Наталья Швец – Дорогами Эллады (страница 6)

Богиня с опаской прикоснулась к плоду пальчиком. Она еще не забыла, как на Олимпе пытались ее отравить. Но тут откуда-то из чащи, не взирая на позднее время, вылетела щебечущая сойка и принялась клевать сладкие фрукты, во все стороны разбрызгивая сладкий сок. Последние сомнения были развеяны. Странница решилась сорвать ближний к себе фрукт, и, не раздумывая больше ни секунды, уничтожила в мгновение ока. Желудок перестал угрожающе урчать и стало заметно легче.

Афродита с нескрываемым вздохнула. Судя по всему, на этом острове ей опасаться и верно нечего. Мысль эта заставила улыбнуться. Теперь следовало смыть с себя морскую соль, покрывшую тело во время долгого путешествия, и подумать о ночлеге. Богиня вновь пошла к источнику и кое-как ополоснулась. Это, конечно, не ванная с душистыми маслами, но все же лучше, чем ничего. Верный лев не отходил от нее ни на секунду и явно пытался что-то показать еще. Он беспокойно крутил гривастой головой и нетерпеливо мяукал, желая привлечь внимание.

Небожительница проследила за его взглядом и увидела между корнями огромного дуба покрытое мягким мхом небольшое усугубление. Вот уж чего она точно не ожидала, так этого! Афродита с наслаждением плюхнулась голым задом на это импровизированное ложе и вытянула усталые ноги. Как же это было замечательно, чувствовать под собой земную твердь и не качаться на волнах, опасаясь свалиться в воду при малейшем порыве ветра. Встречавшие ее хищники, легли рядом и счастливо заурчали. Однако в голове мелькнула трусливая мысль:

– Едва засну, мгновенно сожрут и косточек не оставят.

От ужаса внутренности вместе с сердцем приготовились вывернуться наружу. Настроение в секунду испортилось. Афродита захотела завизжать, но пришлось взять себя в руки.

– Не надо думать о плохом, – приказала она себе, – Куда проще было меня утопить! Но с другой стороны, неожиданный финал путешествия вполне в духе Геры. Пока буду спать, довольная, что все хорошо закончилось, она приготовит мрачную концовку. С нее станется…

Неожиданно заснуть не получилось. Едва богиня задремала, ее разбудил хруст сухой ветки. Она вскочила и тревожно прислушалась. Лев тоже услышал легкий шум, ибо настороженно зашевелил ушами и угрожающе оскалил белоснежные клыки. Скиталица инстинктивно прижалась покрепче к хищнику – сейчас он казался ей единственной защитой. В темных зарослях удалось рассмотреть две пары встревоженных глаз, которые явно принадлежали обычным смертным.

В последнем не имелось сомнений – никто из небожителей не стал бы в качестве маскировки одевать на голову ветки, надеясь подобным образом стать похожим на кустарник.

Богиня несколько раздраженно принялась накручивать локон на палец. Эх, ей бы прежней силы, хотя бы чуть-чуть! Но, увы, даже тот небольшой остаток, что остался у нее после изгнания с Олимпа, был израсходован. Сколько времени понадобиться на восстановление, Афродита не ведала. Немного поразмыслив, изгнанница выбрала единственно правильный, как ей подумалось, вариант. Она приняла величественную позу, хотя это было довольно трудно в ее положении, и грозно произнесла:

– Я вас вижу! Выходите немедленно! – крикнула и замерла.

А вдруг это и правда наемные убийцы! И что тогда? Безумный страх все сильнее и сильнее овладевал ею. Лишь близость льва немного сдерживала желание вскочить и убежать куда-нибудь вглубь зарослей.

Тонкий слух Афродиты уловил торопливый шепот. Несколько минут длилось томительное ожидание, которое стало вечностью. Наконец неизвестные решились выйти на контакт. Только сделали это как-то странно. Встали на четвереньки и выкатились к ней под ноги. В призрачном свете луны Афродита увидела, как они напуганы. Дрожь, охватившая их, красноречиво свидетельствовала – смертные, как и небожительница, находятся на грани истерики.

Афродита с трудом сдержала вздох облегчения. Как ни странно, испуг на лицах смертных, заметно успокоил. Опять же, она понимала: ее охраняет царь зверей – лев, а в приложение к нему имеется небольшой отряд диких животных. Она постаралась придать своему лицу самое ласковое выражение, на которое только была способна, и нежно проворковала:

– Я безумно счастлива, что именно вы первыми повстречались мне на благодатной земле этого острова!

Афродита выглядеть как можно приветливее. Более того, величественным жестом дотронулась рукой до плеча того, кто оказался к ней ближе. Почувствовав это прикосновение, незнакомец в ужасе упал на колени и закрыл голову руками. Второй замер и боялся шелохнуться.

– Идиоты! – искренне возмутилась про себя Афродита, но всеми силами старалась сдерживаться и не показывать злости. Гнев, как известно, плохой помощник. Лучше оставаться благосклонной и продолжать улыбаться. Тем более, что картина смотрелась довольно комично. Смертные были пусть и просто, но одеты. Небесная изгнанница стоит перед ними обнаженная, да еще и с неприбранным волосом. Не станешь же объяснять каждому встречному, что раздетой оказалась не по своей воле?

Пауза затянулась. Она судорожно думала, как вести себя дальше. Ей срочно требовалась одежда. Пусть это будет просто кусок грубого холста, лишь бы прикрыть наготу! И тут Афродита приметила на плече у одного из встретивших ее островитянина плащ, который пришелся бы ей как нельзя кстати. Да вот незадача – как внушить бестолковому смертному, чтобы преподнес в дар эту вещь! Афродита сморщила свой гладкий лоб – первые две попытки послать ему мысленно сигнал не увенчались успехом.

Тогда она решила в разговоре незаметно подвести его к этой мысли:

– Как твое имя, герой? Чей ты сын?

– Мое имя тебе, великая, ничего не скажет – хрипло ответствовал смертный, – пока я ничем не прославил своего отца, зато честно служу своему господину!

– А кто твой господин? – продолжила расспрашивать Афродита, безумно опасаясь, что неосторожным словом или жестом вспугнет этих людей. Они просто покинут ее и плащ прихватят, который сейчас был так необходим. От этой мысли изгнанная с Олимпа едва не зарыдала от жалости к себе – до чего же она дошла! Плохо сотканный плащ стал для нее самой желаемой одеждой!

Незнакомец охотно продолжил общение:

– Моего господина зовут Адонис, он – царь этого острова.

– Адонис, – мысленно повторила гостья. Кажется, она что-то слышала об этом господине. Ну, конечно! Как только могла забыть эту шумную историю. Некоторое время назад Кенхреида, жена Кинира, царя ассирийцев осмелилась объявить всем, что ее дочь Мирра красивее богини любви Афродиты. Естественно, подобное простить было нельзя. Рассерженная богиня внушила девушке грешную любовь к своему отцу. Эффект превзошел все ожидания. Мирра воспользовалась чужим именем и в темноте возлегла с родителем во время праздника, посвященного богине плодородия Деметре. Отец пришел в ужас, когда обнаружил обман. Его первым порывом было убить грешницу, да только девушке удалось убежать в Сабейские земли[35], где она превратилась в мирровое дерево, успев перед этим родить сына Адониса. Неужели это тот самый Адонис?! Вот так дела…

Богатое воображение неизвестно почему тут же нарисовало злобного лысого мужичка с козлиной бородой. Наверняка этот правитель, желая отомстить богине за принесенные его матери неприятности, специально прислал своих слуг, чтобы пленили и кинули в темницу. Думает, она такая глупая и не видит какие острые мечи висят на поясах у этих двух амбалов! Да у них кулаки, как ее голова!

Однако показывать страх было нельзя и Афродита рискнула продолжить общение:

– А где твой господин? Неужто пускает слюни от мысли, кого ему сейчас приведут в опочивальню!

– Не смей говорить столь пошло о нашем повелителе, богиня, – вдруг довольно резко произнес другой воин. До сих пор он не издавал ни звука и скиталица как-то позабыла об его присутствии.

– Наш царь – великий воин, – продолжил он, – он мудр, справедлив, умен и невероятно храбр.

Услышав подобное, небесная изгнанница удивленно вскинула тонкие брови и прикусила пухлую губку. С одной стороны, – это замечательно. С другой стороны, в этом мире никому нельзя верить – ни смертным, ни богам…

Дабы выиграть время, собраться с мыслями, а заодно получить вожделенный плащ, богиня попросила рассказать о земле, куда ее забросил злой рок. Встречающие переглянулись и с готовностью выполнили просьбу. Афродита с удивлением узнала, что выбранный остров, люди его называют Кипр, имеет удобное географическое расположение. Он находится на пересечение сразу трех материков – Европы, Азии и Африки, что удобно со всех сторон. Скорее всего, его расположение стало одной из главных причин внимания со стороны богов Олимпа.

К примеру, у Диониса здесь имелось много ухоженных виноградников, за которыми он тщательно следил. Это известие очень порадовало. Ведь бог виноделия был одним из немногих, кто к ней хорошо относился. А вот информация о том, что в густых лесах можно встретить дочь Латоны, не особо порадовала. Только сильно расстроиться не успела, ибо ей шепотом сообщили, что нынешним утром Артемида стремительно унеслась в небо, оставив своих почитателей в полном недоумении.

– Моей ноги на этой земле больше не будет! – крикнула на прощание храбрая Охотница.

Услышав это, Афродита хихикнула. Пусть мелочь, но приятно… Не будет надоедать своими нравоучениями. На память невольно пришла пламенная речь Артемиды, произнесенная на устроенном богами судилище. Ей, видите ли, скромно опустив глаза, заявила вечная девственница, неловко за богиню любви, которая не умеет себя вести, как подобает небожителям. Здесь Афродите понадобились некоторые усилия, чтобы вновь не разрыдаться и сделать вид, что внимательно слушает смертных. Впрочем, последнее далось без особого труда. Они и верно сообщили много интересного: