Наталия Крас – Дед Мороз из подземелья (страница 13)

– Ты заберёшься туда? – кивнул он на стену. Оценив взглядом её замешательство, он поставил сумку обратно на снег. – Давай, подсажу, – предложил он, уже нагибаясь и беря её за бёдра.

– Не надо!.. – отпрыгнула она от его рук.

– Почему?

– А ты как будешь перелезать? – спросила она. – Я так же залезу.

Он смерил её недоверчивым взглядом:

– Ты вряд ли сможешь, как я… Тут два с половиной метра.

– Просто покажи, и всё! – решительно заявила она.

Аристократ с сомнением пожал плечами, взялся за сумку, которая сразу нагрузила руку тяжестью, и одним движением закинул её на забор, подпрыгнув вслед за ней. Он держался за ручки у самого верха, а сумка теперь служила якорем, зацепившимся с другой стороны ограды. Пользуясь этой опорой, он уперся ногами в стену, где протекторы его ботинок ещё и застревали в неровностях между кирпичами, протолкнул своё тело выше, схватившись и второй рукой за ограду, а потом уже вытянул себя наверх. Оседлав забор, он скинул ей сумку. Та с лёгким бряцанием какого-то металла приземлилась возле Копейкиной.

Она немного помедлила, но взялась за ручки и, приподняв сумку, сделала замах. Сумка тут же уволокла её назад. Копейкина выскочила из одного сапога и уселась в снег, уронив сумку далеко от себя. Потирая плечо, она досадливо уставилась на сообщника по преступлению.

– Что, опять смешно? – выкрикнула она.

– Нет, – покачал он головой, оставаясь совершенно серьёзным. Он вздохнул и, перемахнув ногой забор, спрыгнул обратно, задержавшись руками за верх.

Копейкина натягивала свой сапог, когда он подошёл и наклонился над ней:

– Вывиха нет? – он тронул её за плечо.

Она поделала плечом что-то вроде упражнения и помотала головой:

– Нет вроде, но болит теперь…

– Конечно… сумками размахивать… – сочувственно сказал он и, подхватив её подмышки легко поставил на ноги. – Я же знал, что лучше подсадить, – он опять вздохнул над ней и беззлобно усмехнулся, – если не будешь спорить, я тебе помогу, и ты уже там.

– Не буду, – согласилась она не спорить и снова отправилась покорять высоту.

Но подсаживание помогло только взяться руками сверху за кирпичи, а дальше Копейкина, сорвавшись пальцами с верха ограды, с коротким взвизгом обхватила шею и голову Аристократа вместе с капюшоном. Он вынужденно прижал её к себе, держа высоко на руках.

– Можем, конечно, и пообниматься… – пробубнил он куда-то в её грудь сквозь куртку, – но тебе надо хвататься за стену.

Она перестала залеплять ему лицо и отодвинулась вместе с его попыткой обхватить поудобнее:

– А я тебя и не обнимаю! – заявила она, держась за него двумя руками.

– Да?! – продышал он в её глаз. – А вот моя шея так не думает.

– Хватит там меня щупать! – нахмурилась она, кивнув в сторону стены.

– Если я не буду там тебя щупать, то уроню! – резонно возразил он. – Ты, кстати, мокрая… совсем.

– Спасибо, а то бы не догадалась! – съязвила она.

Он смерил её гневным взглядом, прикрикнув:

– Лезь давай!

Они оба запыхтели и закряхтели вместе с тем, как он её подкинул и поддержал внизу. Её плоские подошвы зашкрябали по стене, соскальзывая вниз, а руки кое-как ухватились за плоскую кирпичную поверхность, но всё же результатом стало лишь то, что она уселась ему на плечо.

– Ну что там? – зазвучал он у неё из подмышки. – Ты держишься? Подтягивайся!

– Не могу! – пыхтела она.

– Почему не можешь? – удивился он. – Я же помогаю! С поддержкой вроде все могут…

– Нет, я могу подтянуться!.. Но мне страшно…

– Что?!

– Ну перевалиться туда! На ту сторону с размаху… Высоко!

– Ты ещё долезь туда!.. Тебе пока далеко до той стороны, – он, отдуваясь, подкинул её ещё выше.

Она, взвизгнув, смогла ухватиться за ограду сверху, свесив пальцы с другой стороны и держась ими же.

Он глянул наверх, перехватывая рукой, и теперь держал её растопыренной ладонью под ягодицами, а она упиралась коленями и соскальзывающими носками в стену.

– Ну ещё!.. – призвал он и подтолкнул. – Ногу закидывай!

Но она упёрлась:

– Ногу страшно!..

– Закинешь и ляжешь там животом, – уговаривал он, – ногами и руками будешь с двух сторон висеть. Я помогу слезть потом…

Она попыталась зацепиться одной ногой за верх, но, ойкнув, остановила попытки.

– Чего ты там крякаешь? – спросил он, придерживая её в неустойчивом положении от падения обратно.

– Наверх страшно забираться! – объяснила она, еле-еле удерживаясь на краю одной ногой и криво обнимаясь с забором.

– Ты пряники ешь? – вдруг поменял он тему, упираясь в её зад рукой.

– На работе иногда приходится… за компанию, с чаем… – отозвалась она.

– Представь, что там пряники и лезь! – подтолкнул он.

Она взвизгнула и не поддалась.

– Что, невкусно? – спросил он.

– Я их не очень… – призналась она, – так, хлеб сладенький… – она закряхтела, пытаясь обняться со стеной понадёжней, но заледеневшие пальцы устали и уже плохо слушались.

Он поднял голову:

– А что любишь?

– Ну шоколадка лучше… – проскрипела она из последних сил.

– Тогда там всё в шоколадках!.. Давай! – и он вытолкнул её над собой.

Она сделала горлом тоненькое «И-и-и…» и улеглась животом на широкую поверхность ограждения, обняв конечностями по сторонам.

– Фух… – расслабился он, восстанавливая дыхание, – поздравляю!.. Пей там чай пока… я сейчас…

– Эй… – окликнула она сверху тоскливым голосом.

Он поднял голову.

– А как же обратно? – ещё более тоскливо спросила она.

Аристократ тихо затрясся:

– А ты только сейчас об этом подумала? – сквозь смех спросил он, но потом сжалился и, изобразив лицом что-то незначащее, ответил: – Из дома потом всё отключу, прошмыгнёшь обычным способом. Провожу тебя.

Он поднял свою сумку и проделал ещё раз тот же трюк, используя её в качестве временного противовеса, пока не ухватился за стену понадёжнее, чтобы забраться наверх. Там он, удовлетворённый результатом, скинул сумку вниз, к гитаре, и взглянул в лицо своей сообщнице по намеченному делу.

– Дом красивый, – выдавила она с несчастным выражением лица.

Аристократ насторожился от её голоса и вида, но повернул голову в сторону дома, отчётливо нарисовавшегося полуоборотом фасада к ним, после чего утвердительно кивнул ей:

– Такой же, как и несколько лет назад, – односложно отозвался он о здании в современном стиле с интересными архитектурными выступами и большими стёклами окон. Весь его вид внушал определённое уважение и компактностью, собранной примерно на пятистах квадратных метрах площади, и необременительной для глаза изысканностью форм.