Наталья Способина – Выбор Евы (страница 27)

– Корвин? – спросил откуда-то сверху Глеб.

– Я держу охранное волшебство, – напряженным тоном ответил чародей. – Но мои силы не бесконечны. Открывайте проход.

– Ева. – Глеб, видимо успевший найти их по голосам, нащупал Евину руку, потом схватил ее за плечи и потянул вверх. – Ева, открывай скорее проход в Тридевятое. А мы возьмем жар-птицу.

Женька тут же выпустил ее ладонь, но Глеб уловил его движение.

– Мы с Корвином возьмем жар-птицу, Женя. Твоя задача сохранить друзей и увести всех на ту сторону.

– Хорошо, – неожиданно не стал спорить Жаров, пока Ева лихорадочно дергала замок пуховика, кляня себя за то, что не догадалась переложить флакон с лунным светом в верхнюю одежду. Попробуй теперь быстро достань его из кармана кофты!

– Быстрее, человечек! – проревел чародей. – Или все погибнут.

Гул в пещере усилился, и Ева больше не слышала, о чем спорили Глеб и Корвин. Она даже слов друзей разобрать не могла, пока расстегивала поддавшийся наконец замок и вытаскивала из кармана флакон.

К счастью, средство из баллончика Руслана Викторовича на него не попало, и теперь лунный свет слабо сиял сквозь темное стекло.

Дрожащей рукой Ева выдернула пробку и прокричала срывающимся голосом:

– Глеб, я готова!

– Так открывай! – рявкнул Корвин.

– Расступитесь, – на всякий случай попросила Ева по-прежнему невидимых друзей и бросилась к стене.

Кощей не поскупился. Лунный свет широким ручейком потек по влажному камню, когда Ева щедро плеснула на стену. Наверное, не стоило так транжирить волшебство, но у нее не было ни времени, ни сил отмерять его по капле.

– Откройся, – жалобно попросила Ева, и пещера задрожала сильнее, когда по следу лунного света поползла трещина, разрастаясь с каждой секундой.

– Корвин, я не могу подойти к жар-птице! – перекрывая грохот, прокричал Глеб. – Что-то не дает.

– Волшебство, человечек. То самое волшебство, которое тебя убьет, если ты не поспешишь в Тридевятое царство.

– Но жар-птица… – Слова Жарова-старшего с трудом прорывались сквозь гул.

– Ты ничего не сделаешь. Я приведу ее, если выживу. Уходите! – прокричал в ответ чародей, и рядом с Евой вскрикнули друзья.

– Нас опять тянет! – В голосе Лики звучала паника.

Еву никуда не тянуло, и у этого было только одно объяснение. Тот, кто несет лунный свет, не может погибнуть. В ее вспотевшей ладони был зажат флакон, а у друзей защиты не было.

Проход расширялся мучительно медленно, будто что-то изо всех сил этому противилось.

– Быстрее! – молила Ева, пытаясь ухватить свободной рукой хоть кого-то из ребят, но все время промахивалась, потому что не могла никого из них видеть. Прав был Руслан Викторович: нужно было дождаться, пока спрей выветрится!

– Пожалуйста, пожалуйста, – шептала Ева, шаря в воздухе рукой.

По ее спине градом катился пот от мысли, что все уже на дне озера, а она тут одна и понятия не имеет, как помочь остальным.

Вдруг кто-то с силой впечатал Еву в стену.

– Прости, – простонал Валера ей на ухо.

– Да норм, – отозвалась Лика, решившая, что извиняются перед ней.

В пещере как будто бы стало тише.

– Больше никого не тянет? – тяжело дыша, спросил Женька.

– Корвин, вы где? – крикнула Ева, отлепляясь от стены и не очень веря в то, что передышка надолго.

Проход уже расширился достаточно для того, чтобы попробовать в него протиснуться. Во всяком случае, худенькой Лике.

– Я у жар-птицы. Уходите, человечки! – хрипло отозвался чародей. – Остановить я это уже не смогу, но уйти вы успеете. Мое слово.

– Ты погибнешь здесь! – прокричал Глеб.

– Значит, так тому и быть, – рассмеялся Корвин. – Я должен был встретить смерть давным-давно. Так что в этот раз не струшу. Только поклянитесь вытащить Никиту.

И то, что в свои последние минуты он думал о своем воспитаннике, заставило Еву решиться.

– Нужно отдать ему лунный свет, – сказала она друзьям. – Он защитит его.

В эту минуту ее не волновала судьба жар-птицы. Все ее мысли были о чародее, который жертвовал сейчас собой, чтобы у них был шанс уйти.

Ева ожидала, что кто-нибудь из ребят возмутится, но пустота, по-прежнему скрывавшая знакомые черты, ничего не ответила.

Только голос Глеба совсем рядом поторопил:

– Быстро выходим, пока у Корвина еще есть силы. Лика, давай.

Ева посмотрела на пролом, за которым виднелась сочная зелень.

– Кажется, пуховик был лишним, – нервно произнесла Лика.

Пейзаж Тридевятого смазался и поплыл, когда она протиснулась в расширившийся проход. Глеб принялся руководить переходом. Он отправил Валеру, потом дал команду уходить Жене, но тот уперся, мол, дамы вперед.

– Ева, давай ты тогда, – нетерпеливо произнес Глеб.

– Нет! Жень, иди ты, пожалуйста. Я сразу за тобой. Я должна отдать флакон Корвину.

Жаров, слава богу, послушался. Пока Ева смотрела на то, как пейзаж плывет в разломе горы, Глеб обратился к чародею:

– Корвин, сможешь забрать у Евы лунный свет? Только здесь. Чтобы она успела уйти.

– Смогу. А ты сам быстрее уходи. Когда я отвлекусь, зов озера усилится.

Пейзаж в очередной раз смазался, и Глеб исчез на той стороне.

Ева почти физически почувствовала, что осталась один на один с волшебством, готовым убить любого, кто посягнул на то, что хранит в себе эта пещера. И единственной ее защитой от разрушительной силы служит сварливый учитель Никиты.

– Корвин! – жалобно позвала она, всматриваясь в пустоту и вслушиваясь в гул, отражавшийся от стен.

– Я здесь. – Чародей тронул ее за плечо, и Ева от неожиданности подскочила. – Как только я заберу флакон, не мешкая беги в Тридевятое.

Он говорил Еве прямо в ухо, и его скрипучий голос заставлял ее ежиться.

Случившееся здесь было так не похоже на то, что они ожидали! Корвин ведь обещал, что справится, что он сильнее Никиты. Впрочем, охранное волшебство он действительно сдержал и дал им время открыть проход. Но как быть с жар-птицей? Они ведь пришли за ней! Мысль о том, что взрослые волшебники строят планы ничуть не лучше них самих, совсем не грела.

– Беги, человечек. Я заберу жар-птицу и последую за вами.

Ева почувствовала, как его рука скользнула по ее плечу, а потом горячая ладонь накрыла ее пальцы, сжимавшие горлышко флакона.

– Мы будем ждать, – пообещала она, сглатывая ком в горле.

– Четверть часа, человечек. Дольше ждать не нужно.

Он забрал у нее флакон и подтолкнул к выходу.

Ева рванула вперед, каждую секунду ожидая, что ее начнет тянуть к озеру, но, видимо, чародей, презиравший никчемных людишек, не пожалел сил на то, чтобы она смогла спокойно выбраться.

– Вы уверены в том, что делаете? – успела крикнуть Ева, на миг задержавшись у пролома, и услышала в ответ:

– Уверен, человечек. Я делаю то, что до́лжно.

– Это не тот ответ, который может успокоить, – пробормотала она, протискиваясь в проход, который уже начал сужаться. Так быстро!

Тридевятое царство встретило подлой кочкой. Зацепившись, Ева громко пискнула и полетела кубарем на примятую траву.