Наталья Варварова – Моя фальшивая няня (страница 20)

Риччи вместо няни теперь опекала одна из горничных по имени Летиция. Она помогала ему переодеваться, выводила к отцу на прогулку и следила за тем, чтобы соблюдалось составленное мной и бароном расписание.

Летти произвела на меня хорошее впечатление, хотя до этого я ее в замке не видела. Она не была человеком и не была мелким бесом. По-моему, барон выписал к сыну горгулью. На это намекали заостренные зубы, длинный нос со скошенным кончиком и треугольная форма ушей.

Она почти не разговаривала, но Риччи вполне искренне улыбалась. Когда она открывала рот, мальчик принимался вслух считать количество ее зубов. Обычно он отвлекался на шестидесяти. К тому же Летти не имела привычки долго сидеть с распахнутым ртом.

Нянюшкины обязанности выполнялись, и оба были довольны друг другом. Чтобы сделать Летти приятное, мальчик стал учиться завязывать шнурки. Заметив мое повышенное внимание, Летиция стала присматривать и ко мне, и очень скоро между нами случилась неизбежная стычка.

Когда я, вся раскрасневшаяся, привела Риччи с занятия по шарометанию и Вилкс тут же забрал его из детской на обед, Летти раскрыла шикарную пасть и попробовала прижать меня к стене. Над головой поднялось что-то наподобие капюшона, держащегося на роговых наростах. Под глазами до середины щек повисли дряблые мешки.

Обычно горгульи пребывают в счастливой уверенности, что способны напугать противника одним своим видом — ровно до тех пор, пока им не попадается хищник, который отсекает это заблуждение вместе с жизнью. В общем, я бы на ее месте на одну лишь внешность не рассчитывала.

— Ты странно пахнешь, человечка. Как ушат дерьма. Перестань следить за мной и не распускай слюни на мальчика. Знай свое место.

Нет, я бы поняла, если бы мне предложили не зариться на чудо как прекрасного барона и если бы это сделала Сильвия… А терпеть наглость низшего демона — да пусть Вассаго лучше следит за своей челядью!

Когтистые лапы ухватили меня за плечи; я сжала их стремительно нагревающимися руками и отбросила в сторону. Горгулья зашипела теперь уже от боли. Затем с силой оттолкнула ее от себя. Кошмарина отлетела к окну. Она не успокоилась и попробовала подняться, выпустив поверх остальных зубов ядовитые клыки. Значит, придется еще немного подогреть ее сверху…

— Эй, девочки! Разбежались обе, поединки окончены. Не надо пугать слуг и расстраивать мальчика. Ребекка, нельзя жечь Летти. А ты, Летти, не вздумай ее кусать. Каждая из вас заботится о Риччи. Поэтому друг другу не мешаем. Все понятно?

Алистер шагнул в комнату из портала и тут же прикрыл его. Мне показалось, что он не хотел, чтобы я рассмотрела помещение, которое он только что покинул.

Не представляю, как барон отреагировал так быстро. Скорее всего, клятый браслет подсказал ему, что я вступила в схватку. Учитывая вечный бардак в его замке, это не такая уж бесполезная функция.

Мы обе отрицательно покачали головами в ответ на его слова.

— То есть вы знаете, что это огненный маг, хозяин? Могли бы предупредить. Она носит чужую шкуру, следит за мной и еще привязывает себя к мальчику. Он от нее без ума.

Горгулья поднялась с пола, встряхнулась и снова походила на человека.

— Ничего подобного, — возмутилась я. — Не оказываю на Риччи никакого воздействия. Он от природы любознательный. Активно контактирует с окружающими.

Неужели Алистер ей верит? Барон взмахнул рукой, призывая нас умолкнуть.

— Летти, ты молодец. Вычислила нашу Аду, а ей удавалось обманывать многих именитых демонов. Отправляйся к Вилксу и предупреди, чтобы за полчаса навели здесь порядок.

— Хозяин, в доме небезопасно. Здесь творят магию и прячут ее следы. Я бы не доверяла магичке, — просипела горгулья и выскочила в окно.

Наступил момент, которого я всякий раз боялась. Мы остались с ним вдвоем.

— Как вы находите неприятности, юная графиня? У вас магнит, не иначе.

— А что вам мешало познакомить нас заранее? Наверное, планировали столкнуть лбами. Что я должна была думать, когда заметила, что за ребенком теперь присматривает рукокрылое…

Алистер разглядывал меня, заломив бровь. От него не укрылось, что сегодня мои волосы сияли огнем прямо с утра. Да и снадобье Верна действовало отлично. Скоро ночь, а я не похожа на дикобраза.

— Вы подумали, что я ослеп и оглох, как и положено демону в старческом маразме. Как вы там меня назвали…

В голосе Вассаго появились знакомые вкрадчивые нотки. Ага, потом он спишет очередные чары на попытку создать «доверительную атмосферу».

— Лучше остановитесь, — я подняла левую руку, и на его правой засветился браслет. — Я сделаю вид, что ничего не было. Раз вы ручаетесь за горгулью, то мне пора. Прекращайте эти игры.

Вассаго кашлянул и, как мне почудилось, даже смутился.

— Летиция служит мне очень давно. Она нянчила Густу, отбила не одну атаку на малышку. Но Риччи более чувствительный, и я позвал к нему человеческую няню. Получилось, как получилось… Летиция хладнокровна по своей сути, но ваше присутствие скрасит эту холодность. Последние дни мальчик порхает от радости. Большего мне и не нужно.

Он не стал комментировать привязанность между мной и младшим ребенком, а я еще менее, чем он, была настроена обсуждать эту тему.

Глава 33.

Я не могла не замечать, что лишенный матери малыш за считанные дни стал моим маленьким хвостиком. Скорее всего своими первыми восторгами я спровоцировала Риччи... Хорошо, допустим, мне понравился демоненок. Детишки в наших семьях — скорее редкость и высшая благодать. Все взрослые демоны пищат от восторга. Но он-то должен был привыкнуть к повышенному интересу. К тому же другие женщины в окружении, за исключением сестры, не вызывали в нем особых эмоций.

Мальчик чувствовал озлобленность Сильвии, которую усадили его нянчить фактически против воли. Здесь понятно. Но к Бетси, с которой он провел десять лет, я не заметила бурной симпатии. Исчезновения нянюшки-ламии он почти что не заметил. А ведь ламия относилась к Риччи, можно сказать, тепло — где еще найдешь столь питательной источник… Не менее ровно мальчик воспринял и Летицию.

Предположим, Риччи понимал, что это наемные служащие и заботиться о нем — их обязанность. Но со мной все то же самое. Я работаю, как и остальные… Или нет? На коротком курсе по педагогике предостерегали, что существует не только понятие «первой учительницы», но и «первых учеников». Преподаватель не должен пытаться отдать чересчур много и выходить за рамки сдержанной опеки.

И если дети, это демонята с выраженной эмпатией, а учитель — это девушка, у которой не случилось детства и скорее всего никогда не будет детей, то что может пойти не так? Вассаго не будет упрекать меня за то, что перестаралась и прикипела к воспитанникам. Он сделает проще — не выпустит отсюда.

Демон и так не дожидался и сразу выдал кандалы… С такими мыслями я добралась до своей спальни, перед этим передав Риччи в крепкие объятия папаши. В чаше, дары приносящей, меня дожидалось письмо от брата.

Хоть я и дала Патрику адрес почтового отделения в Хлимпе, но при этом попросила не писать без необходимости. Поэтому вскрыла конверт с замиранием сердца.

«Дорогая тетушка Люсинда, — брат не стал шифровать послание, чтобы не привлекать к нему еще большего внимания. — С прискорбием сообщаю, что батюшке стало хуже. Он требует, чтобы мы с сестрой явились к нему и кровью закрепили право на наследство. Вы же знаете упрямство Адаманты, в последние годы они с отцом не ладят. Если сестра не приедет в родительский дом, то после его смерти ей придется доказывать право на половину имущества в суде. Что посоветуете, дражайшая родственница? Я уже извелся, как примирить этих двух упрямцев между собой».

Вот в этом весь Патрик. Он до сих пор не осознал пропасть между мной и родителями. Ему не понять, что в один миг любимая дочь превратилась для них в досадную оплошность, в сухую ветвь на семейном древе. Впрочем, вполне годную для того, чтобы срубить и продать с выгодой.

— Кхе, кхе, прекрасная госпожа, вы еще не ложились? — над чашей показалась рогатая башка Верна. — И правильно, время еще детское… Ознакомились с письмецом? Ни в коем случае не отвечайте. Нечего вам делать в Бездне. Там у каждого отеля выставлен надзиратель; реагируют на любую одинокую девушку, а братца вашего взяли в тройное кольцо. И письмо это видели и читали. Хорошо, что юноша с понятием, разослал пятнадцать писем разным родственникам с примерно одинаковым содержанием — и везде их получили его приятели с курса. Паренек общительный.

В мире Бездны столица называлась точно так же — как и источник вечного огня в окружении негасимого пламени глубоко под землей. Везде Бездна, куда ни кинь. Но о топонимах в тот момент задумывалась меньше всего.

— Где ты пропадал? Почему не предупредил, что у тебя за барон? Он чуть меня не загрыз, а потом замкнул вассальные браслеты, — не стала добавлять, что на нас обоих. — Я, представляешь, на тебя обижена. Теперь ты возвращаешься, как ни в чем не бывало, и сообщаешь, что надзиратели видели это письмо. Можно подумать, что Алистер не в курсе, что там.

Верн и не думал смущаться. Из его ноздрей валил едкий дым, намекая, что когда-то эта виверна была посильнее Вилкса и всех сородичей, что и сейчас резвились за окном. Однако для огненных магов это равносильно благовониям. Только крепче стану спать.