Наталья Масальская – Темные тайны белой ведьмы (страница 9)

– По отношению к совсем не махровым вашим.

– Чужой.

Взгляд Богданы стал рассеянным, она слепо уставилась перед собой.

– Не привыкли пользоваться магией? – тихо спросил я, пытаясь вывести ее на сокровенное, пока она находится в раздумьях.

– Ага, – Она вдруг посмотрела на меня и неожиданно весело улыбнулась. – Не стану мешать. Думаю, вы уже достаточно отблагодарили меня, – она поднялась с дивана и направилась в сторону входной двери.

– Если вдруг захотите заглянуть ко мне с ответным визитом, буду рада.

– Приглашаете на свидание?

Похоже, мой вопрос в очередной раз смутил мою безрассудную собеседницу, и я с удовольствием наблюдал, как ее щеки заливает румянец.

– Свидание, это громко сказано, но приятной беседой постараюсь развлечь. Если захотите, вы можете быть интересным собеседником.

– Вы мне льстите.

– Боюсь, я недооцениваю вас, – многозначительно произнесла Богдана и взялась за ручку двери. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – ответил я, и дверь за моей гостьей закрылась.

Мысли роились в голове, как пчелы, не давая сосредоточится. Как быстро она догадалась о просьбе Берендеева. Я невольно улыбнулся. Странно, что она не стала отвечать на вопрос про магию. Вряд ли ее беззаботное «ага» было именно тем, что она хотела сказать на самом деле. Да, я бы мог просто залезть к ней в голову или призвать ночью ее дух, когда его хозяйка будет крепко спать. Но именно с ней не хотелось торопиться и лезть напролом. Возможно, я просто тешу себя наивными надеждами на то, что у меня может когда-нибудь быть нормальная жизнь. Отложу радикальные меры еще на пару дней.

На следующий день Богдана пришла вечером в обозначенное время. Я не сопротивлялся, позволив ей провести все необходимые манипуляции.

– Похоже, мой визит сегодня последний, – разглядывая мою спину, прокомментировала она. – Радуйтесь. Вы так хотели избавиться от меня, – девушка смотрела лукаво.

– Думал не дождусь, – с деланым раздражением парировал я, по привычке пытаясь уколоть ее.

– Какой вы все-таки невыносимый тип.

Я знал, она хочет завязать очередной разговор, но пока не выяснил зачем все это ей, поэтому просто промолчал.

– Мне пора. Пока не накликала на себя какое-нибудь страшное проклятие.

Я кивнул и Богдана вышла за дверь.

Она начинает занимать слишком много места в моей жизни. Сейчас это совсем не кстати. У меня нет на все это времени. Как подтверждение моих мыслей мышцы живота пронзило спазмом, а тату засветилась под рубашкой, заставляя меня вспотеть.

– Какого Черта? Опять!

Глава 8

Богдана

После последнего визита к Ольховскому я не видела его несколько дней. Наверное, зализывает где-нибудь свои раны. Кстати, о ранах. Они выглядят как наказание за проступок. Что же он такого сделал или не сделал, что кто-то так его наказал?

Мой мозговой штурм прервало чье-то тихое, но настойчивое мяу. Я посмотрела в сторону окна. На широком каменном подоконнике сидел премилый белоснежный котик.

– Привет, – я подошла поближе и осторожно погладила его по голове. Котик не возражал, напротив, принялся ластиться мне под руку. Через пару минут он уже ехал на моих руках ко мне домой. – Угощу тебя сосиской, – приговаривала я и гладила мурчащеее облачко по мягкой спинке.

Я быстро вошла в дверь, посадила своего пушистого гостя в кресло, а сама отломила кусочек молочной сосиски, оставшейся у меня после вчерашнего ужина, и протянула коту.

– Держи, малыш, – проворковала я, глядя как тот аккуратно поедает предложенное ему угощение. – И как же тебя зовут? – я посмотрела на ошейник, к которому был прикреплен небольшой серебристый брелок со странной надписью. – Шада-налам? – произнесла я удивленно. – Странное имя для кота.

Не успела я выпустить брелок, как кот начал мигать и увеличиваться в размерах. Через несколько секунд вместо милого пушистого комочка в моем кресле нагло раскинулся Ярик. Я отпрянула, и округлив от испуга и удивления глаза, вылупилась на его голый торс. Мне понадобилось секунд тридцать, чтобы прийти в себя. Я схватила первое, что попалось под руку – оставленную на диване юбку – и со все дури замахнулась на мальчишку. Тот гоготнул и, увернувшись от удара, юркнул в дверь.

– А ну, стой, – выкрикнула я ему в спину, но Яра и след простыл.

Все еще пытаясь судорожно проглотить испуг я думала, что мне делать. Идти к Ольховскому и рассказать о том, как развлекаются его ученики или сразу к директору? Пока я решала, как наказать прохвоста Гордеева, вспомнила, что мельком увидела у него подозрительно знакомую тотушку в районе солнечного сплетения. Думаю, наказание подождет. Зато я смогу вытрясти из белобрысого наглеца интересующую меня информацию. Интересно, ему хватит мужества или бесстыдства заявится сегодня на мой урок? Вот и проверим. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что в комнате нет ни котов, ни пауков, ни тараканов, я направилась в спальню переодеваться.

Через полчаса уже шла в сторону своего класса, где по счастливому стечению обстоятельств первым уроком у меня значились лекари и алхимики. Зайдя в дверь, я быстро окинула взглядом присутствующих, Гордеева среди них не было. Похоже, придется вылавливать его по всей школе, досадовала я. Села за стол и достала листки с лекцией.

К моему удивлению за пять минут до звонка в класс ввалился Гордеев со своим шкафоподобным прихвастнем со звучной фамилией Дубина. Он сразу же увидел меня и не торопясь, вразвалочку проследовал к своему месту. Зря ты малыш думаешь, что смущаешь меня, пронеслось в голове при виде его злорадной улыбочки.

– Гордеев, – окликнула я мальчишку, когда он уже собирался сесть на свое любимое место за первой партой. – Помогите мне.

Гордеев с удивлением поднял на меня глаза. Похоже, в их дуэте команда «помоги» относилась скорее к его приятелю.

– Ну же, – поторопила я и направилась к двери в небольшую лаборантскую, где хранились учебные пособия и книги. – Нужно достать один фолиант с верхней полки.

Гордеев скривил рот в саркастической ухмылке и под взглядами учеников направился за мной следом.

– Багаж свой здесь оставь, – бросила я, заметив, что и Дубина поплелся за нами.

Гордеев остановил его взглядом, и парень вернулся на свое место.

– Какой он у тебя послушный; сидеть, лежать, место, – ухмыльнулась я. – Ты, видимо, решил, что со мной тоже так прокатит?

Гордеев попытался приосаниться и принять более раскованную позу, показывая, что не сильно-то и боится. Но заметно вздрогнул, когда, взмахнув рукой, я заклинанием запечатала за ним дверь.

– Да не бойся. В образе пушистого котика ты был куда смелее.

Я медленно подошла и провела ладонью по его щеке. Ярик нервно сглотнул.

– Я закрыла дверь, расслабься наконец.

Губы Гордеева изогнулись в гримасе отчаянья, словно он хотел заплакать, но отстраниться не посмел.

– Это ты здорово придумал в котика оборотиться, – томно прошептала я и подошла еще ближе. – Ну же, чего сейчас-то смущаться? Давай, обними меня, – прошептала я и потерлась носом о его щеку. Парень замер. Похоже даже не дышал. Только ошарашено смотрел на меня. – Не думала, что ты такой скромник. У меня в гостиной был куда смелее, – прошипела я сквозь стиснутые зубы и схватила мальчишку за ухо.

Ярослав вскрикнул от боли и попытался вывернуться из моей хватки. Наконец ему это удалось. Он отскочил в сторону, с совершенно безумным лицом прошипел:

– Вы еще пожалеете…вы….

– Чего ты так занервничал? Ну, не надо так бояться, – мой голос снова стал приторным и, растянув губы в улыбке, я приблизилась к Яру. Тот подпирал дверь, шаря рукой в поисках ручки.

– Что, уже уходишь?

– Вы не имеете права, – изогнув губы в презрении, бросил Яр и еще быстрее зашарил по дверному полотну. – Откройте, иначе я все расскажу папе, – пригрозил он.

– Папе? Малыш, – засюсюкала я, чтобы согнать спесь с засранца. – Но не раньше, чем ты мне кое-что разъяснишь.

– Во-первых, кто тебя надоумил так за девчонками подглядывать? И во-вторых, я подошла на расстояние шага и ткнула пальцем в то место, где под белой форменной рубашкой была скрыта татуировка, которая меня так интересовала.

Парнишка дернулся и направил на меня руку с магическим перстнем.

– Назад, – процедил он угрожающе.

– Мм, испугался?

– Дверь, – прорычал он, не опуская руку.

– Ты же знаешь, использовать магию для нападения в школе нельзя.

– Пофиг, – бросил Яр.

– Не правильный ответ.

Сопротивление мальчишки только злило меня, ярость уже закручивалась внутри тугой пружиной. Она буквально поглощала меня, затуманивая сознание. Воздух вокруг стал горячим и вязким, как желе. Казалось, если провести по нему пальцем, останется глубокий след. Перед глазами было только лицо Яра, которое из озлобленного стало испуганным и бледным. Он наконец убрал руку с перстнем и вжался в дверь, тяжело вдыхая раскаленный воздух через открытый рот.

– Вот теперь все правильно. Итак, я слушаю, – мой собственный голос звучал у меня в голове будто бы издалека.

– Это Ольховский, – просипел Гордеев. – Он рассказал, что сам так делал. Типа девчонки без ума от котиков. И никто не спалит.

– Ну предположим, – я чуть отступила, стараясь вернуть контроль. Воздух начал остывать. – В кота тебя надоумил обратиться твой профессор. Что с татуировкой?