Наталья Томасе – Когда рушатся миры. Проект «Голубой Марбл» (страница 3)

– Я бессмертный, – вздохнув, но уверенно произнёс Бари.

– Хм. Ты долговечный, а не бессмертный, – усмехнулся хозяин. – С отрезанной головой бессмертия не бывает.

Он разразился громким смехом, отходя к столу задом наперёд – лемурийцы умели ходить в обе стороны одинаково уверенно.

Бари всегда считал это странной прихотью их конструктора: никакой эстетики, никакой возможности уйти, отвернувшись.

«Хорошо ещё, что ему не достался материнский третий глаз на затылке», – усмехнулся про себя Бари.

Двери открылись, и секретарь внёс поднос с тремя хрустальными кубками золотистого вина. Аромат напитка наполнил комнату.

Бари прикрыл глаза, представляя, как янтарная жидкость касается губ, щекочет нёбо, стекает тёплой струйкой по горлу. Он почти застонал бы от удовольствия, но голос Шерифа вернул его к реальности:

– Ты здесь не из‑за победы, Бари. Я пригласил тебя, чтобы передать повеление Всемогущего Рода и Совета Старейших.

Погружённый в мысли о вине, Бари даже не заметил, как в кабинет вошёл ещё кто‑то и остановился позади него.

В воздухе повисло напряжение. По телам присутствующих пробежала едва ощутимая дрожь – словно лёгкий электрический разряд.

– По велению Всемогущего Рода, – торжественно произнёс Великий Шериф, – ты, Бари, возглавишь новый проект в лаборатории «Голубой Марбл».

У Бари перехватило дыхание. Лоб покрылся испариной, а сердце замерло.

Он стоял неподвижно, не веря услышанному.

Это была не просто удача – это была мечта всей его жизни, протянутая ему в руки.

Тишину нарушало лишь «пение» воды в большом фонтане за окном. Затем кто‑то позади Бари тихо присвистнул.

Шериф взял поднос с кубками.

– Познакомься, – сказал он. – Это твои люди: заместитель‑аналитик и био‑инженер проекта.

Бари обернулся – и бокал замер в его руке.

Перед ним стояла сияющая Лилис и мрачно жующий губы Сат, от чего его крючковатый нос казался ещё более загнутым.

Лилис смотрела на Бари с восторгом и нетерпением – в её взгляде читалось желание обнять его, поделиться мыслями, доказать преданность. Бари сразу понял, где хотел бы провести остаток дня.

Он поднял бокал.

– За новый биологический вид.

– За новый биологический вид, – хором повторили остальные.

Но уйти с Лилис сразу не получилось.

У выхода Бари заметил припаркованный автомобиль с гибридным устройством – колёса для земли, крылья для полёта на малой высоте. Шарлаховый металлик – цвет, который в столице считали почти неприличным. Слишком яркий, слишком дерзкий, слишком заметный. Единственный такой в городе. Машина принадлежала его брату Дону.

Тихо выругавшись, Бари стал искать взглядом владельца.

И вскоре увидел его: высокий, плотный брюнет с красивым, спокойным, почти бесстрастным лицом. Двуцветная бело‑чёрная борода придавала ему брутальность. Дон шёл, не замечая Бари, с откровенным интересом разглядывая Лилис.

– Здорово, везунчик! – прогремел он, распахивая объятия. – Трофей в гонках – тебе, новый проект – тебе, самая красивая женщина в городе – тоже тебе!

Его голос, словно иерихонская труба, заставил дрогнуть даже стены. Лилис вздрогнула и с любопытством уставилась на мужчину.

– Лилис, это мой брат Дон, – нехотя представил Бари. – Дон, это Лилис, био‑инженер проекта.

– Ну, если она только био‑инженер, а не… – Дон многозначительно замолчал, разглядывая девушку так, будто раздевал её взглядом.

Бари сжал зубы. Он хотел бы приказать брату убрать свой похотливый взгляд, но не хотел мешать Лилис, если она сама решит, что Дон ей интереснее. Он посмотрел на неё, словно ища поддержки.

Лилис уловила напряжение и холодно спросила:

– А как это ты, Дон, так быстро узнал о решении Совета? Мы сами только услышали.

– Интуиция, – самодовольно ответил Дон. – У меня редкий талант чувствовать бытие.

Он явно рисовался перед ней. Золотой плащ из фотонного волокна сиял собственным светом. Манерность, позёрство – всё говорило о его жажде впечатлять.

Бари понимал: Дон не оставит Лилис в покое. И по её взгляду было видно – она тоже оценивает брата. Чтобы прекратить мучение, Бари вмешался:

– До завтра, Лис, – сказал он деловым тоном, протягивая ей слегка влажную от волнения руку. – Передай Сату, что жду вас в Пантеоне к полудню.

Затем резко, почти приказным голосом бросил брату:

– Оставь авто здесь. Поедем на моём родстере.

У Дона отвисла челюсть. Он молча последовал за Бари.

И никто из троих не заметил стоявшего неподалёку Сата – с язвительной ухмылкой и ненавистью в узких, тёмных глазах.

Глава 2

Всю дорогу в машине царило молчание.

Дон ёрзал на сиденье, не зная, с чего начать разговор, и это молчание казалось ему мучительным.

А Бари, возбуждённый новостью о назначении, просто думал о завтрашнем брифинге в Пантеоне – центральной лаборатории Всемогущего Рода.

Автомобиль остановился у побелённой биокерамической стены с узкой высокой дверью и несколькими маленькими окошками под потолком. Дон, пытаясь протиснуться внутрь, ругался и клялся разнести эту «проклятую дыру».

– Тебе давно пора ограничить себя в питании, – рассмеялся Бари.

– Тому, кто спроектировал этот вход, руки бы поотрывать, – пробурчал Дон.

– Ну не скажи! Идея отличная, – Бари улыбнулся. – Сделать такие двери в Магистрате и Пантеоне – сразу будет видно, кто «жирует» за счёт НА-РОДа.

Они вышли во внутренний двор под открытым небом.

Помещения, выстроенные буквой «П», делились на две части: официальные комнаты и большая лаборатория – с одной стороны, жилые – с другой. Напротив ворот виднелся выход в сад.

Дон огляделся, присвистнул и, направляясь к массивной двери гостевой, спросил:

– Кого оставишь тут вместо себя? Кто будет следить за порядком?

– Ты и будешь, – усмехнулся Бари.

Дон обернулся, приподнял бровь, глаза блеснули.

– Ты мне доверяешь?

– Нет. – Честно признался Бари. – Но надеюсь, ты поумнел после того, как Род затопил твоё жилище в назидание и без лишних объяснений.

– Они даже дознание не провели! – возмутился Дон. – На кой ляд надо было топить дом?

– Наказание за распущенность нравов.

– Могли бы сжечь, в конце концов! – кипятился он. – А то водой! Меня, Повелителя Воды, водой!

– Ты сам говорил, что вода очищает. И, вообще, брат, будь скромнее. То, что ты глава лаборатории «Океан», не делает тебя Водным Правителем.

– Распущенность… – Дон фыркнул. – А как же личные свободы? Все были довольны. Они же счастливы были побывать подо мной.

Бари поднял брови.

– Особенно дочь главы Совета, которую ты выкрал из‑под венца.