Наталья Духина – Алканавты (страница 1)
Наталья Духина
Алканавты
Часть 1. Пузырь
Глава 1. Госпиталь в Маури (1 февраля – 20 мая 01 года)
1 февраля 01г., госпиталь в Маури
Заведующая буравила взглядом практиканток – кобра как есть.
Поддавшись гипнотическому взгляду, девчонки одна за другой склоняли головы. Но Лина держалась, старательно таращась в переносицу мадам. «Так тебе, змеюка… не нравится?!»
Заведующая возвышалась над ними – тощая, властная, да ещё в косынке, веером ниспадающей на плечи, точь-в-точь капюшон очковой змеи. И само здание главного корпуса казалось мрачным средневековым замком, населённым рептилиями в косынках. Ни за что по своей воле Лина не пошла бы сюда. Но – надо.
«Смотри не переиграй!» – всплыло в памяти наставление деда.
«И правда, одна осталась, хватит пялиться», – Лина как можно натуральнее вздрогнула и тоже опустила голову. Сдалась!
«Кобра» довольно ощерилась: все практикантки глядели в пол. И застрекотала как ни в чём не бывало о местных порядках.
Лина мысленно похвалила себя: на неё обратили внимание. А всего-то и нужно было – прикинуться непокорной и после поддаться, победа над сложным соперником ценится вдвойне. Древняя как мир тактика работала и в XXVI веке.
Девчонки потихоньку приходили в себя, поднимали головы.
Эффект следовало усилить – и Лина поддакнула, удачно вписавшись в трескотню «кобры», ещё и вопросик к месту подкинула.
Во что бы то ни стало она должна попасть куда надо, а распределяет вновь прибывших 16-летних практиканток по корпусам именно эта заведующая.
Наконец, «кобра» перешла к главному. Предложила практиканткам высказаться, кто куда хочет.
Настал момент истины – получится, нет? Лина попросилась к самым сложным пациентам. К тем, кто в коме. На удивлённое «почему вдруг?» прохрипела, заикаясь: интересует полный спектр заболеваний, и она уже ознакомилась в Кроско с травмами лёгкой и средней тяжести, а вот с тяжёлыми – ей хотелось бы в Маури, потому что именно здесь лечат безнадёжных пациентов лучше всего.
Аргумент убойный, вызубрен заранее, главное было – правильно подать. Дед учил: нельзя, чтоб от зубов отскакивало. Наоборот, дыхание прерывистое, горло перехватывает, будто делишься сокровенным.
И она справилась! Заведующая расцвела от её слов. И отдала Лине единственную по данному направлению вакансию.
«Ура-а! Какая мадам хорошая, а я её «коброй»…» – ответно расплылась Лина. У неё получилось!
Тяжёлые лежали в корпусе номер 7 – на отшибе больничной территории. Сюда Лина и порулила солидным неспешным шагом. Улыбка то и дело набегала на лицо, сгоняя уныло-деловую гримасу, с которой, по её мнению, только и следовало пребывать на территории госпиталя. Она хмурилась, возвращая гримасу, но улыбка нагло пробивалась обратно – ведь первый и самый сложный пункт выполнен!
Местная планетарная система, куда забросила Лину судьба (вернее, распределил главный компьютер), состояла всего из трёх крупных объектов: собственно звезды со странным именем Бер и двух её планет Кроско и Маури. Массивная Маури кружилась вокруг Бер на большем расстоянии, чем её субтильная соседка Кроско. И пока Маури описывала один виток, юркая небольшая Кроско успевала обернуться дважды. Иначе говоря, период обращения Маури вдвое, а радиус – в 1.6 раз больше, чем у Кроско.
Население планет резко разнилось: большую Маури оккупировали «бездетные», маленькую Кроско – «семейные». «Бездетными» называли тех, кто предпочитал жить ради себя, не обременяясь родственными узами и обязательствами; воспитанные в интернатах, они считали правильным и всех детей там воспитывать, а для воспроизводства населения сдавали семенной материал: детям следует рождаться в инкубаторах. «Семейные» же «бездетных» решительно не понимали и не принимали их идеологию, семья – вот что ставилось во главу угла.
Наученные печальным (вплоть до войн) опытом других планет, вместе под одним небом ужиться и не пытались – зачем зря мучиться, нервировать друг друга, когда можно решить вопрос полюбовно: вообще не сходиться, не пересекаться. Договорились заранее кому куда: бросили жребий. И по завершению терраформирования, то есть триста лет назад, как только открылся доступ на заселение, сразу стали селиться порознь. «Семейные» не расстраивались, что планета им досталась меньших размеров: зато климат лучше – теплее, рельеф ровнее и вообще – уютнее.
Открыто соседи не враждовали – скорее, соперничали. На каждой из планет царили свои законы, часто противоположного действия: за что на одной наказывали тюрьмой и каторгой, на другой поощряли наградой. Нельзя сказать, что мауряне не пускали к себе кроскиан, а кроскиане – маурян: активно туда-сюда курсировали группы туристов и торговцев, наука-культура-спорт тоже действовали объединяюще; а за юные неокрепшие умы шла негласная борьба – каждая из сторон активно тянула в свой лагерь. Однако если ты прибыл к соседям и нарушил закон – судить тебя будут они, и подвергаться наказанию будешь там.
Поселили Лину в подвальный флигель корпуса номер 7. Аскетично, холодно. «Бр-р! Как в пещере!» Её одолела трясучка.
Подрагивающими руками достала новенький фон. Тот сразу отреагировал, высветив на экране чёрными пляшущими буквами:
– Тише едешь – дальше будешь.
– Без тебя знаю! – недовольно буркнула Лина.
Последнее время фон стал каким-то слишком общительным: чуть тряханёшь – сыплет фразой. По задумке же должен реагировать лишь после постукивания по экрану. Дизайн девайса она придумала самолично: пустила по жёлтому экрану бегать чёрные символы, которые по команде должны сбиваться в осмысленный текст. Этот текст выбирался случайным образом из базы афоризмов и поговорок... ну, не совсем чтобы случайным, она ещё и гороскоп подключила, но – тсс-с, сие есть великая тайна: дед узнает – засмеёт. А что, прикольно: фон-советчик. Друг, неким образом.
– Отправь в гравипорт сообщение! – приказала. И отчётливо выговорила после сигнала: – Багаж доставить в госпиталь, корпус семь.
Да, только сегодня утром она прибыла из Кроско в Маури, чемодан до сих пор пылился в багажном отделении гравипорта, а казалось, будто сто лет прошло.
Фон у Лины особенный не только из-за дизайна – над ним поработал её дед Кузьма Петрович, учёный широкого профиля: сделал так, чтобы все команды и контент дублировались и к нему. Не совсем законно, если не сказать жёстче. Активировать режим «Х», то есть связываться с ним напрямую, он попросил лишь в чрезвычайной ситуации, а так – использовать типовые каналы, задействуя при этом эзопов язык. Вот «по-эзоповски» она и расстаралась.
В это самое время Кузьма Петрович сидел перед экраном визора на другой половине планеты, в ремонтных мастерских. Весь день словно на иголках – ждал от внучки весточки. Мог бы и не караулить, ведь и так услышит сигнал, а и не услышит – никуда не денется информация, отложится в тайный блок. Но его будто заклинило, прочие нужды откатились в туман.
И когда, наконец, пикнуло и проявилось долгожданное сообщение про багаж, он вскочил. Пустился бы в пляс, если б не почтенный возраст. Но протрубить иерихонской трубой сил достало:
– У неё получилось! Есть седьмой корпус! Молодец девчонка!
Из механички вынырнул чумазый Сергей, победно потряс кулаками. И они, оба чрезвычайно довольные, пожали друг другу руки.
Сергей – отец Лины. Родственные связи на планете «бездетных» лучше скрывать. А то ведь можно по этим связям и клубок размотать, догадаться о цели пребывания.
А цель была… не совсем чтобы безупречная. Эти трое планировали осуществить противозаконное для Маури действо. Лина выступала в роли разведчика. И вот первая часть плана выполнена, перемещение практикантки из Кроско в Маури завершилось удачно. Но расслабляться не стоило, то лишь начало.
– Представляете, – щебетала Лина, подхватив сестру-хозяйку под локоток, – в этом Кроско та-акой кошмар! Вот у вас – чистенько, а та-ам… детишки носятся, разбрасывают всё подряд, никакого порядка!
Сестра-хозяйка млела. Всегда приятно, когда хвалят, а если ещё и превозносят над идейным недругом – вдвойне.
А Лина, не особо контактная в обычной жизни, на этот раз раздухарилась: придумала для себя роль и играла. Перезнакомилась с медсёстрами, помогла с уборкой уборщице, а на дежурного врача так вообще лакейски вытаращилась и буквально ринулась исполнять его поручение. Тактика принесла плоды: скоро она знала, в какой палате лежат искомые пациенты и кто их обслуживает. Ещё немного усилий, и…
– Ну, здравствуйте, ребята! Вот я вас и нашла! – проговорила мысленно, входя вечером в ту самую палату. Сопровождала её медсестра Дженни, любезно согласившаяся познакомить практикантку с контингентом.
– Этих с аварии привезли. Овощи. – Голос медсестры звучал тускло-расплывчато, будто глохнул в вязком урчащем болоте – то приборы издавали чавкающие звуки.
Четыре койки и куча аппаратуры. Так с самого начала и держали всех четверых в одной палате. Экипаж «Стрелы», попавшей в аварию немногим более семи месяцев назад.
Хоть и из одной семьи, но лично астронавтов Лина не знала, что не удивительно: в семейное сообщество входило несколько сот человек, причём в одно целое их объединяли не столько родственные связи, сколько общий бизнес. Бизнес заключался в перевозке грузов, в том числе эксклюзивных. Основным перевозчиком и, соответственно, стержнем бизнеса, был космический грузовик «Стрела». Доставшись предкам в прошлом веке, лет сто назад, в результате сложной героической аферы, покрытой флером тайны, с тех пор он служил на благо семьи, кормилец и благодетель. Про грузовик Лина, конечно, слышала, но экипаж никогда не видела: где они, а где она.