Наталья Способина – Выбор Евы (страница 26)

– Вы бы не разбредались, – нервно заметил Руслан Викторович и устало потер лоб. – В пещеру, где находится жар-птица. Строго говоря, это не пещера, а грот. Там нет входа. Возможно, если нырнуть в озеро, то всплывешь где-нибудь в другом месте, но я не уверен. Карты тех мест у меня, понятное дело, нет.

– А кто выбирал пещеру? – уточнил Глеб.

– Мария Марковна. Я просто помогал в перемещении. В самой пещере не был: лишь видел ее, когда проход открылся. Поэтому здесь я полагаюсь на характеристики Марии Марковны.

– Звучит обнадеживающе, – скептически заметил Женька, и Ева против воли улыбнулась, потому что он так долго молчал, что пора уже было начинать волноваться.

Руслан Викторович тем временем повернулся к парте, на которой сидел невидимый Глеб, и негромко произнес:

– Это может быть опасно.

– Знаю, – ответил голос из пустоты. – Но мы действительно должны вернуть мальчика. Да и Корвину с жар-птицей нечего делать в нашем мире. – Глеб говорил спокойно, и Ева в очередной раз отметила, как сильно нездешки отличаются от обычных людей.

Саму ее сейчас лихорадило от страха, Женькина рука вспотела, а Ликина, наоборот, стала ледяной.

– Почему вы нам помогаете? – не выдержал Женька. – Только не надо про зарплату в РАВ.

Ева поморщилась, потому что про зарплату Руслан Викторович упоминал при ней, а она рассказала Женьке. Он, конечно, не просил ее хранить это в секрете, но стало все равно неловко.

Некоторое время преподаватель молчал, будто подыскивая слова, а потом заговорил:

– В день, когда Глеб с Матвеем отправились в горы, у меня ничего не случилось, Жень. Не было причины не идти с ними. Мария Марковна просто попросила меня заступить на дежурство в лабораторию, а вместо меня зачислить Костю – стажера Матвея Семеновича. Я мог отказаться, но опыт с Васюганскими болотами вышел на такой этап, что казалось: вот-вот все получится. Я мог сделать открытие, мог войти в историю. Волшебство поманило, и… не случилось ничего. Но самое паршивое, Женя, – я решил ничего не говорить твоему отцу. Он узнал о замене уже на точке сбора, у шлюза. И все эти годы я гадал, мог ли я предотвратить трагедию, если бы был с ними? Поэтому сейчас я готов на все, чтобы узнать правду.

Он говорил это, глядя туда, где стоял Женька, но нетрудно было догадаться, что эти слова предназначались человеку, которого он подставил пять лет назад.

– Все будет хорошо, Рус, – приглушенно произнес Глеб, и в его голосе в эту минуту не было равнодушия нездешки. – Мы со всем разберемся.

Руслан Викторович кивнул и прошел в дальний конец класса.

– Валер, – шепнула Лика и, дождавшись ответного «А?», спросила: – А если мы погибнем там, мы окажемся у Вия?

– Не знаю, – так же шепотом ответил Валера. – Ты, главное, помни, что ему в глаза нельзя смотреть.

– Ага.

Ева слушала переговоры друзей, и ей было не по себе.

Дальняя стена ничем не отличалась от прочих, однако Руслан Викторович долго водил над ее поверхностью рукой, словно пытался что-то почувствовать.

Ева с Ликой и Женькой подошли ближе. Остальные двинулись за ними. В визуально пустой комнате скрип половиц звучал пугающе.

Наконец ладонь Руслана Викторовича замерла.

– По одному, – скомандовал он. – И помните: как можно скорее льете на стену лунный свет и переходите в Междумирье. Хотя на пещере наверняка чары, и…

– Волшебству с этой стороны нужно время, чтобы сработать, Руслан. Мы это уже обсуждали, – произнес Глеб. – Даже тогда, на Тропе, Никите хватило времени меня забрать. А сейчас с нами гораздо более опытный волшебник. Да, Корвин?

Корвин отозвался откуда-то сзади:

– Не сомневайся, нездешка. В колдовстве Никите со мной не сравниться.

Его голос прозвучал неожиданно жутко, так же жутко, как и скрип половиц.

– Ну давайте. – Руслан Викторович что-то прошептал, и стену охватило синее свечение.

Искры пробегали от пола до потолка, повторяя естественный рисунок деревянных досок. Лика рядом с Евой судорожно выдохнула, и Женька прошептал:

– Не бойтесь.

– Корвин – первый, за ним – дети. Я замыкаю, – скомандовал Глеб.

Позади Евы зашуршала одежда и снова заскрипели половицы, когда их небольшой отряд принялся перемещаться. Несмотря на то что кабинет почти не отапливался, ей стало жарко, но выпустить руку Лики или Женьки, чтобы расстегнуться, она не решилась.

Стена перед ними начала терять четкость, будто растворяясь, а с другой ее стороны показалось сияние. С каждой секундой оно становилось все ярче и ярче.

Усыпленная чарами жар-птица освещала место своего заточения.

Стена растворилась полностью, и Руслан Викторович их поторопил:

– Быстрее!

Женька потянул Еву за собой. Она покрепче сжала Ликину ладонь и шагнула вслед за Жаровым в холодную пещеру, освещенную волшебным светом.

Глава 10. Почти получилось

Сияние, озарявшее пещеру, было ровно таким, каким Ева помнила его еще по летней школе: удивительно теплым и волшебным. Сама жар-птица тоже выглядела точно так же, как в тот день, когда Никита сказал Женьке: «Жар-птицу ни за что не дергать. Это не чучело. Она просто спит». А этот балбес все равно ее разбудил.

Ева повернулась к Жене, но увидела рядом с собой лишь пустоту, которая крепко держала ее за руку.

– Кажется, ничего пока не сработало, – прошептала Лика.

– Тишина в горах вообще ни о чем не говорит, – подал голос Валера.

Судя по тому, откуда раздались эти слова, он держался за Лику.

Ева оглянулась на стену, через которую они прошли. Кабинет уже терял очертания, словно она смотрела через мутное стекло. Ей хотелось увидеть Руслана Викторовича, как будто это помогло бы унять ее колотящееся от страха сердце, но его не было. Ева даже успела подумать, что он в последний момент решил отправиться с ними. Но когда Глеб тихим голосом затеял перекличку, Руслан Викторович не отозвался.

Слышать тяжелое дыхание и шорохи в совершенно пустой пещере было жутковато.

Отдельно «радовало» то, что выхода отсюда действительно не было. Они оказались на небольшом участке каменного пола, метров пять в длину и метра четыре в ширину. Дальше начиналось подземное озеро, доходившее до противоположной стены. В его воде отражался свет жар-птицы.

– Корвин, не трогай пока ничего, – попросил Глеб. – Нужно сначала понять, за какой стеной Междумирье, а уже потом дотрагиваться до жар-птицы.

– Я боюсь, что о нашем визите сюда уже знают, – глухо отозвался Валера.

– Это не имеет значения, – сказал чародей. – Анжелика, посмотри, за какой стеной Междумирье. Начни с дальней.

Лика хмыкнула себе под нос, вероятно, как и все, удивившись тому, что Корвин, оказывается, умеет обращаться по имени, если ему что-то нужно.

– Идем все к левой стене, – скомандовала Лика и потянула Еву прочь от жар-птицы, которая сидела справа.

Ева ожидала, что поиск Междумирья займет время, однако Лика почти сразу удивленно воскликнула:

– Здесь не Междумирье! В этой стороне сразу Тридевятое.

– Интересно, – прокомментировал Глеб. – Значит, открывать будем эту стену. Идем к жар-птице. Корвин, ты не мог бы…

Однако договорить он не успел: по пещере пронесся гул, и стены вокруг задрожали.

– Что это? – испуганно воскликнула Ева.

– Охранное волшебство, – с паникой в голосе ответил Валера. – Нужно уходить. Иначе нас либо притянет ко дну озера, либо…

Ева почувствовала, что Женька, а потом и Лика дернули ее к озеру с такой силой, что она едва устояла на ногах.

– Без «либо». Притянет ко дну! – закончил Валера.

– Отпусти нас! – завопила Ева, скользя по полу вслед за друзьями.

– Это не живое существо. Ты не властна над ним, человечек! – крикнул Корвин. – Открывай проход!

– Я не могу! – в отчаянии ответила Ева. – Я не достану до стены.

– Открывай, человечек! – Рык Корвина раздался со стороны озера, и друзья так резко перестали тянуть сопротивлявшуюся Еву, что она уселась на каменный пол. При этом Ликина рука выскользнула из ее пальцев.

– Лика! – закричала Ева.

– Я здесь, – раздался рядом голос подруги. – Нас назад откинуло.