Наталья Кашина – Спросите леди Энн (страница 4)

— Прошу, только не упадите в обморок. Ваша добродетель меня ничуть не интересует. Если верить тому, что о вас говорят, вы на дух не переносите мужчин и мечтаете умереть старой девой.

Энн вскинула бровь.

— Мне нужно чтобы вы нашли мне жену из вашего круга. Желательно чтобы это не выглядело как жест отчаяния. Дамы в слишком затруднительном финансовом положении, незаконнорожденные или престарелые вдовы мне не подойдут. Это должна быть одна из тех леди, что смотрят вам в рот. Такая, которую с радостью приняла бы в семью ваша собственная тетя. Справитесь?

Энн от удивления потеряла дар речи. Еще никогда ее не просили о помощи в столько деликатном деле так прямолинейно и даже вызывающе. То обстоятельство, что ее саму не стали даже рассматривать в качестве претендентки на роль невесты от чего-то больно укололо самолюбие. Своим предложением он, судя по всему, поставил ее в один ряд с престарелыми вдовами, незаконнорожденными и дамами в затруднительном положении.

— Боюсь вы меня с кем-то путаете, мистер Ксандер. Я не занимаюсь сводничеством.

— А я не организую бесплатные круизы в Италию для джентльменов. Всего хорошего, леди Телбот.

С этими словами он снова принялся массировать переносицу. Создавалось впечатление, что предмет их разговора его никоем образом не интересует и он одинаково без энтузиазма воспримет любое ее решение.

— Настой ивовой коры и поменьше кофе.

— Что, простите?

— От головной боли. Я знаю, о чем говорю. Сама страдаю от этого недуга. Еще я бы рекомендовала вам выспаться, но учитывая, что до рассвета осталось меньше трех часов это прозвучит как издевательство.

— Спасибо. Я приму к сведению. Что-то еще?

— Как вы представляете себе мою помощь в поиске жены?

— Тут я считал вас экспертом. Светское общество – это ваша стихия, а не моя. Меня, знаете ли, с некоторых пор принимают отцы большинства лондонских семей, а вот их жены и дочери публично игнорируют мое существование, делая любые попытки ухаживания невозможными.

— И зачем вам жена, которая воротит от вас нос?

— Для того же для чего мне этот дом и самый большой торговый флот на юге Англии. Это статус и возможность привлечь еще больше внимания к моим предприятиям. Не уверен, что вы встречались с таким понятием ранее, но мне, если хотите знать, нужна «трофейная жена». Та, кто обеспечит моих детей той самой галереей с портретами титулованных покойных родственников. Ну что, готовы мне помочь?

— Нам в любом случае нужно будет поддерживать легенду о вашем примирении с мои братом, для этого будет неплохо появляется в обществе вместе. Будет странно если я начну вас откровенно сватать, но правила приличия не позволят дамам вокруг меня открыто игнорировать вас, если я представлю вас как друга. Но учтите, это займет какое-то время…

— Два месяца. Вряд ли ваш брат разрешит вам выходить из дома после того, что вы ему устроите. Каким бы недотепой он не был, но позволять потешаться над собой… боюсь он вам этого никогда не простит.

— Позвольте мне самой разобраться с братом. Вас же я попрошу лишь обеспечить его безопасность на борту корабля и дать ему хоть какое-то дело на время плавания.

— А он что-то умеет? Могу сделать его матросом.

— Умоляю, будьте серьезны. Он неплохо декламирует, в детстве писал чудесные акварели, учителя отмечали его способность к языкам…

— Он знает итальянский?

— На сколько я могу судить, довольно посредственно, однако он многие годы состоит в переписке с каким-то венецианским художником.

— Значит я найму его в качестве учителя для капитана своего корабля. Славный малый, но не как не может справится с ведением судового журнала на английском.

— Наймете? Эдварда?

— Конечно мы не можем позволить ему путешествовать под своим именем, тем более если по вашей легенде он в бегах.

С этими словами Ксандер достал листок бумаги и написал на нем несколько беглых строк, после чего умелым движением запечатал письмо и вручил его Энн.

— Это письмо для капитала Санта Марии, около шести часов вечера, с вечерним приливом, она отходит из Дувра. Вашему брату лучше поспешить чтобы успеть на борт. Его, кстати, в письме зовут Джон Смит, он учитель грамматики и на протяжении всего плавания Санта Марии в его обязанности будет входить перевод судового журнала, а также обучение капитана основам английского языка. Команда вся подчистую набрана из итальянцев, а потому, даже если капитан по-английски так и не заговорит, навыки вашего брата в итальянском тучно улучшаться. Думаю, вы сами придумаете легенду как это письмо попало к вам и убедите брата выдать себя за мистера Смита?

— Ну разумеется.

— На этом считаю наше дело улаженным. Я знаю джентльмены вашего круга верят слову женщины не больше, чем слову спекулянта, но я человек другого рода и привык доверять людям, с которыми веду дела.

С этими словами он встал из-за стола и протянул ей свою руку. Энн растерялась. Она почувствовала неловкость вкладывая свою ладошку, внезапно ставшую казаться ей крошечной, в его широкую ладонь. Это был грубый, лишенный всякой деликатности жест, но от чего-то именно он придал ей уверенности. Она справилась. Эдварду не придется стреляться, а равно скрываться полжизни на континенте. Все будет хорошо. Энн почувствовала словно тяжелый груз свалился с ее плеч.

— А вы молодец, признаться не ожидал от сестры Телбота чего-то стоящего. Признаю, мое самое первое впечатление о вас оказалось ошибочным.

— Благодарю. Могу я спросить вас что заставило вас передумать и не захлопнуть дверь? Кроме башмака Мерри, конечно.

— Мне понравилась ваша горничная.

Ксандер лукаво подмигнул.

— Где вы ее только нашли?

— Миссис Смит? Это она нашла меня, а мне просто повезло, что она согласилась у меня работать. Возможно однажды, с ее разрешения, я расскажу вам историю нашего знакомства. Ближайшую пару месяцев нам предстоит довольно часто беседовать друг с другом, мистер Ксандер.

— Фред, я разрешаю вам называть меня Фредом. И сам собираюсь звать вас Энн… мисс Телбот.

Глава 3. Не оставайтесь без сопровождения

Убедить Эдварда, что её миротворческая миссия оказалась провалена, было совсем несложно. Он ни во что не ставил мистера Ксандера и был убеждён, что тот спит и видит, как бы пустить пулю ему в лоб. Нервы брата оказались настолько взвинчены, что на мгновение Энн даже почувствовала вину за свой обман.

— Эдвард, всегда есть выход. Ты можешь принести мистеру Ксандеру свои искренние извинения, и инцидент будет исчерпан. Ты ошибался, сверился с управляющим и убедился, что был не прав. Такое случается. Никто, кроме парочки никчёмных идиотов из твоего клуба, не станет думать о тебе дурно. Умоляю, принеси извинения, и мы покончим с этим.

— Энн, ты не понимаешь. Ты всего лишь женщина и ни черта не смыслишь в таких делах.

Самонадеянность брата охладила вспышку вины. Энн поклялась, что в этот раз таки проучит непутёвого родственника и даст ему ощутить последствия своих ошибок.

— Тогда ты прав, остаётся лишь одно — бежать. Мы не можем позволить этому мистеру нашпиговать тебя свинцом. Всё-таки есть небольшой толк в том, что я ездила к нему этой ночью. Я смогла стащить с его стола это письмо, я нагрела сургуч, и это оказался твой билет на корабль в Италию.

— Ты с ума сошла, это же «Санта‑Мария» — корабль Ксандера!

— А где, как ты думаешь, он станет тебя искать в последнюю очередь?

— А если этот мистер Смит явится на борт? Ты об этом подумала?

— Да, и на этот случай у меня есть миссис Смит, которая сможет задержать его до отплытия корабля. Всё, что нам нужно, — быть в Денвере раньше его. Если письмо ещё час назад было на столе у Ксандера, значит, мистер Смит ещё не выехал, и мы сможем его опередить.

— А что будет, когда этот незадачливый учитель явится к Ксандеру, опоздав на корабль? Ты это предусмотрела?

— Разумеется. Прежде всего, крайне маловероятно, что опоздавший по собственной вине работник добровольно явится к нанимателю. А учитывая, что часть денег он уже должен был получить, самое разумное для него — скрыться с глаз. А если в последующем выяснится, что вместо него кто‑то другой выполнял его обязанности на корабле, так и того лучше… Вообще, Эд, нам нельзя терять время, мы должны прибыть в Дувр как можно скорее.

Но «скорее» не получилось. Вначале Энн потратила добрый час, объясняя Эдварду, почему у учителя английского на борту корабля не может быть камердинера, потом ещё час перебирала собранный им саквояж, выкладывая из него жилеты с серебряными пуговицами и бархатные бриджи.

— Эд, ты должен хотя бы постараться выглядеть как мистер Смит! Вот зачем тебе цилиндр? Лучше найди, ради бога, словарь.

То и дело уставшая от бессонной ночи Энн ловила себя на мысли, что, если бы мистер Смит существовал на самом деле, у них с Эдом не было бы и шанса опередить его на пути в Дувр. Но вот наконец вещи были собраны. Под диктовку сестры Эдвард написал письмо, где постарался не пугать тётю, вежливо уведомляя её и дядю о том, что «срочные дела вынуждают его отплыть в Италию, где он планирует какое‑то время погостить у своего хорошего друга». По настоянию Энн он не стал сообщать о скандале в клубе, намереваясь рассказать страшную правду постепенно. Он также написал несколько писем друзьям, поручив их отправку Энн, но та уже знала, что бросит их в огонь немедленно, как только вернётся из Дувра.