первом спален нет, будете спать здесь, вот на этом диванчике.

Герцог покорно кивнул.

Через час все успокоились и заняли свои места. Мэделейн проснулась среди ночи от того, что внутри нарастала изнурительная жажда. Марта крепко спала, укутавшись в одеяло по самый веснушчатый нос, и не было нужды её будить. Принцессе становилось нестерпимо жарко, мужская рубашка, которая едва доходила до середины бедра, вымокла от пота. Девушка взяла свечу и спустилась в кухню, пройдя сквозь гостиную, где, заложив руки под голову и скрестив ноги, спал на диване герцог. Шарить на полках было бесполезно: воды в пустующем доме не было, но блондин сегодня пил вино! Та ещё альтернатива, однако выбирать всё равно было не из чего. Глоток красного сделал только хуже. В горле запершило, Мэделейн закашлялась и, конечно же, неловко задела и опрокинула полупустую бутылку. Не зря отец звал наследницу неуклюжей.

— Ваше высочество?! – герцог вскочил мгновенно, но его сонные глаза ещё некоторое время отказывались верить в то, что видели перед собой. – Чёрт возьми!

— Совершенно согласна с вами, герцог! – Мэдди становилось всё хуже, комната начинала кружиться, пол крениться в сторону, в ушах нарастал гул, а в желудке тошнота. – Вам, вероятно, не доводилось еще видеть голые ноги принцесс...

А потом она упала ему на руки. Дальнейшее наследница престола помнила лишь урывками.

Глава 3

— Да погодите же! Вы обварите ей лицо!.. Эй, нужно отжать полотенце, вот так! – голос Марты доносился откуда-то издалека. – Очнулась! Ты так напугала меня, Мэдди. Это всё мокрая голова и холодная погода. Ты простыла.

— Я… О!

Марта была права. Дикая боль в горле и сухой кашель прервали ответную реплику принцессы.

— Итан, подайте питьё! – в голосе Марты слышался страх.

«Интересно, и кто у нас тут Итан? – подумала Мэделейн. – А, это блондин!»

Невыносимо было воспринимать отвратительную действительность и, видимо, именно по этой причине наследница опять провалилась в тёмную бездну.

Потом сквозь затуманенное сознание пробивались крики, суета, мужские руки, крепко держащие её на весу, тряска в карете, снова крики, снова суета, приятная мягкость постели, чужие лица, и голос. Голос, который сопровождал её всюду – глубокий, похожий на чёрный бархат. Конечно, это не хриплый говор моряка, но его вибрации вели девушку по коридорам горячечных лабиринтов, чтобы она не заблудилась окончательно.

— Мэделейн? Мэделейн?! Мэделейн! – бархат выстилал дорожку к свету, но принцесса отчего-то сопротивлялась.

Диковинные животные, красные небеса, отец с матерью, стреляющие из лука в фиолетовом парке, Марта, стоящая посреди горящего старого дома, Гоулден, превращающийся в смуглого красивого брюнета, а потом обратно в самого себя. Красивый белый жеребец, умирающий на снегу, мрачное подземелье, по которому она, Мэделейн бредет в страхе. Всё смешивалось в перекатывающийся воспоминаниями и фантазиями калейдоскоп и затягивало. Наконец девушка открыла глаза. Жар спал, и её молодое сильное тело выбрало жизнь, не пожелав сдаться болезни. Сесть никак не получалось, не хватало сил. Принцесса уставилась в потолок. Что это над её головой? Красный шёлк? А где гобелен со сценами охоты? Откуда эта жуткая бахрома и нелепые ленты, спускающиеся вниз? Где она? Марта?

— Марта! – вместо крика из горла вырвалось лишь противное сипение. По стене проскользила тень, и племянник лорда Хостера нагнулся над принцессой.

— Что?

— Где Марта?

— Ваша камеристка осталась в своём доме, госпожа Мэделейн. – герцог говорил вежливо, но принцесса разозлилась: как блондин посмел назвать её госпожа? – Когда вы окончательно придёте в себя, я вам непременно всё расскажу.

В его глазах плясали то ли черти, то ли отблески свечей. Он, похоже, издевается, подумала девушка.

— Вы хотите пить? Вам принести поесть? Что вы желаете, воды?

Принцесса отрицательно замотала головой, и блондин с видимым облегчением выпрямился.

— Сейчас же пошлю за лекарем, он определит дальнейшее лечение!

— Нет! – сипение вышло угрожающим. – Не нужно никого звать!

— Как пожелаете, госпожа! Лекарь – это преданный мне человек и не выдаст вашу… нашу тайну.

Значит, Марта все рассказала слащавому аристократу. Что ж, тем лучше, не нужно объясняться. Мэделейн с трудом сглотнула. Герцог Гоулден слегка поклонился и снова сел в высокое кресло, чтобы, по всей видимости, вернуться к чтению.

Не на ту нарвался, красавчик! Мэдди сжала кулаки. Никакая книжка не может быть интереснее принцессы, и нищий щёголь скоро это поймёт! Дождавшись, пока мужчина усядется поудобнее и погрузится в роман, больная спросила:

— Я запамятовала, как вас зовут?

Ни черта не расслышавший со своего места Гоулден подскочил и отложил книгу на пристенный столик.