Натали Смит – Клуб анонимных существ (страница 15)

Попытка отвлечься не увенчалась успехом – я просто смотрел на чистый лист и смутная потребность нарисовать Наташу никак не могла оформиться и найти выход, освободить мысли хоть на время, принести несколько часов покоя. Свет не настраивался, стол казался тесным, бумага неправильной. Проклевывалось понимание, почему оставшись без пары волки сходят с ума.

Я прокручивал в голове тот вечер в заброшке, проклятого призрака Моргана, Алену и Наташу. Мои чувства настолько обострились с момента нашей первой встречи, что я буквально ощущал ее ладонь в своей и сейчас, хотя держал уголь. Маленькая холодная рука, а потом Наташа изменилась, ощетинилась. Я так и эдак крутил в голове разговор, никак не мог понять, что не так сказал. Не понял, для чего призрак ее притащил, я не ждал свидетелей и как-то не подумав посвятил в свои дела. Не стоило этого делать, конечно, но сказанного не воротишь. Я плюнул на затею и вновь принялся измерять шагами жилье – нельзя рисовать с таким настроем. Но я обязательно вернусь, чистый лист на столе не отпустит, пока не будет заполнен.

В заметках на телефоне список дел, я решил раз не сон или рисование, так хоть польза, и методично вычеркивал пункты, пока не уперся в последнее: заказать Наташе платье для вечера клуба. В этом году тематика «историчность», существа стряхнут пыль с костюмов двухсотлетней давности, а она даже не знает о дресс-коде, новеньких не особенно уведомляют о праздниках, даже не знаю почему. Интересно, наденет ли она подарок? Очень хотелось бы, но я не обольщаюсь – она может и не появиться больше, ни в платье, ни в каком другом виде. И все же я сделал один звонок, попытаться стоило. Хорошо иметь среди знакомых театрального костюмера, а среди навыков – наметанный глаз. Платье сядет идеально. Непрошенные картинки переодевания такие яркие, до боли четкие без спроса заявились в воображение. С этой фантазией я и вырубился.

Найти подземную тюрьму простому смертному не получится. Ты должен приехать в квартиру на улице Декабристов, спуститься в подпол, пройти узким ходом около сотни метров и выйти к глухой металлической двери.

«Яма» встретила меня как обычно – амебообразный консьерж лениво записал данные, хотя знал их наизусть, сделал фотофиксацию с временем прибытия и вернулся к своим японским кроссвордам, предоставив мне свободу действий. Я смотрел, как он зябко кутается в меховую жилетку, и привычным движением нажимает кнопку чайника, совершенно забыв обо мне, и очень хотелось сказать ему что-то грубое, но это недосып сказывается. На такой работе люди и нелюди становятся равнодушными, а учитывая специфику конкретно этого места, то я даже сочувствую. Холодно, темно, сыро, и шляются тут всякие, мешают сериал смотреть и чай пить.

Влад, охранник за первой дверью деловито кивнул, приветствуя, отточенным движением пустил по столу коробку для оружия, затем забрал. Правила для всех едины – с оружием здесь только охрана. Огнестрельным я не пользуюсь, но охотничий нож сдал. За второй дверью меня внимательно оглядел с головы до ног Константин, мой помощник и завхоз «Ямы», отсканировали отпечатки. Я доволен – нечего расслабляться, оборотни бывают разные, некоторые могут грохнуть тебя, срезать лицо, надеть на себя и занять место убитого, преспокойно жить чужой жизнью. К счастью, я таких не встречал в жизни, только слышал. Поймать лицекрада живьем удавалось века полтора-два назад, сейчас это больше миф, но джинна мы раньше тоже мифом считали. Держать нос по ветру – самая верная стратегия.

– Близнецы еще не в городе? – спросил я Костю, поскольку мои подручные должны были вернуться из отпуска.

– На днях будут, а что такое босс? – его сломанный нос слегка дернулся, придавая сердитый вид и без того не привлекательному мужику. Он выглядел как вышибала у мафиози.

– Мне в кои-то веки нужны дополнительные глаза, уши, ноги и носы. Короче, соберу команду по одному делу.

– Понял, передам, чтобы тащили свои задницы быстрее.

В единственной занятой камере тоскливо ковырял стену тот самый увлекшийся едой вампир. Щуплый, с длинными темными волосами, сейчас собранными в сальный хвост, и голодом во взгляде. Под глазами бурые синяки – значит давненько не ел. Личное дело висело у двери снаружи. От средневековой камеры современную не отличало почти ничего, кроме постельного белья на узкой деревянной кровати и тусклой лампочки вмонтированной в потолок. Ну и уборная все ж была, а не дырка в полу и ведро. А так стены кирпичные, читай каменные, и металлические прутья решетки.

– Так, Евгений, смотрю, не вогнал еще себе кол в сердце? – поинтересовался я, просматривая прикрепленный к планшету файлик. Вампир кисло улыбнулся.

– Рейнджер, она выжила? Скажи, прошу, со мной никто не разговаривает. Я ж не хотел, так вышло… неудобно.

– Неудобно, когда трусы жмут, а ты чуть голову человеку не отгрыз.

– Пожалуйста…

– Выжила, пришили обратно, память стерли, компенсацию выплатили. Не знаю, хватит ли на услуги пластических хирургов, там много понадобится.

– Я помогу ей, только выйти отсюда бы!

– Ты больше никогда не приблизишься к бывшей кормилице и не будешь иметь с ней никаких контактов, Евгений! – рявкнул я, и вампирчик вжал голову в плечи. Трусливый недомерок, обычно их братия не робкого десятка. – Это при условии, что Совет тебя не вышлет из города. Иначе я сначала отгрызу тебе пальцы по одному, потом оторву ноги и пошлю этот конструктор транспортной компанией к родственникам в Австралию.

Он вздохнул и поник окончательно.

– Твою матушку, – осенило меня. – Ты влюбился в нее?

Молчание.

– М-да, угораздило же.

– Она особенная…

– И вкусная, судя по всему.

Он снова вздохнул. Начинает бесить, мямля. И тут я вспомнил Наташу. Что, если бы я ее ранил, как бы себя чувствовал? Ну нет, его приговор зависит от Совета, я могу только проследить за исполнением.

– Ты нанял адвоката?

– Нет, Совет справедлив, я приму наказание, – вампир вернулся на свою лежанку.

– Через двадцать минут слушание, – я вернул планшет на стену. – Соберись, и рекомендую помалкивать о чувствах.

Зал для заседаний не отличался роскошным убранством и размерами: помещение порядка сорока квадратных метров, такое же аскетичное, как и камеры. Слева клетка для подсудимых, напротив ряд мягких стульев для членов совета, напротив входа массивный черный стол судьи и стул с высокой спинкой. Все.

Совет существ состоит из представителей каждого вида, обитающего на территории города: маг, перевертыши нескольких видов, вампир, оборотень, который меня не жалует, но должен терпеть, верховная ведьма ковена. У нас не большое разнообразие, пожалуй, перевертыши самые многочисленные: псы, коты, птицы, лисы, кабаны. Для большинства существ сложно находиться под постоянным прицелом камер. Вымирающие и странные виды предпочитают глушь, и прекрасно, мне бы не хотелось иметь дел с приезжими фэйри, например. Самые старые существа в совет не допускаются, выбирают каждый пятый год из средневозрастных, чтобы судили более-менее адекватно, а не с высоты маразма или юношеского максимализма. Так что собравшиеся имели вид среднего обывателя. Маг походил на учителя или библиотекаря, перевертыши – ничем не примечательные лица в толпе; ведьма – милая пенсионерка из квартиры напротив; вампир в строгом костюме похожий на начальника. Оборотень из небольшой стаи Григорьевых, типичный отец семейства – крепкий работяга с озабоченным лицом, между бровей залегла вечная суровая складка.

Этим вечером они собрались ради увлекшегося вампира, дело странное. Я приветствовал входящих и пытался просчитать ситуацию, понять, что происходит, когда учуял знакомый запах. Существо заставило себя долго ждать: сначала с одним охранником позубоскалил, затем со вторым и, наконец, насвистывая мотивчик, прошел в зал.

– Макс!

Олаф хлопнул меня по плечу, как будто мы приятели.

– У меня нет слов, как я рад тебя видеть! – он подмигнул и шепнул: – Как Наташа? Вы поругались, что ли? Видел ее недавно, мрачная.

– Что ты здесь забыл? – я проигнорировал его вопросы.

– Повежливее с новым членом Совета, сынок.

Олаф, не теряя веселого настроя, занял свое место. Он в Совете? Что происходит?

Судья Игорь Карпов – одутловатый перевертыш-пес, явился последним, впопыхах утирал лоб и выглядел очень недовольным. От него сильно несло кровяной колбасой, скорее всего, обед затянулся и он едва не опоздал. Он приветствовал собравшихся, пожал руки, задержался перед Олафом. Я понял, что сегодняшнее дело показательное, конкретно для новенького.

– Подсудимый, вы знаете, кто разбирает ваше дело? – судья открыл тонкую папку и едва бросил взгляд на файл.

– Не всех, – Евгений спокойно смотрел на присутствующих.

– Новый член совета назначен Верховным Советом Страны, как наблюдатель и представитель вымирающего вида ульфхеднаров.

– Кого? – удивился подсудимый.

– Древний вид оборотней, – поморщился судья.

Олаф подмигнул бедняге-вампиру, и заседание началось. Сначала быстрый прогон формальностей и бюрократии, затем к делу:

– Евгений Керн, согласно контракту с кормилицей Мариной Некрасовой вы питались единожды в месяц из бедренной артерии. Верно?

– Да, верно.

– Каким образом у нее оказалась повреждена шея?

– Я не смог совладать с собой, – понурился вампир.