Наталия Крас – Пункт Желаний (страница 12)
Тяжесть мокрых волос потянула книзу, и старенькое полотенце съехало на лоб. Алиса остановила сползание всей копны на лицо, придержав тонкой рукой надо лбом. Синева взгляда стала более решительной и, сверкнув в отражении упорством, перестала напоминать испуганную косулю. Она сняла полотенце и как следует помотала головой, чтобы выбить из мокрой шевелюры лишнюю воду. К Алисе вернулось самообладание, а вместе с ним вернулась и дрожь, сопровождаемая колючими мурашками по всей нежности кожи. Она прижала руки к себе, прикрыв ладонями съёжившиеся соски на груди, но не от стыдливости в пустом помещении, а для того, чтобы согреть их хоть немного и избежать болезненных ощущений. На носочках она посеменила босиком к своему ложу, где ждала шикарная пижама. И хоть согреться в ней было очевидной иллюзией, Алиса, стуча зубами и отмахиваясь от влажных волос, влезла в новенький шёлк. Потом она упрямо сразилась с новой упаковкой постельного белья, купленного для роскошной кровати Понторезова, но всё-таки застелила им узкую раскладушку, хотя подгонять по размеру и подгибать края, выбивая дробь зубами, пришлось довольно долго.
После всех испытаний Алиса погасила свет на складе и с наслаждением, приправленным дикой дрожью, вытянулась в постели под новым шерстяным пледом, старательно подбирая его к себе, чтобы не свисал на старый затёртый пол. Одновременно с этим она жмурила глаза, потом пыталась развлекать себя чтением в телефоне, потом делала то же самое, свернувшись калачиком под пододеяльником и пледом, накрывшись с головой. Но всё это не помогло, и, чтобы как-нибудь унять дрожь, она выскочила из постели и посеменила к толстому лоскутному одеялу, скрученному на полке стеллажа. Накинув его поверх своего шикарного пледа, она кое-как начала согреваться и уснула.
ГЛАВА 5
Утро забралось на склад не светом, а его нежными отголосками, слегка выхватив из темноты контуры стеллажей у входа. Дальше в помещение без окон утро пробраться не смогло. Безмятежность неяркого зимнего рассвета нарушилась беспокойством наружной двери. Сначала в неё стучали, и она только слегка подрагивала, потом в неё колотили, и она вздрагивала сильнее, потом начали дубасить, и заколыхалась не только дверь, но даже колокольчик над ней.
– Алиса!! – кричала одновременно с этим Мария Семёновна с улицы. – Спишь, что ли?!
Кое-как расслышав из-под одеяла происходящее, Алиса высунула сонное лицо наружу и, спустя пару секунд, нехотя откинула все покровы, поёживаясь и подбирая плечи. Потом засунула стройные ноги в длинные красные сапоги на каблуке, отчего ноги стали казаться ещё более стройными, и посеменила ко входу. Она прислушалась для начала к голосу своей вчерашней наставницы и громко спросила:
– Вы там одна?
– Одна-одна! Посетителей пока нет, открывай!
Алиса провернула ключ, впуская её.
– О! В трусишках… – удивилась Мария Семёновна, бережно к причёске снимая пушистую вязанную шапку и стряхивая с неё и с добротной длинной шубы мелкие снежинки. На голове у Марии Семёновны после шапки воспрянули свежесформованные кудряши, ещё не расчёсанные, чтобы потом можно было создать из них причёску. – Отопления что ль подбавили?
– Это пижама, шортики такие, – недовольно буркнула Алиса, снова проворачивая в замке ключ. – Подбавили, как же, ага… Как в холодильнике.
– Не закрывай, а то придёт кто-нибудь, а тут закрыто!
– Как придёт?! – Алису передёрнуло от таких заявлений и от холода, она обняла себя и потёрла ладонями плечи, пытаясь согреться.
– А так! Полдесятого уже! И Ефимка уже три раза прибегал. Чего не пускаешь, соня?
– Так рано?! – недовольно скривилась Алиса.
– Не рано, а… – старшая работница застыла с растопыренными глазами, глядя на обстановку, кардинально изменившуюся со вчерашнего дня, – работать пора… в девять открываемся… – оторопело договорила она.
Алиса, услышав это, экстренно убежала в свою спальню со складскими стеллажами, крича на ходу:
– Вы не говорили, что начинаете так рано! Мне надо привести себя в порядок! Поможете тут немного?
– Конечно! – недоуменно провозгласила заслуженная работница ПВЗ. – Как ты умудрилась устроить такое со вчера? У меня же всегда… порядок… – она ухватилась за большую коробку у ёлки на полу, но тут же поставила обратно и хапнула сразу несколько маленьких коробок со стола, обозревая страшными глазами новую обстановку.
– Нравится? – с гордостью в голосе осведомилась Алиса, выскакивая со склада уже в белье и натягивая на ходу трикотажную облегающую блузку.
Мария Семёновна ошарашенно посмотрела на её кружевные трусики, торчащие из них ноги в красных сапогах и на то, как она приглаживает кофточку на талии, а потом на симпатичное заспанное лицо в обрамлении милой лохматости чистых, но неуложенных волос.
– Нравится?.. – еле вымолвила она, таращась попеременно на разнообразие коробок и неодетую молодую сменщицу.
– Мария Семёновна, вы там? – скромно позвал из-за двери курьер, так же скромно постучав.
– Вот! – ещё страшнее выпучилась старшая работница ПВЗ. – Здесь, Ефимушка, погоди, сейчас открою!
Алиса тихонько взвизгнула и умчалась одеваться дальше, а Мария Семёновна поставила коробки на стол и пошла открывать, говоря по пути:
– Ему же погреться надо, позавтракать, он уже с раннего утра там пилит и рубит…
– Чего рубит? – пыхтела Алиса, натягивая узкие джинсы, стоя на своих разбросанных по дощатому полу сапогах.
– Ну ёлки, чего ещё… Помогает Захар Лукьянычу, а то его рабочий там пьяный со вчера, а надо закончить. На ёлочный базар вчера отгрузили, а ещё партию для фабрики надо перед праздниками. Заходи, Ефимушка, заходи, сейчас разберёмся… Вот как чувствовала, как чувствовала… Правильно я зашла перед отъездом! Эта Алиса тут коробок набросала, сейчас я приберусь… поможешь…
– Это я вчера коробки ставил. Это такой дизайн, Алиса сказала, – объяснил он, войдя в открывшуюся дверь и потирая мёрзлые натруженные руки, торчащие из старой дублёнки.
Мария Семёновна, сдвинув брови, промаршировала к своему рабочему месту:
– Не будет тут никакого дизайна! – решительно заявила она, сгребая со стола несколько коробок. – У меня порядок!
– Это у меня порядок! – выскочила из подсобки Алиса, уже вся одетая, включая тёплую красную кофту из редкой мармадукской пряжи, по-прежнему немного заспанная и симпатично растрёпанная. Она глянула из-за волос на курьера и смущённо улыбнулась: – Привет…
Он слегка кивнул в ответ, разглядывая её с тем же неуёмным интересом, что и вчера.
– Ишь ты! Спелись уже, – ревниво насупилась Мария Семёновна. – Что за дизайн такой тут устроила?!
– Такой! – выпучила глаза Алиса. – Красивый и уютный.
Она попробовала забрать у заслуженной работницы коробки, но Мария Семёновна дёрнула всю стопку обратно к себе и прижала к своей шубе, не отпуская.
Алиса хмыкнула и красноречивым взглядом указала на верхнюю коробку:
– Там мой стайлер за сто тысяч.
Мария Семёновна в священном ужасе поставила всё на место.
– То-то же, – удовлетворённо высказала Алиса, раскрывая верхнюю упаковку. Она достала оттуда новенький модный фен и слегка тряхнула им перед насупленной физиономией в обрамлении крутых кудряшек: – Стайлер. Мой. Приведу себя в порядок, уложу волосы, и тогда можете идти! – она кивнула на входную дверь.
– Уберу всё и тогда уйду, – упрямо поправила Мария Семёновна, – у меня тут всегда порядок!
– Сейчас тут мой порядок, – не отступила Алиса.
– С чего это?! – недовольно нахмурилась старшая работница.
– Не с чегó, а с какого дня. С сегодняшнего!
– Это мой пункт! – возразила Мария Семёновна. – Это я тут главная!
– Вы тут уже никто! – обнаглела Алиса, но слегка сбавила обороты и тише добавила: – Ваш главный Захар мне уже зарплату с сегодняшнего дня заплатил, а вы в отпуске.
– Захар Лукьяныч?! – восхищённо выпучилась Мария Семёновна. – Авансом?!
– Ну да, – пожала плечами Алиса.
– Неужели вперёд заплатил? – недоверчиво ухмыльнулась его родственница.
– Ну да! В двойном размере, – в полной уверенности подтвердила молодая сменщица. – Вы же сами учили: долги не любит, и всё такое…
– Ну надо же! – нервно усмехнулась Мария Семёновна и с растерянной улыбкой посмотрела на Ефимку.
Он едва заметно кивнул, глядя на неё как тот, кто в курсе невозможности происходящего, но всё же это невозможное происходит – вот что говорил его взгляд. И ему нельзя было не верить. Ефимка смотрел взглядом праведника.
Алиса, убедившись, что никто больше не собирается тревожить дизайн помещения, извлекла из той же коробки насадку для укладки и удалилась, победно размахивая стайлером для волос неслыханной стоимости.
– Сто тысяч!! За фен! – в ужасе прошептала Мария Семёновна, провожая взглядом красную кофту.
– А где тут можно позавтракать? – крикнула издалека Алиса. – Печенье с вареньем я вчера почти доела.
– Где позавтракать… – ворчливо поддразнила Мария Семёновна, покачав головой, и вздохнула над окружающим беспорядком.
– Я сейчас приготовлю, – с готовностью отозвался Ефимка, направившись на склад.
Мария Семёновна придержала его за локоть, зашипев:
– Да она по ресторанам завтракает! Думаешь, ей твоя лапша нужна? Слышал?.. Не чтó поесть спрашивает, а где!.. И раскидывает свои коробки, – проворчала под конец она, когда Ефимка всё-таки ушёл за лапшой. – Ты там следи, чайник вовремя выключи, когда она фен-то свой воткнёт! А то ещё весь свет погаснет, – спохватилась Мария Семёновна, прокричав курьеру наставление.