Натали Мондлихт – Лунная дорожка в неизвестность (СИ) (страница 31)

Не став выслушивать чьи-либо причитания и просьбы, оракул медленно и величественно вышел из бального зал, оставив за собой полных смятения и растерянности гостей.

После того, как эта церемония была завершена, выбывшие из отбора девушки подошли к родным. Они обнимались и радовались, что их миновала столь незавидная участь. У тех же, кто остался, было не столь радужное настроение. Одни девушки держались с достоинством, не выказывая эмоций, как например Линора, Самила и Зора, другие тихонько плакали.

А вот Фирия решила продемонстрировать всё своё возмущение, и закатила грандиозный скандал: она кричала, что не будет участвовать в испытаниях, и грозилась на всех найти управу, обвинения вылетали из её рта одно за другим, а попытки родителей как-то утихомирить буянку не давали результата. Дошло до того, что она начала применять небольшие магические заклинания, желая что-либо разгромить. И ей это успешно удавалось — разбитые стулья, покорёженный паркет, сдёрнутые портьеры.

Среди гостей начался ажиотаж: все пытались отойти как можно дальше от Фирии, чтобы их случайно не задело. В этой ситуации был только один плюс — Ристар, не став выяснять, о чём же мы беседовали с Корнусом, вместе с другими наставниками отправился решать ситуацию с Фирией.

А у нас с эльфом появился шанс продолжить разговор. Он наклонился поближе ко мне и тихонечко прошептал:

— Не волнуйся. У меня уже всё готово. Когда придёт время — буду тебя ожидать. Ты согласна?

Я благодарно кивнула, и словно этого было недостаточно, чтобы убедить себя, произнесла вслух твёрдое «Да».

— Ну, вот и славно. Тогда мне пора. Не будем дразнить твоего наставника больше необходимого. До встречи, принцесса! — и поцеловав меня в щёку, ушёл по направлению к выходу.

А в это время, так как убедить её не удалось, Фирию нейтрализовали сонным заклинанием и, удивительнейшая вещь, донести девушку в комнату вызвался рэсс Куван.

Никто против этого не возражал. Отец девушки хлопотал над её матерью, которой стало плохо, а наставники прилагали усилия, чтобы успокоить гостей, возмущённых, растревоженных, а то и слегка напуганных представлением Фирии.

Ристар с Тимуром, отойдя в сторонку, что-то напряжённо обсуждали. Странно всё это.

Обняв себя за плечи, я в нерешительности застыла, не зная, что же делать. Вроде бы сегодня я смогла осуществить задуманное — поговорить с Корнусом. Но чувство какой-то недосказанности осталось. Как будто что-то важное ускользнуло от внимания. Как ни пыталась разобраться в своих ощущениях, разгадка всё равно не хотела приходить.

Ладно, я давно уже усвоила — чем больше стараешься что-либо вспомнить или осознать, тем хуже получается. А как только расслабишься, не торопишь события, забываешь на время о проблеме, сразу же решение появляется в твоей голове, словно всегда там было.

Так что сейчас у меня есть два варианта: подняться в свою комнату и проверить подарок родителей или остаться здесь и ожидать магической иллюзии, которой должен завершиться вечер. Хотя не уверена, что после такого скандала она состоится, всем явно не до этого.

Увидев, что гости сами решили судьбу вечера и начали активно расходиться, подошла к тинаре Лориане и, сославшись на головную боль, попросила разрешения подняться к себе. Она особо не вслушивалась, бросила мне растеряное: «Да — да, конечно» и продолжила сыпать извинениями очередному гостю.

Вот так я беспрепятственно оказалась в своей комнате, где только цветок напоминал ту прекрасную, радостную атмосферу, которая царила здесь несколькими часами ранее.

***

Тейморион весь вечер наблюдал за Ивинией и всё больше хмурился. Выходка с приглашением бывшего жениха на бал заставила его безумно ревновать. Но ещё больше он волновался за Ивинию. Она точно не заслужила боли и разочарования, которые последуют после разговора с этим уродом. Поэтому Тейморион заранее потолковал с ним по душам и потребовал, чтобы тот не приходил.

Богиня, как это больно смотреть, как женщина, которую любишь, ожидает встречи с другим! Она постоянно поглядывала в сторону входа, в надежде, что следующим вошедшим будет именно он. И что только она нашла в нём?

Хорошо хоть появились родители девушки и отвлекли её внимание. Они должны были сообщить ей придуманную Тейморионом версию отсутствия Дорега — его длительный визит в далёкую Синору, подземное королевство гномов, по долгу службы и невозможность вернуться в срок.

Судя по выражению лица её это сильно расстроило.

Но не в правилах Теймориона так легко сдаваться, Ивиния будет принадлежать только ему душой и телом…

***

Азмир не помнил, когда в последний раз был настолько зол. Не вечер, а проблема на проблеме.

Опять видеть эти расстроенные и заплаканные лица избранных и их родных. А эти слухи о смерти девушек на испытаниях, распущенные известно кем.

И ведь правду раскрыть нельзя. Таковы условия, поставленные Богами. Он превосходно помнит первый разговор с Лунной Богиней. Хоть это было и сотню лет назад.

А началось всё ещё раньше, до смерти отца. Согласия как между расами, населяющими этот мир, так и между их Богами не было никогда.

Зыбкое перемирие людей с василисками пошатнулось из-за одной ошибки, имевшей грандиозные последствия. И это он, Азмир, во всём виноват.

В то лето к ним приехала погостить дочь императора василисков — юная Ал-сэ. Принцесса была прекрасна, словно только что распустившийся весенний цветок, хрупкий и ранимый — длинные струящиеся чёрные волосы и яркие сапфировые, чуть раскосые, мечтательные глаза, выделяющиеся на бледной фарфоровой коже, а ещё Ал-сэ была скромна и воспитана в соответствии с традициями своего народа.

Её визит ко двору Саннии был организован неспроста — правители обеих государств устали от постоянных конфликтов и давно вынашивали планы укрепления мира между империями посредством первого в истории Гицинта брака детей. И эти смотрины были лишь формальностью.

Азмиру девушка понравилась, да и чувство долга не позволило бы что-либо изменить. А вот Ал-Сэ, как потом вскрылось, была не в восторге от этой затеи. Она постоянно пряталась в своей комнате и избегала лишних взглядов и разговоров. Поначалу он списывал это на скромность и строгое воспитание и решил дать ей время. Зря! Если бы был внимательнее и проницательнее — такого бы не случилось.

Ал-сэ полюбила, но только не Азмира, а одного рэсса из обедневшей семьи, приставленного её охранять. Он, воспользовавшись молодостью и наивностью девушки, вскружил ей голову и устроил побег. В небольшом храме их должны были обвенчать. Вот только этому не суждено было произойти — при переходе порталом по непонятной причине нарушилась его стабильность, и тела влюбленных были найдены с сильными повреждениями.

Обе стороны скрыли обстоятельства трагедии от широких масс, чтобы избежать нежелательных сплетен и позора для девушки. Для всех это был несчастный случай на прогулке.

Однако семьи знали правду. Азмиру казалось, что император василисков смирился. По крайней мере, всё так выглядело.

Правда выяснилась только, когда магия начала уходить из Саннии, и Азмир начал молить Богиню о помощи.

Та пришла и поведала следующее.

Император Ри-хо ничего не забыл и не простил и винил в смерти Ал-сэ распущенную расу людей. Чтобы отомстить, он воззвал к справедливости Бога Солнца с просьбой лишить Саннию магии — именно она убила его дочь — заявив, что готов на всё ради такой награды.

Какую тот запросил цену, неизвестно, однако просьбу потомка исполнил, а заодно поиграл на нервах у своей бывшей возлюбленной — Лунной Богини.

Но он не считался бы столь хитрым и изворотливым, если бы каждый раз не оставлял себе лазейку. Так было и в этот раз. Все магические потоки Саннии притягивались к одному источнику, в котором и были законсервированы.

Остальные Боги пантеона, узнав об этом, переполошились, побаиваясь, что и их народы постигнет та же участь. Пойти напрямую против воли Верховного Бога они не могли, а вот собрать Совет — было им под силу. Там и было вынесено решение, что людям дан шанс всё исправить, если те достойны — магия вернётся. Бог Солнца милостиво согласился, при этом поставив уйму дополнительных условий, чтобы, как он думал, напрочь исключить вероятность счастливого исхода.

Также было издано следующее предсказание: «Простая девушка из ниоткуда пожертвует всем, и если в её сердце не будет малейшей тени сомнения, то она найдёт источник и вернёт магию»

Вот так и появился отбор со следующими правилами: войти в пещеру, в которой хранился источник, могла исключительно девушка, которая докажет на испытаниях, что сильна телом и духом и чиста помыслами. А вот чтобы пропустить источник сквозь себя и вернуть магию, необходимо не только обладать высокой проводимостью магических потоков, но и быть уверенной в своем выборе.

А ведь найти такую, которая обладает уникальными качествами ауры, прошла испытания и согласилась рисковать собой, да ещё при этом была полностью уверена в своем выборе — очень сложно. Тем более, что объяснять им условия нельзя.

За все эти сто лет постоянных попыток только одна Мирель оказалась практически у цели. Но, наверное, сомнение всё же не дало ей закончить начатое. Её настигла та же участь, что и остальных — она попала в другой мир. Как Азмир ни пытался выяснить, в какой именно, ничего не вышло.