Наталья Никанорова – Фамильяр (страница 6)

– Я его сначала испугался, – признался Хан, беря в лапы чашку с молоком, – а он, оказывается, добрый и ни капельки не страшный.

Аристо кивнул, уселся напротив Хана, и взяв в лапы молочник, подтвердил:

– Очень добрый. У него работа такая – спасать. Собственно, в своём мире он и был спасателем. Как он попал в Эфирику, Миртос рассказывать не любит, да и отец, об этом умалчивал, хоть сам приставил его ко мне. Знаю одно: Миртос меня вырастил и не позволил стать избалованным барчуком. Так, что тебе очень повезло, что вы подружились.

– Ух, ты!

Глаза Хана загорелись; он явно предвкушал, как будет расспрашивать сенбернара.

– А относительно того, почему ты вырос, – магистр осторожно потрогал лапой подбородок, – есть у меня догадка. Только уговор: не говорить Миртосу. И не пугайся, это просто проверка.

С этими словами он резко встал, и, как показалось Хану, стал выше ростом, а затем грозно зарычал.

– Ой, – пискнул Хан, закрыв глаза, и ощущая, как полы халата становятся огромными и накрывают его с головой.

– Вот об этом я и говорю, – послышался спокойный голос магистра. – Ну же, малыш, выбирайся и открывай глаза, честное слово, сегодня я больше на тебя рычать не буду.

– А когда будете? – с подозрением пропищал Хан, приоткрыв один глаз, не торопясь вылезать из своего убежища, только слегка высунул нос.

Магистр спокойно сидел за столом и пил чай.

– На тренировках, – пояснил он. – Надо, чтобы ты взял под контроль, эту свою особенность и не становился малышом, как только на тебя кто-то прикрикнул, а только и исключительно по своему желанию. Согласен?

– Да.

– Тогда успокаивайся и давай завтракать.

Хан опять зажмурился, стараясь унять колотящееся в горле сердечко. Это получилось, когда он вспомнил мамины руки, поглаживающие, прогоняющие страх, вселяющие уверенность, что всё будет хорошо. И вот он уже снова взрослый. Но ,кажется, сюда кто-то идёт. Перед входом послышались торопливые шаги.

Хан повернулся к внезапно раскрывшейся двери, чутко поводя ушами, и с восторгом уставился на Миртоса, застывшего в стойке на пороге. То, что он спешил, можно было понять разве что по растрепавшейся причёске. В остальном его наряд был безупречен. Убедившись, что всё в порядке, слуга позволил себе расслабиться.

– Приветствую, юный Хан, магистр!

Аристо отсалютовал чашкой.

– Доброе утро, Миртос! – звонко сказал Хан. – А я вырос!

– Я вижу, – в больших карих глазах сенбернара заплясали смешинки.

Но когда он повернулся к Ройвену, их уже не было.

– Я слышал рык, лиар.

Неодобрение, сквозившее в голосе слуги, можно было намазывать на бутерброд.

Аристо со вздохом поставил чашку на стол:

– Да надо было кое-что проверить. Видите ли, Миртос, у нашего Хана есть одна особенность. Когда он пугается, то становится маленьким. И надо бы это взять под контроль, чтобы им никто не смог управлять. Как думаете, справимся мы с такой задачей?

– Разумеется, лиар, – подтвердил Миртос, окинув Хана задумчивым взглядом.

Тот поёжился, оценив перспективы.

– Но если мне будет позволено заметить, для таких целей у нас оборудован тренировочный зал в подвале.

– Там и будем заниматься, – кивнул Ройвен. Возьмёте на себя первые занятия? Я подключусь позднее, надо разобраться, что за якир, творится с Алверином.

– Лиар, – укоризненно произнёс Миртос, указывая глазами на навострившего уши Хана.

– Что? – Ах, да, – хлопнул себя по лбу магистр. – В общем, вы пока занимайтесь вместе, а у меня дела. Как освобожусь, подойду и тоже поучаствую.

Когда магистр ушёл, Хан умылся и самостоятельно переоделся в удобный комбинезон, висевший у него в шкафу. Закончив глянул на Миртоса. Тот приподнял бровь и, осмотрев его, величественно кивнул.

– Сойдёт. А обувь?

– Обязательно? – сморщил нос Хан.

– Конечно, мы же не дикие, – пояснил слуга.

Проворчав себе под нос, что-то о надуманных правилах, Хан, покопавшись в шкафу, выбрал удобные туфельки из мягкой кожи.

– Отличный выбор, – похвалил Миртос. – Ступай за мной, малыш.

Из галереи второго этажа, по деревянной винтовой лестнице, они спустились на цокольный этаж. Хан покрутил головой. При слове «подвал», он представил себе нечто сырое и тёмное, но здесь, к его удивлению, было сухо и чисто, ни пылинки. А на стенах ровным светом сияли магические светильники; стоило к ним подойти, они разгорались ярче, отходишь – и они снова светят вполсилы.

Хан покосился на Миртоса: если бы не он, здесь можно было бы неплохо повеселиться.

Миртос тем временем открыл одну из массивных деревянных дверей, просто приложив к ней лапу.

– Вот это да! – округлились глаза у Хана, когда он увидел в открывшейся двери тренировочный зал с бассейном, площадкой, устланной мешками с душистым сеном. У самой дальней стены находилась огромная деревянная мишень, из которой торчал кинжал.

Миртос смотрел на Хана и улыбался его восхищению.

– Здорово! А как вы его открыли? Вы маг?

– Ну что, ты, – возразил тот. Просто поскольку я служу в этом доме, у меня есть допуск во все помещения.

– И у меня будет?

– Со временем, – кивнул сенбернар, – как только, ты, усвоишь всё, что должен знать член рода. Ну, чего стоишь, проходи. И запомни: соседнее помещение – лаборатория магистра Ройвена, вот туда лезть без приглашения не следует. Впрочем, ты пока всё равно не сможешь её открыть.

Говоря это, Миртос снял ливрею, оставшись в рубахе и штанах, и аккуратно повесил её на плетёный манекен. Смахнув с рукава несуществующую пылинку, и, прежде чем шагнуть на тренировочную площадку, снял свои мягкие сапоги. Глядя на него, Хан тоже скинул свою обувь, с наслаждением пошевелил пальчиками и шагнул на мешки.

Миртос уже был там, серьёзно кивнул, вставшему напротив Хану.

Тот изобразил боевую стойку и зашипел, но, увидев ,как развеселился Миртос, сник.

– Неправильно, да?

– Да, – сквозь смех, кивнул сенбернар.

– А почему?

– Потому, что пока ты принимал красивую позу, тебя десять раз можно было сбить с ног, – любезно пояснил Миртос. – Этому я тебя тоже буду учить, но сейчас у нас другая задача. Тебе нужно научится принимать обе формы – детскую и взрослую – по своему, –выделил он слово, – желанию. Сегодня поработаем с твоим страхом. Я, в отличие от тебя, не маг, но я часто видел, как лиар Филос тренирует сына и слышал его наставления. Попытаюсь пересказать их тебе, а ты запоминай и старайся применить.

Как правильно заметил магистр Ройвен, ты эмпат, у тебя есть возможность чувствовать настроение других людей. Вспомни сам, как ты почуял настроение этой девочки, Сани, кажется?

Хан кивнул.

А ведь она была в другом мире! Я уже молчу о том, что свою маму ты чувствуешь сквозь миры. Видимо, это даёт тебе своеобразную защиту. Попробуй это использовать.

– Как?

Миртос потёр лапой подбородок, пошевелил носом.

– Если я правильно помню объяснения, лиара Филоса юному Ройвену, то ты должен представить вокруг себя что-то вроде щита, который не пропускает к тебе зло.

– Вроде понял, – кивнул Хан и прищурился.

– Готов? – через несколько секунд спросил Миртос.

– Да.

Хан ожидал, что Миртос на него зарычит, как магистр. Ройвен. Но он просто вынул из кармана брюк, большущий сверкающий орех и бросил его в потолок. Раздался оглушительный грохот.

– Ой, – пискнул Хан, закрывая уши лапами и уменьшаясь в росте.

– Плохо!