Наталья Осояну – Балканские мифы. От Волчьего пастыря и Златорога до Змея-Деспота и рыбы-миродержца (страница 31)

И да, балканских демонов больше, чем описано в этой главе. Имя им — легион.

Глава 6. Праздники, обряды и календарная нечисть

Несмотря на разнообразие балканских традиций, в обычаях, связанных с календарными праздниками, прослеживается много общего. У всех славянских народов, как пишет Людмила Виноградова, народный календарь имеет одну и ту же характерную особенность: демонологические поверья включены в его структуру, отражая убеждение в существовании чистого и нечистого времени[179]. Второе подразумевает вторжение и разгул всевозможных сверхъестественных существ, преимущественно вредных (но даже обычно доброжелательные в соответствующий период могут стать опаснее), и для противодействия им предусмотрены разнообразные меры, запреты, ритуалы.

Один из главных таких периодов — всем известные Святки, которые на Балканах в большинстве случаев носят довольно мрачные названия: некрштены дани (некрещеные дни) у сербов и хорватов, мръсни дни (грязные дни), караконджерови дни (караконджульские дни), поганските дни (языческие, поганые дни) у болгар, volčje noči (волчьи ночи) у словенцев и так далее. Мифологический, дохристианский смысл этого зимнего праздника связан с зимним солнцестоянием — языческим праздником и одновременно астрономическим рубежом, после которого продолжительность дня начинает расти, что обычно трактуется как переход от умирания к возрождению, победа порядка над хаосом, сил добра над силами зла и так далее. Но нечисть — духи болезней, некрещеные младенцы, вампиры, призраки и так далее — успевает покуражиться, прежде чем добро и впрямь восторжествует.

Караконджулы как разновидность святочной нечисти обращают на себя особое внимание. Как отмечает Слободан Зечевич, эти календарные демоны фигурируют в фольклоре той части Балкан, которая находилась под османским владычеством и испытала греческое культурное влияние. Собственно, они и видом, и поведением, и временем активности очень напоминают греческих каликандзаров (καλικάντζαρος), о которых говорят, что они живут в преисподней, на протяжении года подпиливая ствол Мирового древа, прерываясь лишь во время Святок, — и, вернувшись к работе после их завершения, обнаруживают, что за двенадцать дней ствол успел полностью восстановиться, так что пилить придется заново.

В Восточной Сербии караконджула — существо с длинными лапами, которые оно могло запустить в дымоход, чтобы схватить какую-нибудь женщину или ребенка. В Болгарии оно представало в облике нагого черного человека, иногда с головой коня. Вне дома твари нападали на людей, оседлывали их и катались, пока не пропоет петух или не прокричит осел. В Черногории верили, что нарушительницу сакрального запрета на рукоделие после ужина демоны выманят из дома и утопят. Чтобы не приманить караконджул, в «некрещеные дни» нельзя было прясть шерсть; отвечать, если они позовут; еще следовало иметь при себе чеснок, соль, корку хлеба, если по какой-то причине понадобилось выйти на улицу ночью.

Детям в этот период запрещали мыться и купаться, поскольку считалось, что караконджулы обитают в воде. В отношении детей также существовало поверье, что ребенок, зачатый во время «некрещеных дней», окажется болезненным, неудачливым, а после смерти станет еще одним караконджулой или вампиром. Потому-то от Рождества до Крещения было не принято играть свадьбы (восточные славяне придерживались того же мнения: как гласит поговорка, на Святки только волки женятся).

Караконджулы бывают мужского и, пусть нечасто, женского пола (у болгар — караконджул, караконджулка). Изгоняли их, как и прочих святочных демонов (насколько это считалось возможным), с помощью колядования и шествия ряженых.

Строго говоря, зимний цикл праздников начинается не с «некрещеных дней», а чуть раньше (хотя есть разногласия, когда именно). Рождество предваряет ряд дней, посвященных святым (Климентию, Катарине, Варваре, Андрею и др.), а также некоторым событиям — в частности, 21 ноября (4 декабря) сербы праздновали Ваведење (Введение во храм). В этот день нельзя было работать с любыми острыми предметами, чтобы волки не задрали скот.

^{Рождество у словенцев. Иллюстрация Юрия Шубича.}

^{Šubic, Jurij (1893). Božično kajenje pri Slovencih. Dom in svet (Ljubljana), letnik 6, številka 1 / National and University Library of Slovenia}

Вълчи празници (Волчьи праздники) — аналогичный период в народном календаре Болгарии, занимающий от трех до десяти дней в зависимости от региона и посвященный чествованию волков. От региона также зависит, когда именно случаются волчьи дни, в ноябре, во время Святок или в феврале. В любом случае это часть осенне-зимнего праздничного цикла.

В означенное время запрещено произносить имя волка, чтобы его не потревожить и не призвать. Не разрешается также выполнять женскую работу по дому, связанную с острыми предметами (включая иголку и расческу) и шерстью. Раскрытые ножницы, в частности, символизируют волчью пасть, и кажется логичным с точки зрения мифического сознания, что их лучше в это время не трогать. А если женщина будет шить или хотя бы чинить одежду, тот, кто ее наденет, станет жертвой волков.

Самым опасным днем этих праздников считается последний, который называется Куцулан — в честь самого грозного волка, которого то считают одиночкой, то называют волчьим пастырем, предводителем всей мифической стаи как таковой. Куцулан — волк крупный, старый и хромой, но оттого не менее грозный. По преданию, он был первым волком, которому когда-либо удалось съесть человека.

Из зимних праздников, посвященных святым, отметим:

• 30 ноября (13 декабря) — День святого Андрея, когда принято было опасаться не волков, а медведей, потому что, по преданию, покровитель этого дня ездил на нем верхом (и медведей даже запрещено было поминать вслух, разве что иносказательно).

• 4 (17) декабря — День святой Варвары, покровительницы горняков и портных, когда готовили обрядовое кушание варицу, для которой воду брали из трех или девяти источников, причем шли за ней нарядными и уважительно здоровались, как с человеком. Словенцы верили, что если в этот день принести из леса семь сортов древесины и втайне от всех смастерить к Рождеству скамеечку, то она поможет распознавать ведьм[180].

• 6 (19) декабря — День святого Николая, защитника семьи, особенно популярного у сербов и черногорцев. К этому празднику готовили обрядовый калач и коливо, а также подарки детям. В честь святого Николая устраивали шествия ряженых с участием множества персонажей.

• 26 декабря — День святой Луции у хорватов и словенцев, когда также устраивали шествия ряженых, только руководила ими Луция, а ее свита в белых или черных платьях щеголяла с накладными рогами. К этому празднику также готовили особый обрядовый «хлеб Луции» — lucija, Lucijin kruh.

Это, конечно, не исчерпывающий перечень.

^{Святая Варвара, святая Екатерина и святая Лусия (Луция).}

^{The Metropolitan Museum of Art}

Перхта — мифическое существо, на Балканах известное лишь словенцам. Это злой дух женского пола, чьим именем пугали непослушных детей и бранились: «Pijerhta te bo vzela!» (словен. «Чтоб тебя Перхта взяла!») Перхта широко известна как персонаж шествия ряженых, которое устраивали в период зимних праздников: это был, как правило, мужчина в поношенном женском платье и маске с рогами. Своих «жертв» он норовил испачкать черными от сажи руками[181].

День перед сочельником у сербов и черногорцев назывался Туциндан и был связан в основном с приготовлениями к праздничной трапезе. Основной обряд рождественского цикла у южных славян — собственно сочельник, или Бадняк (Бадни дан или Бадни вечер). Этим же словом называют полено, — обычно дубовое, — которое по правилам должно гореть в очаге три дня. У католиков Боснии вместо полена или пня — ветка, которую затыкали за стреху[182].

Региональные версии, помимо различий в названиях, могут выделяться и тем, что касается обрядовой символики: полено-бадняк может быть не одно, а в количестве, соответствующем, например, числу мужчин или женщин в доме; из этих же соображений могут использоваться разные породы деревьев, «мужские» и «женские». Отдельные поленья могут символизировать детей, домочадцев и хозяйство в целом. Их могут располагать в очаге разными способами, а также вырезать крест или пять крестиков в форме креста.

Бадняк срубают по правилам: в сочельник до восхода или перед заходом солнца, пожертвовав ритуальный хлебец, кашу и зерно, произнеся положенные фразы до начала работы (в процессе, наоборот, необходимо молчать). Важна каждая деталь — если дерево, предположим, треснет, упадет не в ту сторону или застрянет в кронах соседей, оно считается негодным.

Вносит бадняк в дом, как правило, хозяин, завернув его в рубаху (мужскую или женскую, белую, чистую, новую) или чистое белое полотно. Хозяйка осыпает полено монетами, орехами, зерном и так далее. В проделанные дырочки льют вино, мед и масло, поверх кладут калач и кусочки мяса, а также серебряную монету. При этом произносят ритуальные фразы, нацеленные на то, чтобы в будущем году в доме царили покой и процветание, чтобы все были живы и здоровы, включая домашних животных, чтобы закрома были полны и так далее.