Наталья Ташинская – Путь кшари. Великие (страница 2)

Сергей проглотил все прыгнувшие на язык слова и длинно выдохнул.

– Арохин! Я бы сам разобрался! Куда ты лезешь?

– Ага, – радостно согласился Славка и стянул шлем, – знаю я, как ты разбираешься. Ты бы их всех перестрелял и все. А может, это местная достопримечательность? Редкий вид?

Сергей недоверчиво покосился на реку – насчет редкого Славка точно загнул, вон их сколько.

– Кстати, ты не заметил? Они очень похожи на крокодилов со Старой Земли… ну, если убрать шипы и эти веселенькие пятна на спине, расцветочка у них, конечно, крейзи… Так, о чем это я? А! Крокодилы, между прочим, практически не эволюционируют, ДНК стабильна, как комета Галлея, и так же предсказуема.

– Ну? – не понял Сергей.

Комет в Галактике было слишком много, чтобы запоминать их по имени, да и неинтересно. Фауна Старой Земли тоже как-то прошла мимо него, он ни разу не был на планете-прародительнице, но если там тоже бегают такие ящерицы, то гражданам Изначальных Миров лучше в речках не плавать.

– А то, что принято считать, что они достигли прерывистого равновесия, идеального состояния. Окружающий мир не оказывает на них разрушающего влияния, они совершенство.

Сергей мрачно посмотрел на реку, на Славку, на файтер и посоветовал:

– Пусть начинают эволюционировать.

– А потом, если они тебя сожрут накануне твоей свадьбы, – окончательно развеселился Славка, – то Кики вынесет мне весь мозг! А я слишком себя люблю, чтобы жертвовать такой ценной частью организма!

Сергей только покачал головой: долго злиться на Славку ни у кого не получалось, дурной он… хоть и гений.

– А если бы они сожрали тебя, Арохин, то Командор бы меня просто вздернул на центральной площади. И был бы совершенно прав. – Сергей помолчал и назидательно добавил, разжевывая прописную истину: – Это моя работа – тебя охранять.

– Если бы они меня сожрали, то Командор бы объявил тебя героем! Я ему как кость в горле.

– Не… – протянул Сергей, – ты всем как заноза в заднице. Вот спрашивается, зачем ты вообще сам полез в этот грот? Спокойно не мог подождать, пока наши подойдут?

Честно говоря, это Сергей, как начальник службы безопасности, должен был Славку тормознуть, а не лезть вместе с ним непонятно куда, потому как «глянь, какие показатели, очуметь!». Но у Славки был талант влипать в истории, да еще и втягивать в эти истории всех, кто рядом стоит. Сегодня радом стоял Сергей.

– А как же туда было не лезть? – весело удивился Славка и, запустив пятерню в кудри, зачем-то дернул за них. – Когда такие показатели! Слушай, там, похоже, кориума на полгалактики хватит… Мы такую жилу еще ни разу не находили! Когда твои бойцы объявятся? Надо бы еще раз замерить.

Сергей скосил глаза вправо. Там, над поросшим синим мхом камнем, болтались часы, делая из обычной реальности дополненную. Никаких сообщений не было, значок связи был серым.

– Ну, спутник над нами через час пройдет, раньше они нас искать не будут. Ждем.

На торчащий посреди горного потока камень лениво выползла рептилия. Крупная, не меньше двух метров от хвоста до кончика сплющенного носа. Прав был Славка, расцветка у них и впрямь слегка чокнутая: фиолетовую тушку украшали кляксы всех цветов радуги, словно кто-то набирал пригоршнями краску, да так и плюхал, не разбирая, как зеленый сочетается с розовым, а черный – с нежной пастелью. Впрочем, в условиях местной сельвы идеальный камуфляж так и выглядел, по крайней мере, в сезон дождей, когда все вокруг, напившись воды, выстреливало цветами, соревнуясь, у кого ярче бутон выйдет. Когда дожди закончатся и в сельву придет сушь, твари полиняют, выгорят под палящей звездой, как весь лес вокруг, и опять станут незаметными. А еще они были хладнокровными, в инфракрасном спектре их тоже не было видно. И впрямь совершенство, не поспоришь.

Вылезший на камень крокодил замер, уставившись на чужаков. Судя по красной морде, это был самец. Самки размерами самцам не уступали, но обычно были чуть скромнее в расцветке. На острых шипах, венчающих гребень и хвост, экономить у местной фауны было не принято вне зависимости от гендера: если таким хвостом прилетит по голой руке, то пробьет до самой кости, а может статься, и кость сломает. Сергею показалось, что на морде рептилии явно читалось презрение к удравшим чужакам.

– Не достанешь, лапы коротки.

– Чего? – удивился Славка.

– Ничего… Слушай, а зачем тебе эта жила? Все равно ресурсов под нее нет. Ну, если только лет через пятьдесят…

– Ты вообще смотрел? – возмущенно перебил Славка. – Я же показывал, таких значений ни на одной шахте нет! Ты глянь какой диапазон! Чума же!

Перед глазами появилась таблица с непонятными цифрами – со Славкиным спайдером1 связь была и без спутника, два нейроинтерфейса сконнектились напрямую, игнорируя сеть, и сейчас Сергей видел экран Славки, но ничего не понимал. Ну да, другие цифры, обычно поменьше…

– Верю. – Сергей махнул рукой, «стряхивая» изображение. – Но там и радиация не детская. Сколько? Пять грей? У нас защиты такой нет, чтобы там работать.

Обычно, улетая на поиски нового дома, колонисты брали с собой необходимый минимум, чтобы продержаться первое время без помощи метрополии. Взять с собой всю цивилизацию невозможно, и новые колонии, найдя пригодную для жизни планету, осматривались, изучали новый Эдем (ну, или не совсем Эдем, тут как повезет). Выяснив, что можно выменять на бусы, а также ядерные реакторы, оружие и корабли, связывались с метрополией и начинали торговать. По курсу, как правило, выгодному метрополии, а не колониям.

Они с Командором тоже искали рай, а нашли новый Клондайк. Раньше кориумом называли сплавленную радиоактивную массу ядерного топлива и всего, что оказалось рядом в момент взрыва: так себе штука, лучше близко не подходить. Но каких-то двести лет назад ученые раскопали природный кориум, пролежавший пару миллионов лет, и выяснили, что мелкие камушки обладают уникальной способностью менять пространственную структуру частиц и свойства материи. Сергей даже под угрозой расстрела не смог бы объяснить, как эта ерунда работает. Все, что он знал про кориум, так это то, что он входит в сплав экзоскелета и именно он отвечает за компенсацию гравитации. А как именно он ее компенсирует – это уже к таким яйцеголовым, как Славка. А еще Сергей теперь знал, что рядом с залежами кориума всегда находится что-нибудь крайне неприятное и весьма радиоактивное.

На Эр-Кхаре запасов кориума было больше, чем обнаружили за два столетия на всех планетах разом. Как утверждал Славка, такой чистоты камни раньше не находили, их даже искусственно нельзя было синтезировать. Стоил грамм обычного кориума как небольшой звездолет, а эр-кхарский и оценить невозможно. Наверное, продав немного минерала корпорациям метрополии, можно было купить необходимое оборудование, скафандры, дезактивационные камеры, наладить добычу кориума и обеспечить процветание колонии на много лет вперед. Но у Командора было свое условие: никаких связей с метрополией. И его последователи знали, на что шли: помощи из старого мира ждать не стоит, они одни и рассчитывать могут только на тех, кто вместе с ними вошел в звездный туннель, оборвав все связи с домом.

«Когда все тоннели пройдены, следуй за сердцем…».

А еще они знали, что корпорации не дотянут до Эр-Кхара свои загребущие лапы, что не придет война в их новый дом, не будут взрываться бомбы и гореть дома. Все страшное осталось там, за спиной, на другом конце звездного туннеля, и выход из него надежно запечатан.

– У нас из защиты только спасательные скафандры, они держат часа четыре, а потом на чистку надо, – продолжил развивать мысль Сергей. – Чтобы начать тут разработку, сначала надо производство скафандров наладить. А нам их делать не из чего, только если из крокодилов.

– Пусть Командор придумает, как добыть, – беспечно отозвался Славка. – Он вон суд организовать собрался, и куда осужденных девать будет? А созидательный труд на благо общества полезен!

Сергей сначала не понял.

– Подожди, там же пять грей… Это ж летальная доза, если там работать.

– Ашер! – Славка повернулся и уставился на Сергея. – Мне плевать, сколько там грей. Мне нужен этот камень! Выдайте им скафандры, отдерите обшивку с Arcam`а, замотайте в шкуру дракона… Отправьте гонца на Терру, пусть купит горнопроходческий комбайн, но мне нужен этот камень! И не через десять лет, а сейчас! Завтра!

– Я думаю, последнее тебе лучше Командору не предлагать. Не поймет.

– Да что бы он вообще понимал… – Славка, морщась, устроил раненую руку поудобнее. – Это же глупость – запираться от всего света. Он что, серьезно решил создать новый мир?

– Ну да, – не понял Сергей. – Мы знали.

– Слушай, это же ненормально, – в голосе Славки послышалось раздражение. – Мы нашли чудо, как вы не понимаете! С этим камнем можно сделать… такие вещи, такие! Пойми, это преступление – прятать такое!

Сергей задумчиво посмотрел на крокодила. Крокодил ответил тем же. Славка родился в Изначальных Мирах, на Старой Земле, и все бушующие в Галактике войны были для него лишь новостной строкой, перченой добавкой к утреннему кофе. Обласканный жизнью, он понятия не имел, как живут в таких колониях. Не видел, как корпорации выжимают планеты досуха, оставляя за спиной радиоактивную пустошь, не слышал, как гремит война, и не знает, как пахнет смерть. А он, Сергей Ашеров, не просто видел. Он в этом жил, если это можно назвать жизнью. Каплер тоже был богатой колонией, и желающих получить это богатство было слишком много. Это Славка выбирал между лучшими университетами, а на Каплере у пятнадцатилетнего подростка, едва умеющего читать и писать, выбор был невелик.