Натали Палей – Рождественский контракт (страница 14)
Глава 8
Разум и чувства
В ответ на мою реплику Адриан Рогвайер с глубоко задумчивым видом поправил завиток моих волос, аккуратно заправил его за ухо, практически невесомо провел костяшками пальцев по моей щеке.
— Не представляете, как я рад этому безумию, — усмехнулся мужчина, устремив на меня ласкающий взгляд. — Уже много лет я живу с пустотой в душе и со спокойным сердцем, которое все время бьется одинаково. Каждый день. Каждую минуту. И одно, и второе невероятно угнетает. Вернее, жил. Потому что, наконец, это мучение подошло к концу.
После последней фразы он так проникновенно уставился на меня, с таким явным восхищением, что внутри все затрепетало.
Одновременно я подумала: герцог уверен, что я соглашусь остаться в роли его истинной пары?
Осторожно заглянула внутрь себя: хочу ли я того же? Ответ, поступивший из глубины сердца, не сильно удивил меня.
Хочу. Очень хочу.
В то же время мне страшно. Во-первых, герцог Рогвайер — женатый человек. Во-вторых, я хочу, чтобы меня любили не просто потому, что я чья-то истинная пара… Особенно этот невероятно привлекательный для меня мужчина.
Интересно, он кажется мне привлекательным, потому что мой истинный или, действительно, таков?
— Анна, у вас нет желания броситься в этот безумный водоворот чувств, не думая ни о чем? — прошептал Адриан Рогвайер, всматриваясь в мое озадаченное лицо, вновь приподнимая его за подбородок.
— Есть, — искренне шепнула я.
В ответ мужской взгляд вспыхнул страстным пламенем. Мужчина из моих снов стал наклоняться ко мне.
Успокоившееся было сердце вновь забилось взволнованно, гулко, оглушая, во рту уже привычно пересохло, а коленки стали подгибаться.
— Но я не могу так.
Я решительно уперлась ладошками в широкую грудь. Герцог остановился на полпути, почерневшие от страсти глаза сощурились, мужские губы дрогнули. А потом он не сдержался, и они растянулись от уха до уха. Эта улыбка была такой неожиданной, красивой и удивительной, что помогла моим тягучим и неповоротливым мыслям и вновь стать ясными.
— Жаль. Я предполагал, что под влиянием истинности, вы быстро упадете в мои объятия со словами: «Адриан, я ваша!» Но, похоже, в пару мне досталась удивительно осторожная и разумная девушка, с которой будет непросто.
Поняв, что мужчина шутит и целовать меня пока не будет, я тоже улыбнулась. «Адриан, я ваша»? Придумал же.
— Мой отец всегда говорил: «Когда родилась Аня, сначала у нее включился разум, проанализировал ситуацию и разрешил забиться сердцу».
Некоторое время Адриан Рогвайер смотрел на меня с удивлением, а затем запрокинул голову и рассмеялся.
Глубокий искренний смех отозвался теплом в груди. Я вдруг отчетливо поняла, что этот мужчина уже давно так не смеялся. Понимание последнего обстоятельства меня огорчило.
— Аня, вам очень идет улыбка, ваша рациональность меня восхищает. В то же время уверен, что ваш страх перед нашим союзом происходит от незнания реалий нашего мира и особенностей отношений истинной пары.
— Возможно, — не стала отрицать я.
Герцог отошел к окну. Казалось, каждый шаг давался мужчине с трудом. Да и я почувствовала, что не хочу, чтобы он отдалялся от меня, поэтому инстинктивно шагнула следом.
— Связь истинных — это божественный дар, Аня, а не безумие, — Рогвайер обернулся и увидел, что я, смущенная, стою рядом. — Так было всегда. Во все времена. Во всех мирах. Две половинки находят друг друга, и происходит практически мгновенное единение душ и сердец. Истинные влюбляются друг в друга, независимо от социального статуса пары, внешности и характера. Между ними возникает безусловная любовь, как между матерью и ребенком. Знаете почему так происходит?
— Почему?
— Потому что у любого разумного существа есть своя идеальная пара, а для избранных боги сократили длинный путь и время поиска и завоевания такой пары.
— То есть вы относитесь к избранным? — сразу вычленила суть последней фразы.
— Я отношусь к избранным, — шепнул герцог, — а вы — моя истинная, и уже ничего не изменить.
Мужское лицо затвердело, взгляд стал нечитаемым, фигура застыла, и я осознала, сколько усилий Адриан Рогвайер предпринимает, чтобы не испугать меня, не обидеть, потому что в данный момент он мечтал лишь об одном — сжать свою истинную пару в объятиях.
— В нашем мире — Арсее — двенадцать избранных семейств, основателей этого мира. Членам этих семейств даровано счастье обрести истинную пару. Рогвайеры из этой дюжины.
— Но разве… — от волнения я задержала дыхание, — для избранного вы не слишком долго ждете свою пару?
Взгляд Рогвайера на миг застыл. В его глубине мелькнуло что-то очень похожее на тоску и сожаление. Но затем он вспыхнул огненными искрами.
Похоже, герцог давно отчаялся найти свою истинную, а без нее, выходит, избранный не мог стать счастливым. Мгновенно захотелось выказать сочувствие, и, не думая, я подалась к мужчине и порывисто положила ладонь на его грудь.
— Простите. Я не хотела вас задеть, — пробормотала с сожалением, чувствуя под ладошкой неспокойное биение чужого сердца.
— Мое ожидание продлилось долго, вы правы. О причинах я как-нибудь расскажу.
Рогвайер положил теплую большую ладонь сверху моей кисти и крепко ее сжал. Красноречивый мужской взгляд открыто и тепло выразил симпатию и заставил привычно порозоветь.
— Но ожидание позади, в настоящий момент я чувствую, что с каждым мгновением притяжение между нами растет, а связь крепнет, — счастливо улыбнулся герцог и с довольным видом добавил: — Например, сейчас ваши чувства взяли верх над разумом.
Я прислушалась к себе. Сопереживание мужчине привело к тому, что меня вновь потянуло к нему, а его близость просто сводила с ума. Я снова с трудом себя контролировала и мысленно отругала за то, что подалась вслед за мужчиной, не устояв на месте.
— Если какие-то ваши слова цепляют меня, я будто трезвею, — шепнула я, нервно кусая губы. — Но через некоторое время мысли вновь напоминают кисель.
— Кисель? — усмехнулся герцог и вдруг посерьезнел: — Аня, а я вам нравлюсь? Как вы считаете, у нашей пары есть шанс?
Адриан Рогвайер сверху вниз уставился на меня таким взглядом, что меня бросило в жар. Пронизывающим, ласкающим, проникающим прямо в сердце, задевающим тайные струны души, которая тоже хотела счастья…
— Нравитесь. Как и я вам, полагаю. У истинных же не может быть иначе?
Невольно в моих словах проскользнула горечь. В карих глазах я прочитала, что мужчина ожидал совсем другого ответа. Мысленно шикнула сама на себя. Ну, что я в самом деле веду себя, как ребенок? Мне на блюдечке с золотой каемочкой преподносят шикарного мужчину из снов, а я выделываюсь.
Не выдержав пристальный изучающий взгляд, я опустила глаза.
— Не может быть. Вы правы. Но ваш менталитет отличается от менталитета женщин Арсеи. Как и сила вашего духа, которая позволяет сопротивляться магии нашего мира и не принимает меня без условий, — теперь уже в словах герцога промелькнула еле уловимая горечь. — Поэтому я хочу завоевать ваше расположение. Я вызову Ральфа Колфина в имение раньше срока, у этого прохиндея точно есть то, что на время поможет притушить нашу связь, чтобы нам стало полегче. Аня, я хочу, чтобы за это время вы
— Насколько я помню, вы женаты, Адриан. В качестве кого остаться?
Некоторое время герцог Рогвайер смотрел на меня с непониманием, я же от волнения задержала дыхание и отвела взгляд — сосредоточилась на картине, висящей на стене. Летний пейзаж расплывался перед глазами.
— В качестве супруги, конечно, — медленно ответил он. — А вы о чем подумали?
Я растерялась. И, похоже, снова порозовела.
— Аня, только не говорите, что вы решили, будто я готовлю вам место… любовницы.
Вообще-то, именно так я и решила. По выражению моего лица Рогвайер это прекрасно осознал. Бросила осторожный взгляд на мужчину, чьи темные глаза горели негодованием.
— Истинная пара для мужчины и в Арсее, и в Ирарии, — это святое! Хотя вы же ничего не знаете… — тут же с досадой пробормотал он.
Чего я не знаю? То, что он женат, знаю. Даже с супругой успела познакомиться. То, что в Ирарии разводы запрещены, тоже знаю. А вот зачем герцогиня Рогвайер много лет искала истинную пару для собственного мужа, не знаю. Последнее умозаключение я и озвучила Рогвайеру.
Услышав мой вопрос, герцог прошелся по кабинету в одну сторону, затем в другую. Рядом со мной, похоже, этот мужчина совсем не мог трезво мыслить.
Я застыла на одном месте, наблюдая за ним, нервничая и кусая губы. Но поведение герцога и его слова меня все же немного успокоили. Я, действительно, ещё многого не знала ни о мире Рогвайера, ни о его стране, а значит плохо разбиралась в обычаях и традициях. Возможно, появление истинной пары — это одно из условий, позволяющих супружеской паре развестись? Если Анна Рогвайер сама искала меня, значит, хотела развода?
Одни вопросы…
Наконец, Адриан Рогвайер остановился, мягко взглянул на меня и вздохнул:
— Нам нужно о многом поговорить, но сделаем мы это после приезда Ральфа Колфина. А сейчас отправимся в деревню, потому что её жители нас заждались.
Значит, серьезный разговор откладывался. Что ж, я относила себя к терпеливым людям.