Наталья Никанорова – Фамильяр (страница 4)

Она могла различать в хрустальном шаре и при гадании на картах смутные образы. Через десять раз на пятнадцатый ей удавалось истолковать их верно. Но однако этих крох хватило, чтобы закончить, пусть и не с отличием, факультет предсказаний. Стихийный дар Клары Алисаветты стал в академии притчей во языцех. Она люто завидовала успешным однокурсницам с более сильным даром и от души ненавидела преподавателей, правда всегда маскировала это улыбчивостью и преувеличенной заботой. А потом и вовсе стала гадать на потенциальных недругов, коих у неё было огромное количество, и заносить их поступки в чёрное досье, которое лежало в недрах её памяти.

Это оружие, ещё не разу не подводило её. Со временем Клару Алисаветту стали сторониться, а уж когда после окончания академии дядюшка, который был членом попечительского совета, входил настоял, чтобы её сделали секретарём ректора, у-у!

– Лиар Тенебриальский, лиара Тенебриальская улыбнулась дежурной улыбкой, встречавшая посетителей ласочка, ваш столик готов. Как вы и заказывали, лиар Гримуальд, за колонной. Лиара Клара Алисаветта, принести ваш шар?

Столик за колонной? – лиса слегка приподняла брови, и растянув губы в улыбке, кивнула:

– Непременно, но попозже, сначала мы отведаем удивительных блюд маэстро Эрмини.

– О, они сегодня замечательные, – обрадованно сообщила официантка, – вы будете довольны. Кивнула и отвернулась к другим посетителям.

Тигр взял племянницу за локоток и они прошли в дальний конец веранды, где за широкой квадратной колонной, декорированной плющерозой, был накрыт столик. Гримуальд отодвинул для племянницы стул с изогнутой спинкой, подождал пока она сядет. Уселся сам, и заправив салфетку за воротник, открыл первое блюдо.

Им оказалась нежнейшая отбивная из ягнёнка.

– Гхырм, мясо!

Глаза тигра блеснули, он немедленно отрезал от неё больше половины и положил себе на тарелку.

Клара-Алисаветта расправила салфетку на коленях и насмешливо посмотрела на дядюшку.

– Не смотри на меня так Алисаветта, – пробурчал тигр, облизывая усы. – С утра маковой росинки во рту не было.

– Да-а? – протяжно удивилась Клара-Алисаветта, накладывая на свою тарелку салат из фруктов.

– И где же это вы были, лиар Гримуальд? На заседании триумвирата, да и попечительского совета, кормят, причём неплохо. Она попробовала салат и зажмурилась от удовольствия.

– Далеко отсюда, – обтекаемо сказал тигр и наполнил бокалы свой и племянницы вином из морозинки серебристой. Растущая высоко в горах, эта ягода обладала поистине уникальными свойствами: помимо того, что её листья ценили зельевары, за свойство раскрепощать сознание, ягоды морозинки, тускло красные с серебристым налётом, укрепляли здоровье, оказывали омолаживающее действие на организм. Те, кто пил вино из морозинки не испытывали потом похмельного синдрома. Но собирать их было настоящее мучение; только те, у кого были связи с высокогорным народом аррах, могли себе позволить заиметь в своих подвалах несколько бутылок вина.

– За развитие твоих способностей, – поднял бокал Гримуальд.

Клара Алисаветта, потянувшаяся к бокалу, отдёрнула лапу.

– Как вы… – О чём вы, дядюшка? –спросила она более спокойно.

Тигр лукаво улыбнулся и щёлкнул пальцами.

У колонны возникла ласочка с серебряным подносом, на котором стояли креманки с мороженным и пирамидка с хрустальным шаром.

По чёрным полосам Гримуальда стали пробегать серебряные всполохи; это означало, что дядюшка испытывает нетерпение. Многие фамилиары, населяющие Эфирику, принимали это за проявление магического дара, лиар Тенебриальский их не разубеждал – зачем? Это была одна из тайн рода. Изменение цвета полос на шкуре Гримуальда, выдавало его настроение – обычная генетическая мутация.

Кларе Алисаветте не было нужды смотреть под стол: хвост дядюшки был спокоен.

Поставив мороженное и пирамидку на стол, ласочка бесшумно удалилась.

– Я был очарован, племянница, так переиграть этого лиса Ройвена. Это позорище среди львов. Отправить его в человеческий мир. Нда, это было сильно. – Но, – тут улыбка сбежала с лица Гримуальда, – он вернулся, и что самое неприятное – не один. Племянница, у меня к тебе просьба: если что-то делаешь, делай не так топорно. Свидетелей лучше не оставлять, живых. Впрочем, мёртвых тоже, но у нас здесь некромантия не в чести, так, что… Правда есть советник Филакас. Ума не приложу, откуда он знает всё. О чём ты думала, Клара?

Кончик хвоста у лисы предательски задрожал, и она быстро спрятала его под стул.

– Что вы имеете ввиду, дядюшка Гримуальд? – повторила она, взяла бокал и осушила его одним махом. Зажмурилась, ощущая, как прохладное вино ухнуло в желудок и тёплыми огоньками начинает струиться по жилам.

Тигр откинулся на спинку стула и минуту изучающе смотрел на племянницу. Дождался, пока она откроет глаза, достал из кармана кристалл с палец длиной и вставил его в основание пирамидки. Хрустальный шар помутнел, и в нём тут же отразился кабинет ректора. Клара Алисаветта узрела себя, раскладывающую пасьянс и чертящую мелом пентаграмму магического переноса рядом с хрустальным шаром. Вот она зажигает свечи, делает пасс, довольно улыбается, а через некоторое время в её кабинет заглядывает усталый магистр Ройвен.

«– Вы плохо выглядите, магистр!», – услышала она свой встревоженный голосок. «– Для всех будет лучше если вы отдохнёте. О! А сходите-ка в Сад Хранителей, прогуляйтесь, может, в кафе зайдёте по дороге, но, главное подышите свежим воздухом, на вас лица нет!»

«– Благодарю, лиара Тенебриальская», – Клару Алисаветту передёрнуло; она не любила магистра именно за эту подчёркнутую вежливость и, если уж говорить начистоту, именно он высказывался против того, чтобы слабоодарённая выпускница работала в секретариате.

«– Скорее всего, я прислушаюсь к вашему предложению».

Хрустальный шар подёрнуло рябью и вот новая картинка: лев, гуляющий по дорожкам сада, с изумлённым видом пялится на забор. Затем оглядывается, снимает с себя одежду, прыгает через преграду и исчезает. Чтобы через несколько минут появится снова, со странной тряпкой на шее. Когда он отвязал её, Клара Алисаветта смогла увидеть маленького серенького котёнка с голубыми глазами. Очевидно, когда Ройвен одевался, то встряхнул одежду, и записывающее устройство слетело. Так или иначе, шар снова потемнел и больше ничего не показывал.

Глава 4

Глава 4 Задание

Клара Алисаветта сглотнула и прищурилась, соображая, где в её кабинете стоит следилка. В том, что она немагического характера, лиара Тенебриальская была уверена. Отследить с помощью магии немагическое устройство о-очень сложно.

А дядюшка, чтоб у него полоски никогда не чесались, глядел на неё, приподняв брови.

– Я тебя не виню, – в голосе Гримуальда, прозвучали усталые нотки. – Попытка хорошая, но, судя по тому, что ты не просчитала все возможные варианты, ты делала это впервые?

И велико было искушение поддаться очарованию этого голоса, но Клара Алисаветта слишком хорошо знала своего родственника, и то, что ошибок он не прощает.

– Такой крупный объект – первый, – уточнила племянница, опустив глаза и рассматривая ногти.

– Вот видишь, – попенял Гримуальд. – Советоваться надо со старшими.

– Но ведь не последний же, – сладко улыбнулась племянница.

– Кстати, дядя, кто выбирал тебе этот костюм? У него явно есть вкус, ты выглядишь потрясающе.

– Ой, ой, – улыбаясь, покачал головой Гримуальд, а полоски на его шкуре довольно вспыхнули тёмно-коричневым.

– Не заговаривай мне зубы, Алисаветта!

– Клара Алисаветта.

– Неважно, – отмахнулся дядюшка. – Ты же наверняка хочешь меня попросить, чтобы я умолчал о твоей новой способности на совете рода и в академии.

– М-м? – похлопала ресничками племянница.

– Ладно, считай уговорила, но при условии. Точнее двух.

– Разумеется! – Клара Алисаветта села прямее и отколупнула ложечкой мороженное.

– Первое, ты берёшь под контроль этого нового фамильяра, которого доставил Ройвен, а судя по глазам его найдёныша, это именно фамильяр. И второе, – Гримуальд помолчал, поправил галстук, полоски на его шкуре так и переливались серебром. Наконец он решился:

– Ты способствуешь исчезновению ректора академии.

Мороженное застряло на полпути к глотке.

– Кхе, – Клара Алисаветта закашлялась, и прикрыла рот салфеткой.

С невозмутимым лицом дядюшка налил вина в бокал и подвинул к племяннице.

Она со слезами на глазах кивнула, взяла бокал и залпом выпила предложенное.

– Вот так, не больше не меньше? – прохрипела она наконец. – А если я откажусь? Вы не хуже меня знаете законы: покушение на коронованную особу карается пожизненным изгнанием в мир людей, где мы, пусть не сразу, но утратим свою антропоморфную форму, некоторое время оставаясь говорящими зверьми, а потом пропадут память и речь . Нам повезёт, если будем прозябать в зоопарке, или, сохраните, боги, в каком-нибудь цирке. А если в дикой природе? Мы же не выживем! Я, во всяком случае, себе не враг.

– По порядку, – Тенебриальский подпёр подбородок лапой и задумчиво глянул в свой бокал, где на донышке сверкали капли драгоценного вина. – Во-первых, с чего ты взяла, что я тебя уговариваю нарушить закон? Наш державный единорог, стал всё чаще тосковать, а при должности Алверина, которую он вынужден совмещать с должностью ректора, это небезопасно. Ему помочь надо. Отправить, скажем так, на длительные каникулы к сородичам. Пусть отдохнёт от трудов праведных. Поэтому, во-вторых, тебе ничего не грозит, максимум понизят в должности. Но на академии свет клином не сошёлся. Я не прав?