Наталья Варварова – Моя фальшивая няня (страница 18)

Это не в претензию; просто сложно одновременно целоваться и держать в узде чары. Когда в последние годы я задумывалась о постели, то приходила в ужас — и вовсе не от природной застенчивости.

Пробовала однажды запереться с однокурсником в университетской спальне и получила опыт, который иногда снился мне в кошмарах. Чего только стоили сжатые от отвращения губы крылатого красавчика, по которому сохла вся академия (и я в том числе).

Тогда я благоухала смрадом, потому что ради ночи с ним вынужденно искупалась в подавителях. Юный демон добивался меня полгода и тоже не собирался отступать… В общем, повторить эту жуть не мечталось.

До того, как я получу полный контроль над чарами, об интимной стороне можно забыть. А он невозможен без инициации. И пусть это необязательно то, что имел в виду мерзкий Вассаго, но без участия одного из первых демонов не обойтись. После церемонии он впишет меня в особый свиток и вручит лицензию. Скорее всего вместе с уже знакомыми рабскими браслетами — ведь я перейду в полное распоряжение Бездны, то есть нашего владыки.

Красивые ухаживания, помолвка и свадьба — это не для меня. Ни сейчас, ни потом. Я смирилась и все равно не выносила истории про юных дурочек, которые, преодолев полосу страданий, получали свое «долго и счастливо».

— Это же здорово, Ада, — заметил Риччи. — Дюймовочка вышла замуж за принца, хотя работала обычной служанкой.

Он клевал носом на постели, обложившись мягкими игрушками. На этот раз только медвежонок удостоился чести попасть на подушку под левую щеку. Виверна за некие прегрешения была отправлена в угол.

— Милая Ада слишком талантлива, чтобы согласиться на принца. Ей подавай императора или властелина параллельных измерений. Она девушка с амбициями.

Вассаго, как и вчера, воплотился у нас за спиной, не пользуясь дверью. Что-то подобное я и предполагала. С другой стороны, если я буду передавать вахту папаше каждый день в это время, то одновременно он не сможет караулить меня у спальни.

— Тогда, папа, тебе придется постараться. Ада хорошая. Сильвия замечает меня только, когда приходят гости.

Я срочно вмешалась.

— Никаких больше принцев и невест. Завтра читаем про боевых демонов. Начнем с мифов Центральных земель. В детстве я их обожала.

Поцеловала ребенка в белобрысую макушку. Пускай это станет традицией, и плевать, что об этом думал барон. В ответ Риччи повис на мне. Алистер снимал сына с мягкими увещеваниями.

Внутренний голос попытался вякнуть, что к чужим детям привязываться нельзя. Демоненок настолько мал, что, помимо своей воли мог образовать крепкую эмоциональную связь и пострадать, если я исчезну.

Но ведь отсутствие ламии Бетси он пережил без трагедий. Легко принял версию, что она внезапно уехала к родственникам.

— Риччи невозможно обмануть, — вдруг глухо заявил барон мне вслед. — Он считывает отношение к нему и, как правило, отзеркаливает. В этом он по-своему превосходит сестру.

Я обернулась. Мальчик уже дремал. Вассаго сидел рядом, нахохлившийся и совершенно неуместный в детской… Это предупреждение? Чтобы не старалась заменить ту, кем не являлась? Не говоря ни слова, я заторопилась прочь.

В спальне первым делом заперлась, убедилась, что Верна нет в комнате и прижалась лбом к дверному косяку. Этот день превзошел даже вчерашний. В актив можно было записать улыбки Густы и Риччи, нежданную и без преувеличений бесценную помощь Вилкса, а в минус — практически все остальное.

Ну, и теперь я могу увешать хоть всю комнату магическим щитами Кроули. Этим я, не откладывая, и занялась. Барон меня раскрыл, другие же вряд ли настолько хорошо разбирались в магии родовитых семейств Ада.

Переоделась ко сну. Забрала из раковины талмуд о древних демонах Бездны. Я и без подсказок Верна сообразила, что доставка работала в обе стороны. Запрос подавался простым постукиванием по позолоченным краям. Библиотечный дух мне не отказал, и появился шанс разобраться, к каким именно демонам относился Вассаго.

Имелось еще кое-что. Виверны перед большой войной ушли служить не какому-то барону. Я не сомневалась, что имени их покровителя в описании событий той далекой эпохи я не найду. Он так залил нашу землю кровью, что заслужил ненависть собственного народа. Того самого, освобождать который он поднялся.

Высший. Извечный. Зловещий. Диктатор-победитель через эпоху был предан безымянному проклятию. Чтобы ни одно упоминание не усиливало его, развоплощенного до состояния праха… Сердце болезненно сжалось. Барон не так давно обрел физическое тело. Неужели он тоже был на той войне, а потом получил власть над вивернами вслед за своим господином?

Нет, разбираться сегодня с этим я не готова. Следующая порция потрясений откладывалась на завтра. Водрузила книгу на прикроватную тумбу и, усевшись на постель, больно впечаталась мягким местом во что-то каменное.

Как можно быть настолько невнимательной? На покрывале в центре ложа кто-то оставил шкатулку размером примерно с человеческую голову. Лишенную украшений, резьбы и каких либо узоров, — из черного матового металла.

Коротко ругнулась и отодвинулась. Если к ней привязали заклинание, реагирующее на прикосновение, то я уже. Как это понимать? Ловушка, очередная пакость?

Над шкатулкой, примерно на уровне моего носа, в воздухе загорелись изящные каллиграфические буквы. Один из официальных шрифтов Древней Бездны. Таким запечатывали курганы или оставляли послание на главных воротах.

— Адаманте Кроули с вечной благодарностью, — прочитала я.

Надпись растаяла в воздухе, обратившись в дым. Повезло, что не в пепел. В этот же миг крышка распахнулась.

— Вот же чертов псих, — выдохнула, не сумев сдержать восхищения.

Глава 30.

Из шкатулки вынырнул камень цвета мрака. Такой крупный, что, должно быть, помещался туда с трудом. Вокруг него распространялось клубящееся марево, искажая видимость. Однако я не чувствовала опасности. Марево не расползалось и лишь указывало на магическую природу источника.

Сначала я приняла подарок за черный корунд. Редкий и отчаянно дорогой минерал, который однажды видела в родительской сокровищнице, когда нас с Патриком водили туда на экскурсию. Но вдруг внутри камня замерцали алые всполохи и будто зажегся огонь, озаряя черные полупрозрачные грани.

Теперь любой, рожденный в Аду, узнал бы его. Услышал сердцем, даже если до этого не подозревал о его существовании. Но я-то училась не только заклинаниям и приемам ближнего боя — рагнар, он же поцелуй Бездны, как ни в чем не бывало светился у меня на кровати.

Это застывшее пламя из самого сердца Горнил, с какой-то стати позволившее взять себя в смертные руки. Рагнар невозможно купить, нельзя продать. Его не получится отобрать силой. Вассаго расстался с ним по собственному желанию.

Я обомлела и позволила себе поднести ладони поближе. От него исходил жар, знакомый с детства каждому огненному магу. Такой охватывал меня перед сильным выбросом. Как озноб наоборот, когда гортань наполняется щекочущим пламенем, и оно же разбегается по всему телу.

Следующим порывом было захлопнуть крышку. Мне показалось, что это чудо сейчас исчезнет от контакта с реальностью. Для надежности я спрятала его в саквояж, откуда уже никто кроме меня не достанет.

Наверное, в этот момент я представляла собой жуткое зрелище — в ночнушке и босиком, с всклокоченными рыжими волосами и наполовину проявившимися «родными» чертами лица (чары-то сбились), прижимающая ларец к животу.

Выдохнула, когда забралась обратно в кровать. Даже не подумаю предлагать барону вернуть сокровище. Раз, по его мнению, я заслужила подобный дар, то, кто я такая, чтобы спорить? Мысль, что у него могли иметься и другие рагнары и что этим подарком он не обделил Густу и Риччи, не умещалась в голове. Это невозможно. Наверное.

Рагнар мог сотворить практически все. Оживить или вернуть здоровье близкому человеку. Про богатство, способности, внешность, перемещение в другие миры я вообще молчу. Эта штука сумела бы погасить во мне запретную магию. Снять с нас с бароном наручники…

Условий было всего несколько — рагнар применялся строго один раз и не воздействовал на чувства. С его помощью нельзя внушить любовь или ненависть. Но этого мне как раз и не требовалось. Стать владелицей рагнара — это гарантировать себе свободу идти своим путем.

Неужели барон не осведомлен о его свойствах? Нет, невозможно. Он и в самом деле псих, раз одной рукой неволит, а другой выписывает вольную.

Я отправилась в ванную, напевая во весь голос. Музыкальность не относилась к числу моих талантов, поэтому домашним духам лучше ретироваться подобру-поздорову. Впрочем, на одно лишь пение я не уповала и создала вокруг ванны еще один щит. Ну, а что; я до сих пор не представляю, что за анаконда пыталась скрасить мое одиночество в прошлый раз.

Вернувшись в комнату, заметила, что в чаше появились новые подношения — горячий взвар, тарелка с мясными чипсами и роман в мягкой обложке «Кровавая невеста проклятого гуля». Я как раз начала читать эту серию, но до новинки не добралась.

Верн, если это был он, настроил «раковину» на режим предугадывания желаний. Как же хорошо… Только я не намерена растрогаться до такой степени, чтобы забыть, как этим вечером хозяин дома пытался привязать меня к себя.