Наталья Томасе – Наследие призраков (страница 13)

Пока они шли до её спальни, она еще раз бросала взгляды на портреты, но женщины, похожей на неё, на них не было, как и надписи «Роберт».

Мистер Вууд попросил Айру приготовить успокоительный чай для хозяйки. И когда миссис Рид скрылась за лестничным проёмом, он подошел к Амели и, взяв её за руки, спросил, не остаться ли ему на ночь в её спальне. Женщина хитро улыбнулась и ответила:

– Мне некогда не предлагали провести ночь вместе по причине охраны от привидений. За предложение, конечно, спасибо, но… со мной всё в порядке.

Эрик поклонился и вышел в коридор, придерживая дверь для кухарки, входящей с подносом в спальню хозяйке.

– Слушайте, вы оба, вы никогда не слышали от сэра Ричарда имя Роберт?

Охранник и кухарка переглянулись, и отрицательно покачав головой, пошли к лестнице. Амели, глубоко вздохнув, посмотрела им в след и вернулась в комнату.

«Это больше, чем просто медальон, – думала она, поглаживая подвеску. – Я просто в этом уверена.

Связующие нити Морфея

Свет тихо струился сквозь занавески, создавая едва заметные тени на стенах. В углу библиотеки она сидела, погруженная в собственные мысли, когда дверь открылась, и вошел молодой мужчина с большим ватманом, свёрнутым в трубку. От его взгляда, как от искры, в ней начал разгораться огонь желания, растекаясь по всему телу. Но приличия и родовая честь не позволяли ей отдаться тому чувству, что она начала испытывать к этому мужчине.

– Миледи, – поклонился он женщине. – Не хотите ли взглянуть на конечный результат?

И с этими словами он разложил бумагу на письменном столе.

Женщина покинула своё место и, плавно раскачивая бедрами, медленно подошла к мужчине. Из-за его плеча она взглянула на проект. Она стояла так близко к нему, что он почувствовал, как по его телу пробежала дрожь возбуждения.

– Боже! – она положила руку ему на спину. – После вашего проекта «Храма любви» я уже не надеялась больше испытать подобное восхищение! Вы, милорд, бог архитектуры!

Мужчина повернулся и взял её руку в свою. И этот простой жест разжёг уже не огонь, а настоящее пламя в её груди. Она чувствовала, как его тепло проникает в самую глубину её существа, а сердце распускается, как цветок на рассвете.

– Камелия! – прошептал он с улыбкой, полной нежности. – Камилла, – повторил он её «домашнее» имя.

И в этот момент она поняла, что всё это так условно, её брак, её обязательства. Всё куда-то исчезло, остался лишь мир, в котором царит их влюблённость, страстная и романтическая. Его губы нашли её, и их захлестнул бурный океан эмоций. Мгновение, пропитанное сладким напряжением, растянулось во времени. И они поняли: они созданы друг для друга…

«Явный прогресс! – потягиваясь после просыпания, сказала сама себе Амели и улыбнулась, словно что-то её очень развеселило. – У моей парочки есть имена – Камилла и Роберт. Господи, снится всякая эротическая чушь. Хотя правильно снится, после Джеймса у меня же никого не было. О, Боже! Это же больше трёх месяцев! – ужаснулась Амели. – А вообще-то сон этот в руку, надо сказать садовнику, чтобы связался с архитектурным бюро насчёт реконструкции замка. Надо убрать эти развалины к чертовой матери и заняться реновацией под культурный центр».

Во время завтрака Амели поинтересовалась у прислуживающей ей Софи, кто украшал замок и двор на Рождество, и кто организовывал мероприятия для деревни.

– Сэр Роберт никогда не заморачивался по этому поводу, – пожимая плечами ответила девушка. – Привозили ёлку, устанавливали её в общей зале, и мы все украшали. Еще с нами была дочь садовника Лора, но весной она вышла замуж и уехала в Европу.

– Если у нас будет культурный центр, хорошо бы было еще организовывать «Световое представление» в саду. Как ты думаешь?

– О! – глаза Софи загорелись, что те лампочки на рождественской ёлке. – Я была на Рождество в Чатсуорт-хаусе26, мэм. Это, я должна вам доложить, нечто восхитительное и волшебное. Двадцать четыре комнаты были открыты для посещения, и в каждой из них были украшения, и в воздухе висел рождественский аромат ёлок, печёных яблок с корицей, мандарин и карамели. И везде звучала музыка. А еще там были арки, украшенные леденцами, рождественскими носками ручной работы и омелой. В центре была мастерская Санты27, и там эльфа делали всякие поделки прямо на глазах посетителей. А у выхода стояли ёлки желаний. Я загадала своё, написала на бумажке и повесила его на одну из них. Вот. А вечером, о, мэм, это просто было световое чудо, которое словами не описать.

Софи рассказывала с таким воодушевлением, что Амели даже почувствовала тот праздничный дух и рождественский запах в носу.

– Надо поговорить с Уинтерсом, чтобы он нашёл компанию, которая занимается организацией чего-то подобного. Или специального человека-организатора. Если еще не поздно. В этом году размаха, конечно, не будет, слишком мало времени, но, если нам предложат что-то интересное, мы можем сотрудничать с ними в дальнейшем, когда культурный центр будет открыт.

– Прикольная идея, мэм! В деревне и округи все будут только рады. Только не надо Уинтерса подключать к этому, мэм. Вы же знаете его. – Софи напыжилась, показывая солидность управляющего и заговорила напыщенным голосом, копируя мажордома, – в деревне важно хранить традиции старой, доброй Англии.

Они расхохотались.

– Если позволите, мэм, я найду кого-нибудь, – предложила Сoфи.

– Отлично, так и решим. Только это надо сделать как можно скорее, до Рождества чуть больше двух месяцев.

После завтрака Амели решила прогуляться до «Короны», попробовать разговорить миссис Харпер о тайнах и легендах замка. Она думала, что ей придётся долго уговаривать хозяйку паба, но Эвелин Харпер, казалось, только и ждала момента, чтобы продемонстрировать свою осведомленность.

– Я знала, что рано или поздно вы придёте, – ставя перед Амели кружку с кофе, начала миссис Харпер. – Вокруг замка множество легенд. Сейчас уже никто и не скажет, что происходило на самом деле, а что выдумка, чтобы придать замку побольше таинственности.

– Ну если начать с самого начала, что гласит легенда?

– Говорят, что много веков назад владелец замка лорд Хьюго Блэкмор заключил сделку с темными силами, – вытирая стаканы, рассказывала миссис Харпер. – Именно с тех пор замок стал местом, где происходят странные и необъяснимые события.

– Вы сами бывали в замке, Эвелин? – внимательно глядя женщине в глаза, спросила Амели?

– Конечно. Сэр Ричард перед Рождеством устраивал праздник во дворе, и все желающие могли зайти во внутрь и посмотреть на огромную ёлку и украшения.

– И что вы там видели, как вы сказали, странного и необъяснимого?

– По правде говоря, ничего. Но мой покойный муж утверждал, что видел тени, которые не принадлежали живым. Ну вы меня понимаете?!

– Ну хорошо, а что это была за сделка? Что получил Хьюго Блэкмор?

– Лучше спросите, чем он заплатил за сделку, – тихо, по-заговорщически произнесла миссис Харпер.

– Ну и чем? – так же шёпотом, приблизившись к Эвелин, спросила Амели.

– Своим покоем. У него началось затмение разума. Он совершал необъяснимые поступки, забыл свои привычки, игнорировал детей и жену и, в конечном счёте, убил её. Это неуспокоенная душа леди Камиллы бродит по замку. Ну вы меня понимаете?!

– А убил-то за что? От помутнения или была причина на то? – Амели казалось, что она занимается своей непосредственной работой, допрашивая свидетеля, и от этого на душе стало как-то особо приятно. – Что легенда рассказывает по этому поводу? Или голые факты? Затмение, – она разжала кулак, показывая пальцы. – Убийство жены, – опять разжатый кулак. – И бродящее по замку привидение, – снова разжатый кулак. – И всё, хочешь верь, хочешь не верь.

– Легенда гласит, что леди Камилла была очень красива, и, естественно, многие мужчины восхищались её красотой. А Хьюго приревновал к одному из них и из-за этого убил жену. А кто знает, была измена на самом деле или нет?

– Господи, из простого бытового убийства на почве ревности создали целую легенду, – вставая, подвела итог Амели.

И вдруг она замолчала и, уставившись на миссис Харпер, произнесла, растягивая слова: «Как вы сказали, звали жену Хьюго? Камилла?»

– Ну так говорит легенда. Может, на самом деле, и не Камилла, а Милла. Посмотрите на верхнем этаже в галерее, там портретов полным-полно. Должна же она на них быть, всё же жена первого барона.

Амели, задумавшись, лишь кивала в знак согласия, ничего не сказав миссис Харпер о том, что портрет первой баронессы Блэкмор в галерее отсутствует.

– А мистические книги в библиотеки? Они разве не свидетельство того, что Хьюго после сделки получил тайные знания? – полушёпотом снова заговорила миссис Харпер. – Айра, кухарка в замке, рассказывала, что некоторые из них на непонятном языке, и в них место букв, какие-то символы, палочки и закорючки. Покойный сэр Ричард всё время сидел с лупой над ними, записывая что-то в свой дневник. И еще зеркало в его спальне, если в него посмотреть, оно показывает, что у тебя на душе и…

Она не успела договорить, в паб начали подтягиваться первые посетители на традиционный воскресный ланч.

– А! Мисс Блэкмор, – услышала Амели за спиной голос, принадлежащий краеведу-любителю Джонатану Крейну, – решили к нам присоединиться на Brunch?28