Наталья Томасе – Братство Серого Волка (страница 10)

– Я подкрадывался? Да это ты стреляешь куда попало!

– Не куда попало, а куда надо, – парировала она. – Если бы хотела попасть – попала бы. А так… острастка.

– Острастка?! – Серый шагнул ближе. – Да ты мне чуть голову не снесла!

– Волкам голову сносить надо, – холодно сказала она. – Особенно тем, что шастают, где не просят.

Они оба замерли. Несколько мгновений смотрели друг на друга – зло, напряжённо, но почему‑то не отводя глаз.

– Опусти лук, – сказал Серый тише.

– Ты первый, – она кивнула на его нож.

Он медленно убрал оружие. Она так же медленно опустила тетиву.

– Вот и славно, – буркнул Серый. – А то ещё решат, что я тут девок пугаю.

– Девок? – она вскинула бровь. – Я тебе не девка. Я охотница.

– Да хоть лесная княгиня, – фыркнул он. – Всё равно стрелять надо аккуратнее.

Она шагнула ближе – почти вплотную.

– А ты, волк, в следующий раз ходи громче. Чтобы честных охотников не пугать.

– Да почему волк?

Она задержала взгляд на его лице.

– Глаза у тебя… серые. Как у молодого волка.

Серый фыркнул, но внутри что‑то приятно кольнуло.

– Волчьи, значит?

– А какие ещё? – бросила она. – Смотришь так, будто выслеживаешь.

Он хотел огрызнуться, но слова застряли. Она стояла слишком близко. Слишком внимательно смотрела. И слишком неожиданно всё это было. Девушка отвернулась первой.

– Иди своей дорогой. И не мешай мне охотиться.

– Да и не собирался, – вспылил Серый, хотя внутри всё перевернулось.

Они разошлись в разные стороны – раздражённые, упрямые, каждый уверенный, что другой ведёт себя как зверь. Но через несколько шагов Серый поймал себя на улыбке.

«Рысь лесная… глаза – как у хищницы».

А девушка, пробираясь сквозь кусты, тоже улыбнулась.

«Волк… серый. Но… ничего так».

И оба надеялись, что это была не последняя встреча.

После той встречи Серый пытался выбросить девушку из головы – но чем сильнее пытался, тем настойчивее она возвращалась. Стоило закрыть глаза – и он снова видел, как она выходит из кустов, как прищуривает глаза, как держит лук, будто целится ему прямо в сердце. Он злился. На неё. На себя. На то, что какая‑то лесная охотница поселилась у него в мыслях, как заноза.

А ночами было еще хуже. Во сне она была слишком близко. Живая. Настоящая. Он просыпался резко, будто его окатили холодной водой, и долго лежал, глядя в темноту.

– Рысь лесная… – шептал он, закрывая лицо ладонью.

Он пытался забыть её – упрямо, зло. Забивал голову делами: вставал раньше всех, шёл на стену, таскал брёвна, тренировался до дрожи в руках. Микула только хмыкал:

– Рвёшься, Серый. Будто за тобой стая гонится.

Серый отмахивался. Он понимал: гонится не стая. Гонится образ одной-единственной девушки. Он гонял коня до пены, стрелял до боли в пальцах. Но стоило остановиться – и в голове всплывали её глаза. Янтарные. Кошачьи. И то, как она смотрела – зло, дерзко… и слишком внимательно. А вечером он бежал в лес.

Он говорил себе, что тренируется. Что лес – лучший учитель. Но сердце начинало биться быстрее, как только он ступал на знакомую тропу. Он искал её.

Дней через пять Вадим не выдержал:

– Слышь, Серый… ты чего в лес зачастил? Медоед должок вернуть должен?

Ждан прищурился:

– Или девка завелась? Травница лесная. Ты ж как ошпаренный туда мчишься.

Серый чуть не поперхнулся.

– Какая девка?! Я тренируюсь!

– Ага, – протянул Вадим. – Каждый вечер. До темноты.

Он ткнул Серого в плечо.

– Ты потом расскажи, что за чудо-чудное тебя приворожило.

– Никого нет! – огрызнулся Серый, но уши у него покраснели.

Ждан с Вадимом переглянулись – и расхохотались.

– Всё ясно, – сказал Ждан. – Серый волк в капкан попал.

Серый буркнул что‑то нечленораздельное и ушёл – злой, смущённый и… пойманный.

Он шёл по лесу быстро, сердито. И вдруг услышал мягкий звук – как вздох ветра. Потом шорох. Треск ветки. Серый замер.

– Опять ты, волк? – раздался голос сверху. Он вскинул голову – и увидел её. Она сидела на толстой ветке старой сосны, как лесная птица, свесив одну ногу вниз. Лук за плечом. Коса перехвачена ремешком. Глаза – тот самый дерзкий прищур.

– Ты что, по деревьям теперь лазишь? – буркнул Серый, чувствуя, как сердце предательски ёкнуло.

– А ты что, опять крадёшься? – парировала она. – Я тебя услышала только когда ты под самой сосной встал.

– Я не крался.

– Конечно. Это у тебя само получается.

Она спрыгнула – легко, бесшумно, как кошка. Серый едва заметил, как она приземлилась.

– Ты чего здесь? – спросила она.

– Ловкость развиваю.

– Каждый день? – хитро спросила она.

– А тебе какое дело?

Она хмыкнула:

– Да никакого. Просто странно. Обычно люди в лес ходят по делу. А ты… будто ищешь кого‑то.

Серый почувствовал, как уши нагреваются.

– Никого я не ищу.

– Ну-ну, – она скрестила руки. – Тогда чего ты на меня так смотришь?

Он стоял, как прибитый, глупо улыбаясь.

– Ты первая начала, – выдавил он.