Натали Смит – Клуб анонимных существ (страница 17)

Разумеется, когда наступил вечер среды, я вновь надела прекрасное платье, села в вызванное такси и меня не удивил водитель-перевертыш.

***

Клуб было не узнать. Скатерти на столах, цветы, свечи, множество свечей. Никакого электричества, только пламя отражалось в блестящих бокалах и тарелках. Тихая музыка лилась из умело замаскированных колонок. Гости в смокингах и длинных платьях, некоторые в масках – я попала в прошлое. Вот уж правда, моя одежда пришлась бы не к месту.

Слова одной песни как нельзя кстати подходили к происходящему, я напевала мотив у себя в голове, чувствуя, как меняется моя манера держаться, подстраиваясь под ситуацию, как набирает обороты и вибрирует моя сила, требуя внимания противоположного пола, черпая энергию от взглядов. Лампа призывала исполнять свое предназначение, делать то, что я избегала, зная, чем все заканчивается обычно. Макс, сам того не ведая, загнал меня в угол и этим метафорически навел на себя оружие. Сегодня я либо уйду из клуба с ним, либо у него появятся конкуренты, а у меня – преследователи.

В свете расставленных канделябров моя кожа сияла, глаза блестели, губы казались пухлее, я практически осязала свои феромоны… Мне не нужно было зеркало, чтобы это видеть, я кожей чувствовала озадаченно-восхищенные взгляды существ.

Один из них, в элегантном черном фраке, туго облегающем широкие плечи, как раз покачнулся, словно порыв мощного ветра пытался сбить его с ног. Мои феромоны прилетели по адресу, коварно ударив исподтишка по всем рецепторам сразу. Кто теперь охотник, серый волк? Макс медленно повернулся ко мне. Смесь легкой растерянности, удовольствия и даже некой алчности мелькнула на его лице, сменившись ледяным спокойствием. Ловушка захлопнулась, и вервольф в долю секунды понял, что сам ее создал. Незримые узы протянулись между нами, приковывая друг к другу, лампа поймала добычу, но рабыня лампы сама выбрала для себя жертву. Это обстоятельство создало такой энергетический резонанс, что существа отшатнулись, создавая свободный пятачок, в котором стояла я и подскочивший в один прыжок Макс. Да, существа чувствовали все намного тоньше и острее, нежели люди.

– Голубоглазая брюнетка в сапфировом платье – беспроигрышный вариант! – тихо сказал оборотень, оглядывая меня с ног до головы своими желтыми глазами.

– Благодарю за подарок. Оно просто восхитительно!

Я элегантно присела в реверансе. Надеюсь, что элегантно, поскольку отродясь этого не делала. Остается полагаться на силу лампы.

Макс подал руку и провел к столику. Я даже не осознавала, что делаю, совершая механические движения, ведомая своим спутником, обогреваемая жаром его тела сквозь все слои одежды. Когда он усадил меня за стол и покинул личное пространство, чтобы сесть напротив, стало невыносимо холодно. Свет его глаз отражался от фужеров, смешиваясь со светом от восковых свечей. Из-за соседнего столика мне подмигнул Олаф: вот пройдоха, держит за талию ту ведьмочку, что в один из вечеров подталкивала меня к Максу. Мелькнула мысль выяснить, с какой стати он не отвечает на звонки, если в городе, но было не до этого.

– Сегодня годовщина основания клуба. Двести двадцать пять лет назад ваши предки создали место, где существа могли собираться, обмениваться информацией и просто расслабиться. Место вне фракций, кланов и вражды. Место, где волк не ел перевертыша-зайца, а вампир не пил кровь, словом, ничья земля.

Абелин, в элегантном смокинге и маске вещал из-за барной стойки.

– Мы чтим память предков, вызывая из посмертия чей-либо дух и зачитываем главу его жизни. Веселую, грустную, трагичную, поучительную… Это не так важно, сам процесс непредсказуем. Сегодня выбор пал на одного известного мецената, пусть его имя останется втайне, и он расскажет свою историю. Итак, спиритический сеанс.

Абелин хлопнул в ладоши и вокруг столиков засуетились доселе скрытые в тенях официанты: все они были люди и, если судить по остекленевшим глазам, под внушением. Интересно. Стоит разузнать подробнее про это явление.

Гадалка за крайне левым столом бормотала тарабарщину глядя в шар, по привычке показушно манипулируя руками, – издержки профессии, что поделаешь. Рядом с ней появился сидящий на скамье под ливнем человек. Сквозь него просвечивали столы. Влажным холодом повеяло от астральной проекции, шум дождя и запах мокрой мостовой – ничего себе реализм. Фокус-покус.

– Заказ выполнен. Его больше нет. – Безжизненно заговорил призрак. – Нет конкурента на руку Елизаветы. Я пытался найти подход, дать откуп за нее – я ведь знаю, как он любил деньги, пытался воззвать к его чувствам – говорил, что она моя пара, без нее я все равно что неполноценный, калека. Ничего не помогло, он просто ее хотел и привык брать что хотел. Он с детства был такой, сколько я его знал: взбалмошный, избалованный, злой. Тогда, видя, что мои усилия тщетны, рискнув всем, я обратился за помощью в клуб, рассчитывая на поддержку и конфиденциальность, поставил на кон репутацию и собственную жизнь, в таком отчаянном положении я был. И не проиграл – посредник оказался надежный.

Я погрузилась в историю, даже забыла о своей добыче, настолько завораживала проекция из прошлого.

Время было не то, что сейчас. Вечера люди коротали не в кино, а в клубах по интересам, где джентльмены курили сигары, обсуждали охоту, играли в покер, пили и проигрывали состояние или своих надоевших жен. Один клуб кардинально отличался, но об этом знали только его члены и попасть в него возможно было лишь пройдя опознание по признакам существа.

– Мы не знали каждого, – продолжал призрак, – поэтому дела проворачивались медленно, путем долгих переписок, записок отправленных с посыльными, а результаты сообщались специальной системой знаков.

Наемник сыскался довольно быстро, спустя несколько недель. Это был мрачный верзила с бледно-голубыми глазами, полукровка. Чужой родне отца, чужой родне матери, нигде не принимаемый, но оказывающий особые услуги обществу. Его звали Молот – за убийственные кулаки. Молот брал недешево, но результат гарантировал.

– Деньги… Это было неважно, я готов остаться без состояния, отдать за услуги наемника все до последней монетки, лишь бы с ней, лишь бы держать ее за руку, вдыхать аромат ее волос, слушать стук сердца, иметь возможность ее защитить, быть ее мужем… Елизавета… Моя! Я оплатил запрошенную сумму.

Весь наш мир знал, что мы боремся за руку одной девушки, посему необходимо было провернуть дело так, чтобы выглядело несчастным случаем. Молот прислал записку: «Лошади его боятся, так всегда было, они несли неоднократно и еще один эпизод, в этот раз закончившийся плачевно, никого не удивит. Никто не поймет».

– Мне оставалось лишь ждать и жить как раньше, ничем не привлекая внимание. Все случится в свое время.

Сегодня я проснулся с предчувствием потери. Стены давили со всех сторон и было нечем дышать. Бежать, прочь из дома. Ноги вынесли меня на площадь. Я долго сидел на скамье, безучастно провожая взглядом прохожих, а потом мир вокруг потемнел и одна из нитей в душе оборвалась, издав напоследок печальный звук, эхом прокатившийся в образовавшейся пустоте. Он был мертв.

– Лошади понесли, ты представляешь… – шептались проходящие мимо барышни-нимфы.

– …всем известно, что лошади не любят волков, уже не раз он рисковал, вот доигрался… Свой запах не замаскировать, хоть облейся духами… – два джентльмена из магов скрылись за углом.

Да, лошади не любят волков, даже если те в человеческом облике. Их не обманешь в отличие от обычных людей.

Пробегавший мимо парнишка-оборванец оставил рядом со мной красный цветок. Послание «дело сделано, кровь пролита». Хляби небесные разверзлись, своим шумом скрывая вой моей стаи от людских ушей. Холодные струи стекали со шляпы за ворот, били нежные красные лепестки, проникали в поры, но я не чувствовал, онемев от горя.

Сегодня я убил своего брата.

Теперь я наследник, теперь Елизавета моя, ее отец не посмеет отказать.

На всем протяжении монолога-исповеди в зале стояла гробовая тишина, я дышала урывками через раз, переживая трагедию этого оборотня, даже забыв ненадолго о своем, что напряженно играл желваками рядом.

Картинка потускнела и испарилась, зал молчал, тихо потягивая шампанское из бокалов.

– Наши предки не были святыми. Должен сказать, что я лично знал это существо и за свою долгую жизнь он сделал много, очень много хорошего для нашего сообщества. – Абелин вышел в зал. – Сегодня вечером я слышал эту историю впервые, так же как и вы, потрясен так же как и вы, столь древняя тайна… Если вспомнить, она всегда плескалась в его глазах волнами вины, правда я и не подозревал причину. Теперь, смею думать, никому не навредит эта семейная драма.

– А Елизавета, она вышла за него? – подал голос Макс.

– Да, они жили счастливо, насколько мне известно.

Зал вздохнул и зашушукался, вновь послышалась музыка, сновали официанты между столами, мы смотрели друг на друга и молчали. Как можно сидеть так близко и в то же время быть бесконечно далеко? Кажется, молчание наш постоянный спутник. Макс по сути своей скрытен и немногословен, а я практически не знаю его, чтобы спокойно болтать о чепухе. В один прекрасный момент все встанет на свои места, но когда плотину прорвет еще не известно.