Натали Смит – Клуб анонимных существ (страница 12)

– Чего надо, Толик? – прохрипел я в ответ.

– Да ничего, просто на тебя не похоже. Ты поутру уезжаешь обычно.

Обычно. Раз в полгода от силы я бегаю по лесу.

– Тебя товарняк переехал? – не унимался егерь.

– Возможно. – Я хрустнул всеми суставами разом и всмотрелся в тонированное стекло. Домой нужно ехать очень осторожно, не нарушая правил. С такой физиономией при случае задержат надолго.

Егерь подал мне свой термос с кофе, добрый какой. Это ему зачтется. Минут через десять я достаточно пришел в себя, осознал, что проспал весь день до вечера и пора бы возвращаться. Сбитые костяшки еще не зажили, доставляли ощутимый дискомфорт. Это полнолуние далось мне адски тяжело. Не хочу даже думать о следующем.

Все проблемы от женщин.

Глава 7. Морган

– Джинн, проснись!

Я мягко вынырнула из глубокого сна в тяжелую дрему. Попыталась открыть глаза, чтобы ответить голосу, стряхнуть сон, в котором черные единороги кушают бабочек. Олаф в моей комнате. Ночью. Почему крылья бабочек хрустят, как жареные кузнечики? И откуда мне знать про кузнечиков?

– Наташа!

Единороги продолжали дожевывать крылышки, потихоньку пропадая, растворяясь в эфире – прочь из моей головы. Какая гадость....

– Что? – чуть не вывихнула челюсть от зевка, приподнялась на локтях.

В пробивающемся сквозь зазор в занавесках свете возле кровати парило полупрозрачное тело Олафа, почти сливаясь цветом со стенами. Я хотела крикнуть, но не хватило вдоха, потому просто натянула одеяло до самых глаз.

– Ты помер, что ли? – шепнула я в безопасное пододеяльное пространство. Хоть бы это был сон, хоть бы сон…

– Давно помер, – пожал плечами призрак дяди Вовы, одетый на манер пирата.

Камзол, шпага, пистоли на перевязи, треуголка. Выглядел нормально, насколько возможно в таком экзотическом состоянии. Судя по тону, собственная кончина его не беспокоила, в отличие от меня.

– Давно – это когда? Мы виделись на той неделе, и вечером сегодня ты был онлайн.

– А, это… – он махнул рукой, я завороженно посмотрела вслед движению и зажмурилась. Сейчас проснусь.

– Разреши представиться, я Генри Морган. Вернее, душа Моргана, живу в теле Олафа, иногда гуляю.

– И что мне с этим знанием делать?

Забери, Дэйви Джонс, этого Моргана, чтоб ему… В моей жизни число знакомых было сведено к необходимому минимуму, сейчас границы расширялись против моей воли – это жутко нервировало.

– Тебе ничего, это не твоя забота. Что твоя забота – так это Макс.

– А с ним-то что?

Этот серый волк заявил, будто я пахну как ужин. Я долго думала после недавней поездки с ветерком и пришла к выводу, что самое лучшее решение – держаться от него подальше, возможно, перестать посещать встречи. Хотя это было бы очень печально и вряд ли я решусь на такие радикальные меры. Так, пораженческие мыслишки. Я прижилась в Клубе, мне там комфортно, пока не появляется оборотень. Эти его взгляды в спину, вызывающие жар и озноб одновременно, разговоры, приглашения… Все в нем выбивает меня из колеи, я так не умею. Искрящиеся чувства – это очень сложно, слишком по нервам, непредсказуемо. Я приверженец обхода острых углов и спокойной жизни. Сейчас же не узнаю саму себя – мне хочется внимания мужчины. Хочется, чтобы пялился на мой зад, катал на мотоцикле, черт, да пусть и обнюхивает в довесок, раз ему так нравится… Слишком долго не было никаких отношений. Забыла, когда ходила на свидание.

Забыла, что отношения опасны.

– Одевайся, ты нужна ему. На улице дождь моросит, кстати.

– Вот так просто взяла и пошла? Ага.

Почти стерлись из памяти воспоминания о первой любви. Старшая школа, вранье ради свиданий, прогуливание уроков, розовые очки и бурлящие гормоны. Потом связалась с тираном, еле отбилась. Оставила в его зубах большой клок души, и в образовавшейся пустоте теперь собирается гной разрушения.

Я помотала головой, разгоняя мрачные мысли по углам, Олаф или Морган принял на свой счет.

– Он дерганый, вот-вот сорвется.

– А тебе, Морган, что за печаль от этого? – Я упрямо завернулась в одеяло, как в кокон. Не люблю шляться по ночам. Тем более незнамо с кем незнамо куда. – Макс большой мальчик. Ты морду его видел? С такой можно ничего не бояться и хоть весь город за бочечки перекусать.

– И все-таки тебе не интересно, чем он там с фантомом занят? Твой же парень.

– Мы не встречаемся…

«А жаль, он хорош», – повисло в воздухе. Призрак вздернул бровь, улавливая невысказанное. Я снова чертыхнулась и выползла из уютного гнездышка. Морган галантно отвернулся.

– Каким путем ты попал в тело моего друга?

Сменить тему на более безопасную показалось самым лучшим решением. Я нащупала небрежно брошенную с вечера одежду: джинсы, удобный топ, свитер – быстро натянула и отправилась чистить зубы.

– Твой друг – существо древнейшее, со многими тайнами, многими жизнями внутри. Не стоит знать все, поверь мне. Некоторые соседи в его теле пугают и меня. А я ведь, адово пекло, Генри Морган! – бурчал он, зависнув в дверях.

От его возмущения замигал свет. Добро пожаловать в астрал. При включенном свете призрака не было видно, только воздух как будто был плотнее и менее прозрачный, сейчас он то проявлялся, то исчезал в такт миганию лампочки.

– Ты же не собираешься еще и краситься? – с надеждой вопросил он.

– Нет.

Я почти скатилась по ступенькам, нехотя вышла на улицу и поморщилась – Морган не соврал. Противная холодная морось, взвесь капель в воздухе, из тех случаев, когда не поможет даже зонт – влага проникнет всюду.

– И что, куда такси вызывать? – тихо спросила я призрака.

– Я сейчас перемещу тебя, быстрее будет.

Призрак схватил меня за руку и потянул. Душа ушла в пятки, а желудок устремился к горлу – вот как оно было. Реальность исчезла: тихий двор, пульсирующие огоньки сигнализаций припаркованных машин, водяная взвесь в лицо – все пропало. Не знаю, как это объяснить, будто труба аквапарка, но холодно, стенки прозрачные и за ними с фантастической скоростью мелькают здания спящего города. Морган рядом весело болтал о своей жизни. Байки травил или правду рассказывал, кто его разберет, но развлекало знатно. Я почти не обращала внимания на ледяную хватку его призрачной руки, вероятно, мои ткани уже обморожены и им все равно.

– У меня прорва времени сейчас, в посмертии, – поделился призрак, – Я подумываю написать мемуары. Жизнь я прожил ого-го какую, а правды и не знает почти никто. Такие враки часто обо мне пишут в книгах, прям как лживые песни сирен. Вот послушай одну историю, как думаешь, понравится людям?

Мы летели над городом, а призрак рассказывал мне историю, как в одну темную, но звездную ночь по узким улочкам портового испанского городка шел мужчина. И были там погони, схватки, влезание в окно к любимой и героические смерти.

– Звучит как начало неплохого фильма, – рискнула я вставить слово.

Больше его мемуаров меня интересовало, зачем он, собственно, заявился и что там со своенравным волком стряслось. И как бы не стошнило от этих американских горок.

– Фильма… – Морган сплюнул куда-то за плечо и поправил шляпу. – Блокбастера, я бы сказал!

Полет закончился где-то на окраине города. Меня вышвырнуло из магической транспортной трубы и ударило о мокрую землю.

– Морган… Я тебя ненавижу… – прохрипела я, поднимаясь на четвереньки.

– Такое часто случается, ты привыкнешь ко мне.

Я бы воздержалась от контактов слишком часто. Даже раз в год – это перебор.

– И куда теперь?

Дождь усиливался, тело оттаивало от призрачного полета и тут же мерзло под дождем, кожаная куртка не спасала. Вокруг – брошенные гаражи и разрушающиеся недостроенные дома. Луна периодически мелькала среди туч, подсвечивая фигуру моего спутника. Только покосившихся крестов, как на старом кладбище, вокруг не хватает. И чтобы сова зловеще ухала, да. Отвратительная ночь.

– Прямо в заброшку.

Ну ладно. Что еще может случиться со мной сегодня?

Двухэтажное здание без крыши чем-то привлекло Макса – не просто же так он решил прогуляться среди ночи, – ну, и я наведаюсь. Вон и байк его стоит. Битое стекло хрустело под ногами, громко возвещая о моем присутствии, а я думала, чем оправдать свое внезапное появление. Говорить, что я ему нужна – словами призрака, – наверное не стоит. Это странно звучало еще у меня дома. Черный зев входа, казалось, становился все шире и темнее, будто гигантская пасть порождения тьмы, чудища из глубин космоса. Я не уловила ни звука до самого появления оборотня – огромный силуэт отделился от черноты и в два прыжка оказался рядом, сверкая глазами.

– Наташа! Какого черта ты здесь? – В лице – раздражение и недоумение. – А это еще что?

Задвинул меня за спину и рыкнул на призрака.

– Макс! – Я попыталась выйти, но не тут-то было. Волк не слушал, как-то автоматически преграждая мне путь своими ручищами.

– Олаф, ты помер, что ли?

– Это не Олаф! – крикнула я в живую стену перед собой и наконец вывернулась из-под руки.

– Я не «это» и не Олаф. Я Генри Морган, – скромно представился пират и приподнял шляпу. – Привел тебе помощь, потом поблагодаришь.