Наталья Шевцова – Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 1 (страница 18)
Раздосадованная, я, дабы заглянуть за «угол», принялась спускаться по наружной лестнице.
Нарушительницу моего спокойствия, я обнаружила только после того, как почти полностью обогнула маяк.
Белая, с чёрными пятнами на морде и боках, она методично постукивала рогами по двери маяка.
Вот же ж! Кому другому, кто б стучался ко мне в такую рань, я определенно б посоветовала в сердцах: «Головой постучись!».
А эта уже! И главное так настойчиво ломится, словно к себе домой. Ну я и повелась.
— Ты что тоже тут живешь?
Коза подняла голову и озадаченно уставилась на меня своими круглыми, как пуговицы, глазами.
— Ме-ээээээээ! — возмущенно проблеяла она. И принялась теперь уже молча биться рогами в дверь.
— Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук!
И я снова повелась.
Спустилась и, открыв дверь, впустила козу в дом. И она ни секунды не раздумывая тут же вошла, как, если бы только этого и ждала.
Да, не спорю, с моей стороны было не совсем разумно впускать козу в дом. Тем более, козу, которую я видела впервые в своей жизни. И, честное слово, будь я у себя дома или в доме моей бабушки, мне бы подобное даже в голову не пришло. Нет, не потому, что и первый, и второй — мой, а этот дом — чужой. А потому, что, будь я у себя дома или в доме моей бабушки, я бы была «в себе», а тем утром я была не совсем «в себе».
А потому, добро пожаловать, коза! Уж сходить с ума, так сходить! Вчера моим ментором и наставником был ворон, а сегодня, получатся, коза?.. А почему бы и нет. Чем коза хуже ворона?
Мои в высшей степени «высокоинтеллектуальные» размышления внезапно прервал грохот. Судя по звуку и обиженному блеянию, моя новая наставница попыталась взгромоздиться на журнальный стол, а тот так обрадовался, так обрадовался, что у него подогнулись ноги…
Обеспокоенная судьбой не выдержавшего обрушившегося на него счастья стола я ринулась было в дом, дабы оценить ущерб, но меня схватили за руку и потребовали:
— А ну стоять! Ишь какая, украла козу и думала никто не заметит!
Украла козу?!! Я?!!
Я так опешила, что мгновенно забыла о грохоте.
Лет тринадцати-четырнадцати, с хитрющими зелеными глазами, растрёпанными рыжими волосами и веснушками, которые сплошным узором покрывали его нос и щеки, он был в линялых шортах и футболке, которая явно видала лучшие дни.
— Украла?!! — возмущенно переспросила я, выдернув руку из цепкой хватки мальчишки. — Да она сама сюда пришла!
— И сама дверь открыла и в дом вошла? — елейным голоском поинтересовались у меня.
Крыть было нечем. Я запнулась с открытым ртом, не зная, что сказать.
Не могла же я ему сказать, что коза так уверенно ломилась в дверь, что я подумала… Ну вы знаете… И вот странное дело, когда я это думала, я искренне верила в это, а теперь, когда это же нужно произнести вслух, понимаю, насколько идиотски это прозвучит.
Пацан понимающе кивнул и сделал мне предложение, от которого, по его мнению, я не смогла бы отказаться.
— Два золотых, и я готов забыть, что видел, как ты заманила Грету в дом!
— Грету? — усмехнувшись, переспросила я. — Так это значит, твоя коза?
— А то чья же? Не твоя, чай! — уперев руки в боки, объявили мне.
Я прищурилась, с жалостью глядя на «бизнесмена».
— Нет, не моя, — честно признала я. — И гостиная, в которой ТВОЯ КОЗА и, по совместительству, ПОДЕЛЬНИЦА устроила погром, — в этот момент, в гостиной снова что-то громыхнуло и снова обиженно заблеяла Грета, — тоже не моя, а моего родственника Ройса Грейсона. Это ваш мэр. Слышал о таком?
— Подельница? — сузил глаза мальчишка. — Ты на что это намекаешь?
— Не намекаю, а прямо говорю, — поправила я и изложила свою версию событий. — Дело было так. Я вчера так за день умаялась, что не проверила заперла ли на ночь двери. А ТВОЯ КОЗА этим воспользовалась и самопригласилась в гости. Результатом чего стал погром в гостиной мэра.
— Нннноо вввввсё жжжже не так было! — мальчишка так офигел, что даже заикаться начал.
— А доказательства говорят, что именно так, — скрестив на груди руки, известила я его.
— Ккакаккккие еееще докккказательства? — продолжал недоумевать малец.
А мне, что жалко? Я и объяснила.
— А такие, как у меня в гостиной. Вещественные. Что же касается твоих доказательств, то тут, малец, твоё слово против моего. И кому, как ты думаешь, поверит мой родственник? Тебе? Твоей козе? Или своей родственнице и вдове его боевого товарища, который погиб как герой?
— Ну ты… — покачал головой паренек. — Ну ты… Грета, за мной! — скомандовал он и только я его и видела. Как, впрочем, и его козу. Еле успела убраться с дороги, а то б это рогатое чудовище с криминальными наклонностями сбила бы с меня с ног и сказала бы, что так и было.
Журнальный столик, как оказалось, просто перевернулся, а затем, судя по валяющимся на полу книгам, козе досталось также и от них. Из чего я сделала вывод, что гостиная маяка отбиваясь от рогатой захватчицы, превращала в «оружие» всё, что только могла.
Я бережно подняла книги с пола. И тяжело вздохнула. Книги были явно очень старые и дорогие — рукописные, с кожаными украшенными тиснением и позолоченными узорами обложками, на одной из которых присутствовал явный отпечаток копыта, а угол второй «украшали» зубные отметины.
— Мэр Грейсон меня прибьёт и правильно сделает! — пробормотала я себе под нос.
— И за что он должен вас прибить? — весело поинтересовались у меня.
Чуть не выронив книги из рук, я подпрыгнула на месте и резко обернулась на смутно знакомый голос, который тем временем уже произносил слова извинения: — Прошу прощения, что без стука, но дверь была на распашку…
— А это вы! — облегченно выдохнула я и тут же следом тяжко-виновато. — Вот за это, — кивнула я на талмуды, которые, к счастью, всё-таки удержала в руках.
— Надо же, быстро вы! — присвистнул мэр.
— Да уж… — не зная, куда деть глаза от смущения, снова виновато вздохнула я. — Я понимаю, что они очень дорогие, даже не дорогие, а бесценные… — начала лепетать я, пытаясь представить себе, сколько может стоить подобный раритет и одновременно придумать, что в подобной ситуации можно сказать в своё оправдание.
— Вы даже не представляете себе, насколько! — подтвердил мои худшие опасения Ройс Грейсон (угу, это был он собственной персоной). И я вполне серьёзно задумалась над тем, а не свалиться ли мне в обморок? Но подумав о том, что тем самым я не избегу, а лишь отсрочу разговор о возмещении ущерба, передумала. — Это не просто книги, — тем временем продолжал добивать меня мэр. — Это… — он замолчал, явно подбирая правильные слова.
И я поняла: НЕ РАСПЛАЧУСЬ!
Но может, договорюсь? Все же я спасла ему жизнь. И его жене. И дочери. И другу. И жене друга. И дочери друга.
Ого! Прилично я так наспасала народа, а книги почти совершенно целы.
Договорюсь! Решила я и зашла с козырей. Ибо всем известно, что путь к сердцу любого мужчины лежит через желудок! А передо мной, судя по размерам «трудового мозоля», стоял тот ещё любитель поесть.
— Вы просто не представляете, какая вкусная у меня получается выпечка! — с места в карьер, принялась расхваливать я себя. — Хлеб, торты, пироги, пирожки, печенье, слойки, кексы, рулеты, — продолжала я, не позволяя удивленно округлившему глаза мэру, вставить и слово. — Да и десерты тоже не хуже! Эклеры, чизкейки, пирожные, бисквиты, тарталетки, галеты, муссы, суфле, брауни, тирамису, профитроли, карамельные пудинги! У меня всё получается очень вкусно!
— Ни секунды в этом не сомневаюсь, — заверил меня мужчина, получивший, наконец, возможность вставить слово. К слову, к этому моменту, он уже более не выглядел удивленным, он РАДОСТНО улыбался. Даже более того, он просто сиял! И это он еще мои десерты и выпечку не пробовал!
НИЧЕГО СЕБЕ МУЖИК ПОЕСТЬ ЛЮБИТ!
— Иначе бы они не выбрали вас, — между тем продолжал он.
— Они? — недоуменно переспросила я.
«Это он о козе и «бизнесмене?»»
— Рецепты, — кивнув на старинные талмуды в моих руках, ответили мне.
— Рецепты? — еще более недоуменно переспросила я и тоже посмотрела на талмуды. Точнее на обложку первого из них, с которой прямо на моих глазах исчез отпечаток копыта.
— Рецепты берегини, — ответили мне таким тоном, словно это ну вот всё-всё сразу и всем объясняло.
Посему я пошла по проторенному пути.
— Берегини? — в очередной раз недоуменно переспросила я. Не то, чтобы у меня совсем никаких идей не было. Слово-то мне было знакомо. Но вот значение? Учитывая, что маяк, в котором я теперь вроде как жила, располагался на берегу, могло быть другим.
Ройс понимающе улыбнулся и жестом пригласил меня сесть.
«Другими словами, объяснение будет долгим», — подумала я.
И не ошиблась.