Натали Смит – Клуб анонимных существ (страница 16)

– В отчете судмеда не числятся свежие раны в районе бедер, только шея и следы интимной близости.

Кранты парню, он спал со своей едой. Такое редко, но случается. Банк кормилиц не подпустит его к своим сотрудникам и сотрудницам больше никогда. Он нарушил все правила вампирского существования: соблазнил кормилицу и нанес ей тяжкие травмы. Я уже знал, что скажет судья. И пить ему пакетированную кровь очень-очень долго.

– Да, я признаю свою вину, но могу гарантировать, что я не принуждал Марину к интиму, это было по обоюдному согласию, – прокашлявшись, ответил Евгений.

– Мы этого уже не узнаем, – заметила ведьма довольно сурово. – Память восстановлению не подлежит.

Парень опустил голову.

– Итак, первое правонарушение и сразу в тяжелые, – судья посмотрел на совет. – Нарушение контракта и причинение тяжкого вреда здоровью, также иск Банка кормилиц за недополученную прибыль, так как девушка больше не работает. К тому же случай привлек людское внимание.

– Совет должен принять решение, – Олаф и другие удалились за дверь и тихо шептались, это не заняло много времени. Я все слышал, и ничего нового в наказании не появилось, объективно преступлению.

Евгений с грустным видом слушал приговор: он должен покинуть город и переехать во Владивосток под надзор местной вампирской диаспоры. Ему запрещена свежая кровь сроком на десять лет. Судья был согласен. Зачем мне было присутствовать при этом, не ясно, я мог подписать документы на транспортировку под конвоем и у себя дома.

– Не кисни, Женя, – подмигнул Олаф бедняге, уходя.

Все члены совета подписали документы заседания, я поставил подпись последним и проводил вампира в камеру. Дальнейшее не моя забота.

Гораздо интереснее назначение Олафа в Совет и тишина со стороны моих информаторов по делу банды Ржавого. Мы буксовали, и мне это не нравилось. Отвлечение на Наташу и меньше времени делу. До сих пор не обнаружили следов Доходяги Тони, убийцы Алены. Если бы я мог заявиться в контору Дорджи и вынюхать все, но это было недальновидно. Контора работала круглосуточно, появление рейнджера спугнуло бы всех и место было бы скомпрометировано. Приходилось ждать новостей и надеяться на других.

Глава 9. Голос из прошлого

С тех самых пор, как Клуб вошел в мою жизнь, некогда уютная холостяцкая квартира одинокого джинна стала походить на ящик Пандоры – никогда не знаешь, что застанешь, просто открыв глаза или дверь: призрака пирата, парящего в спальне, или вещи, которые не покупала. Каждый день членства в клубе – персональный шпионский фильм, для каждого участника свой любимый: размеренный и привычный в стиле «корпоративный шпионаж» или погоня, взрывы и ни минуты покоя в стиле «миссия невыполнима». У меня был первый вариант, как и у большинства одноклубников, но не у Макса, лампу свою готова прозакладывать, у него второй. Доказательством этому служат последние события.

Я не дождалась от Олафа никаких разъяснений, он не отвечал на сообщения и, более того, – взял внезапный отпуск и провалился сквозь землю, ни тебе пока, ни открытки. Дозвониться до него никто не мог, телефон исправно нудел «абонент вне зоны доступа». Я осталась со своими вопросами без ответов.

Иногда, в полудреме, чуть погрузившись в сон, я видела Алену, но чаще Макса. В снах его прикосновения чувствовались так же остро, как и наяву. Желания выходили из-под контроля, я чаще смотрела в зеркало, даже подобрала новый макияж, чуть более смелый, чем обычно. Привычные вещи вызывали смутное неудовольствие, как будто надоели, хотелось иного, да еще июнь непривычно теплый. Лето просило свою дань: летящие платья, юбки, а я не люблю выставляться.

Не хочу привлекать внимание.

С тех пор как я стала джинном, мой гардероб претерпел изменения в стиль «унисекс». Я раньше любила покрасоваться, да и бабушка меня баловала, всегда покупала вещи по моде, чтобы в школе не дразнили, и так семья была на плохом счету. Ба прививала мне любовь к себе и моральные ценности. Она не смогла меня забрать официально, но родители не были против, что я месяцами живу у бабушки, им было плевать. Братья были недовольны. Младший даже плюнул мне в лицо «чем ты лучше меня? почему она забрала тебя?» Я не знаю, но благодарна. Неизвестно, что со мной было бы, расти я в семье. Скучаю по бабуле.

Я лежала с книгой, но никак не могла сосредоточиться, строчки прыгали, как и мысли. Вороны надрывно орали уже несколько часов, кажется, слеток по земле бродил, тут помочь нечем – сунуться к ним себе дороже, чего доброго клевать начнут, остается только терпеть. Отложила книгу и уставилась на свои голые ноги. Красивые, да и сама я стройная, даже на самокритичный взгляд привлекательна, но стоило прихорошиться, как я всем телом ощущала мужские взгляды, мне от них становилось тепло, и что самое странное – хотелось большего. Однажды года четыре назад, я так познакомилась с парнем. Это были первые отношения после переезда. Ну как отношения – несколько недель встреч. И он буквально поглощал все мое время, хотел быть рядом постоянно, в глазах Стаса – так его звали – с каждым днем разгоралось некоторое безумие, а я становилась все более самодовольной. Я поедала его на уровне энергии, а он готов был отдаться целиком. Во всем виновата лампа: я чувствовала ее даже через километры, призыв, вибрацию и гул где-то в груди, он завораживал, просил еще силы. Это было странно и пугающе, за гранью нормальности. Потребовалось большое усилие воли с моей стороны, чтобы уйти из новых отношений. На счастье, он не знал, где я живу – это табу. Мой дом – моя крепость, убежище от невзгод, кто попало ко мне не приходит. Ко мне вообще никто не приходит. Отделалась сменой номера. Продолжения не последовало, думаю, мое отсутствие прояснило Стасу мозги. А я села и хорошенько разобрала ситуацию. Додумалась только до одного – повторений не хотелось. Спустила на новый невзрачный гардероб всю месячную зарплату и до получки ела гречку с макаронами. Что ж, это укрепило мою стройность. Только на диете приснился мне один странный сон, будто рваные сцены из кино, там была я и мужчины, много мужчин. Кажется, моя кожа светилась и мерцала, будто посыпана блестками…

Сны снились нерегулярно, но довольно часто.

Разные эпохи, разные страны, и я всех их использовала для получения энергии, но некоторые из них становились хозяевами лампы. Я восприняла сон как подсказку, знакомства больше не входили в планы, я не хотела быть рабой… Теперь же оно само.

Но пусть лучше такие сновидения, чем пожары, рассеченные тела, зловещие голоса кричавшие на арабском – бывали и такие сны. Пески, заваленные телами, которые больше не блестели, их сияние потухло вместе с жизнью, магические шары, сжигавшие все на своем пути. Страх, боль, отчаяние.

Я не хотела об этом думать, решила заняться огромной коробкой, доставленной курьером, сиротливо лежавшей в углу комнаты. В ней было бархатное синее платье с кринолином и записка: «Годовщина Клуба, тебя не предупредили. Будет неловко в кедах – вечер девятнадцатого века. Надень это. Такси заказано. Увидимся в среду? Макс.»

Самое примечательное, что я даже не знаю, могу ли принять этот подарок. Во-первых, мы не встречаемся. На самом деле, наши кратковременные столкновения в пространстве носят неопределенный характер: мы не друзья, не приятели, не звоним друг другу поболтать, не ходим в кино и при всем при этом, Макс ведет себя покровительственно и с раздражающей уверенностью, будто имеет на это право. Честное слово, подпалить бы ему шерсть на ушах.

Во-вторых, свободу нужно беречь. Повседневные джинсы, кроссовки, толстовки, все это оберегает от назойливых взглядов, делают менее привлекательной и, соответственно, отсеивают возможных хозяев лампы. Да, я маскируюсь, и каждый выход в свет, даже просто на каблуках или в платье, для меня угроза. Древняя магия, неведомо зачем сотворенные чары, созданные именно такими: быть опутанной ими и одновременно опутывать другого. Сложный симбиоз энергий, пользы никакой одни хлопоты и я уверена: такое можно создать лишь в наказание или на потеху. Правды никто из ныне живущих никогда не узнает…

Но… Мягкий бархат насыщенного синего цвета переливался на складках оттенками сапфира, заманивал примерить неожиданный подарок для таинственного вечера. Благо служанка для этого была не нужна: стилизованное платье застегивалось сзади на потайную молнию, а с кринолином справится любой.

Я даже не поняла, как встала и открыла коробку, как прикоснулась к ткани, смяла в руках. Разум заволокло, тело действовало на свое усмотрение, словно чужое.

Тяжесть благородной ткани слегка придавила к полу, движения стали плавнее, шаги короче, размеренней. А вот и мои руки – уже создали прическу, подняли волосы наверх и достали украшения из шкатулки… Руки, действующие отдельно от еще сопротивляющегося человеческого сознания половины моей сущности. Призыв лампы вновь вибрировал в груди, как тогда, но сейчас я сама хотела Макса, что усиливало эффект и делало сопротивление невозможным.

Отражение смотрело на меня, и это было нереально. Приняв подарок, я выпустила на волю существо: не совсем мои глаза, не совсем мои черты, не совсем мои манеры. Да начнется охота, назад уже не повернуть! Макс, если ты молишься богам, стоит начать прямо сейчас, нам всем придется несладко.