Наталия Крас – Пункт Желаний (страница 10)
– Вы хотели что-то получить, забрать? – официально-деловым тоном уточнила Алиса, нацепив такую-же официальную улыбку, которая впрочем была вполне приветливой.
– Аха, – негромко отозвался он, отцепившись от дверной ручки, и незначительно махнул в сторону кучи на полу. – Коробки скоро буду выносить.
Алиса округлила глаза, немного насупившись, и уверенно возразила:
– Это мои коробки, вы никуда не будете их выносить!
Он удивлённо что-то обдумал, немного сдвинув короткую шапочку на лбу своей длинной ладонью, и опять посмотрел на Алису изучающе.
– Давайте ваш телефон, – приветливо улыбнулась она, – посмотрим там, что вы должны получать, и ваш код для получения.
– У меня нет телефона.
– Нет? – озадачилась Алиса. – А как же вы обычно узнаёте, что получать?
– Обычно мне здесь говорят… Мария Семёновна всё знает.
– А… О… – растерялась новая работница, разглядывая вип-клиента в короткой затёртой дублёнке, за которого всё обычно знают работники ПВЗ. – Подождёте минуточку, я ей позвоню?
– Конечно, – легко согласился он.
Но она не успела никуда позвонить. В дверь ворвался Захар Лукьянович, с любопытством выглядывая из-за курьерского плеча.
– Захар, – представился он под перезвон колокольчика, залоснившись от удовольствия и разглядывая приятную внешность новой работницы. Он торопливо снял высокую меховую шапку, тут же поправляя редкие волоски у залысины, а потом пышные усы. И вышел из-за Ефимки, слегка отодвигая его ладонью.
Ефимка послушно шагнул в сторону, пропуская начальство вперёд.
Алиса смерила его вежливым взглядом:
– Очень приятно, но мне надо вот с клиентом разобраться…
– Да это же наш Ефимка! – радостно доложил Захар Лукьянович.
– Ах вот как, – усмехнулась она, – а я сразу и не поняла.
– А он у нас такой, не понятный, – махнул рукой Захар Лукьянович и тут же стал распоряжаться напоказ: – Вы, Алисонька, коробки не таскайте. Вот Ефимка, он всё сделает, поможет.
– Да… – тут же подтвердил помощник и хотел ещё что-то добавить.
Но начальник сразу же его перебил, затараторив:
– Всё ему говорите, что сделать, пусть только попробует отказаться, я ему!..
– Да я не собирался… – скромно возразил курьер.
– Да вы не слушайте его! – громко и радостно вставил Захар Лукьянович, активно поправляя растительность под носом. – Просто распоряжайтесь тут! Вот… Всё хорошо, мне звоните, если что. Я уж тут распоряжусь! – он подбежал к Алисе и передвинул рядом с ней коробку, скособоченную над другой, чтобы встала поровнее в колонну. – Я и сам могу, если надо, – снова заулыбался он из-под усов. – Чем ещё вам помочь?
– Я бы взяла оплату вперёд, – сразу нашлась Алиса, глядя непогрешимым синеоким взглядом прямо в начальника.
Он, чуть не крякнув, оторопело уставился в её уверенное лицо.
– Хотя бы часть, – мило улыбнулась она.
– А, часть?.. – выдавил из себя Захар Лукьянович, кривобоко напяливая меховую шапку и рыская взглядом по коробкам вокруг. – А что это у нас тут беспорядок? – озаботился он голосом начальника.
– Я как раз навожу порядок, чтобы было уютно и хорошо к празднику. И чтобы клиентам нравилось забирать здесь свои покупки, – бодро отчиталась Алиса. – Я просто ещё не закончила.
– Ну… это хорошо, – засобирался к выходу Захар Лукьянович, пряча глаза.
– А как насчёт оплаты? Мария Семёновна сказала, что вы не любите оставлять долги в новый год.
– Долги?.. – вытаращился на неё начальник.
– Конечно, – уверенно кивнула она. – Вы ведь мне останетесь должны за эти дни, до нового года, если не заплатите. По двойному тарифу. Мне сейчас как раз нужны деньги.
– Э-э… – застопорился он, вглядываясь в её спокойную уверенность и как бы не понимая.
Между тем, Алиса в точности соблюдала инструкцию, полученную от своей предшественницы, и нисколько не сомневалась, что вести себя надо именно так и спуску начальству не давать, чтобы оно там ни заявляло и как бы не отнекивалось.
– А тут всё будет очень красиво, – заверила она, глядя на пробегающие по его лицу сомнения.
– Красиво – это хорошо, – оторопело выговорил Захар Лукьянович, по-прежнему не находя в красивом лице подчинённой ни малейших колебаний.
– Очень красиво, – уверенно подтвердила Алиса, – сможете завтра убедиться сами.
Захар Лукьянович слегка мотнул головой, прочистив горло, но возражать не стал, а просто перевёл Алисе требуемую сумму с надбавкой за работу в праздничные дни, расплатившись до конца текущего года полностью.
– Ясненько, – удовлетворилась она, проверив деньги в своей банковской программе, – остальное тогда после Нового года?
– После, да… – спешно стал раскланиваться он. – Потом тогда… – попятился Захар Лукьянович. – Но не очень-то здесь!.. Не загромождай, лишнее убери, – опомнился он, но, как бы боясь сильно спорить, обернулся к другому подчинённому. – Давайте тут… – он махнул Ефимке на коробки, – помогай тут Алисе! Не отлынивай!
– Да я… – удивлённо начал Ефимка.
– Ух!.. – погрозил ему начальник не то присогнутым пальцем, не то кулаком, грозно сдвинув брови под мехом шапки, и побыстрее ретировался со звоном колокольчика за дверь.
Ефимка снова уставился на Алису, но теперь в его взгляде было больше улыбки, чем изучения, однако всё ещё удивлённой улыбки, которая не была широкой, а скорее ускользающей и непонятной.
– Алиса, – представилась она и отчего-то смутилась под этим искренним взглядом, принявшись оглядываться на свои коробки.
– Я понял, да, – тихо ответил он, с тем же интересом приглядываясь к ней, пока Алиса мешкала и осматривала упаковки с товарами.
Они были довольно скупо, но всё-таки празднично оформлены по единому складскому шаблону в красно-жёлтой гамме, не ярко, чтобы не тратиться на краски, которые перекрыли бы естественную коричневатость картона.
– Я хотела тут украсить, – начала она, не глядя на курьера, но настойчиво и суетливо шаря глазами по упаковкам и стенам, – всё облезлое… скучное какое-то, надо немного развлечь всё это цветом и чуть-чуть хотя бы внести праздника… Ты поможешь? – она наконец посмотрела на него.
Из-под короткой трикотажной шапочки и тёмно-русых бровей сочился всё тот же открытый искренний взгляд серых с голубинкой глаз – светлых и ясных.
– Конечно, – незамедлительно отозвался он на призыв о помощи.
– Ёлку ещё хотела поставить… это моя, из моего заказа… он мне уже не нужен… я уже с ним… там… я уже там не живу, – вспыхнула и окончательно смутилась Алиса, потупив глаза.
Среди всех эмоций, бурливших тут от разных людей этим вечером, один Ефимка излучал бескрайнюю невозмутимость и постоянство. Даже покупатели, получавшие свои новогодние товары перед его приходом были суетливы и взволнованы и видом новой служащей пункта выдачи, и её непривычной столичной манерой держаться и говорить, и проверкой своих заказов. А уж начальника ПВЗ, привыкшего за много лет к своей родственнице на этом месте, и вовсе накрывало какими-то противоречивыми волнами. Один курьер был преисполнен благородной учтивости и спокойствия.
– Что нужно? Я всё сделаю, – просто сказал он, не испытывая её на прочность ни секунды. И в его голосе было что-то надёжное, и веяло всё тем-же спокойствием.
Алиса подняла глаза и, легко улыбнувшись, оттаяла.
– Я просто хотела… а ты вдруг захотел коробки выносить, – усмехнулась она.
– Я не буду выносить, – сразу же отозвался он.
Она помедлила, изучающе глядя на него. А потом, пытаясь воодушевить курьера на перемены, стала объяснять Ефимке, что она задумала сделать, и говорить о том, что коробки из её заказа будут не просто тут загромождать, а станут символом новогодних подарков и самого пункта выдачи, и заполнят жутковатую пустоту помещения, и удачно прикроют некоторые облезлые и потёртые места на стенах и старой мебели, и даже сделают более счастливыми посетителей, которые захотят снова сюда прийти и для этого закажут что-нибудь.
– И ёлка здесь обязательно нужна! – убеждённо добавила она. – У меня есть, я покупала для… – она осеклась, – ну в общем, покупала, туда не нужно уже… обойдётся, – она ещё попыталась в чём-то убедить Ефимку, но он, по-видимому, совершенно не нуждался в объяснениях, а просто наблюдал за ней.
– Ясненько… – подытожила Алиса, смутившись в конце концов от того, что говорит всё время одна, пытаясь доказывать что-то тому, кто ей нисколько не возражает. Она вгляделась в его простые черты и негромко, как бы пробуя, с вопросительной интонацией попросила: – Ёлку… принеси?
Ефимка тут же отправился на склад, не задавая вопросов, и вытащил оттуда высокий объёмный свёрток в разноцветных бумажных обёртках, прорванных и помятых кое-где. Он привычно и аккуратно лавировал при этом между коробками, которые наставила у выхода со склада Алиса. Поставив ёлку на пол, он приладил на ней опорные ножки покрепче и выжидательно уставился на распорядительницу.
– Спасибо! – немного помедлив, спохватилась она. Но Ефимка явно ждал не этого. – Молодец! – ещё подумав, озарилась Алиса.
Но и это было не то. Ефимка всё смотрел на неё со странной настойчивостью и не менее странным вниманием.
– Упаковку надо снять, – робко улыбнулась Алиса, глядя на него немного снизу вверх. И тут же стала рассуждать о том, что им может понадобиться, чтобы начать это делать, но Ефимка без промедлений содрал одной рукой сразу около трети цветастой обёртки и тут же быстро продолжил, освободив ёлку полностью, пока Алиса говорила что-то про ножницы и про то, что ими будет удобней срезать плёнку, скотч и бумагу.