Натали Марк – Двойные листочки (страница 35)

— Всё из-за меня, — сказал Петя, не дав Вике продолжить. Он посмотрел на неё, положил руки ей на плечи и слегка отодвинул, чтобы встать рядом. Ваня бы засмеялся, если бы не обдумывал, как красочно врезать Певцову, чтобы потом не исключили.

Петя продолжил:

— Понимаете, мой отец запретил мне играть. Он ненавидит музыку, особенно ударные, считает, что это вообще не музыка, а так, глупости какие-то и шум. И если до прошлого года он как-то мирился с тем, что я играю дома, репетирую и выступаю в школе, то в этом году из-за поступления запретил, чтобы я не отвлекался. Переубедить его мне не под силу.

Ваня, который сделал для себя то же самое, неожиданно понял, что сочувствует Певцову. Хотя и Петиного отца он мог понять. Музыка отвлекает.

— А куда ты хочешь поступать? — спросила Яна.

Петя запустил руку в волосы.

— Куда я собираюсь поступать, пока не могу сказать. Но отец пихает меня на юридический. Я не хочу. Но всё равно готовлюсь, чтобы дома не было так… сложно, — сказал он.

— А твоя мама? Что она думает? — спросила Яна.

Петя ответил не сразу. Он поднял угол губ, сунул руку в карман и прислонился к парте.

— Как давно я не слышал этого вопроса. — Он обвёл взглядом их троих, продолжая улыбаться странной улыбкой. — Довольно иронично, что я стою среди единственных людей в школе, которые ничего не знают. Наверное, поэтому с вами тремя так… Непривычно.

Петя вздохнул и снова провёл рукой по волосам:

— Я скажу, но только после того, как все присутствующие поклянутся самым дорогим, что у них есть, что не изменят ко мне отношения. Поклянитесь, что будете вести себя, как раньше, и продолжите…

Петя посмотрел на Яну:

— Безжалостно ставить мне двойки за плохие сочинения…

Яна прыснула, а Петя невозмутимо перевёл взгляд на Вику:

— Дерзить и спорить…

Потом на Ваню:

— Верить, что играешь лучше.

Ваня хохотнул, потом кивнул:

— Клянусь.

Петя выжидающе поднял бровь. Ваня закатил глаза.

— Клянусь своей гитарой.

Петя хмыкнул, кивнул и повернулся к Вике. Та несколько секунд смотрела на него, потом пожала плечами:

— Клянусь… значком старосты.

Петя слегка улыбнулся. Все посмотрели на Яну, и она со смехом качнула головой:

— Ты выкручиваешь нам руки, Певцов. Ладно. Клянусь моим оригинальным «Гарри Поттером», что продолжу ставить тебе двойки.

Ваня прыснул. Петя вздохнул, улыбка его стала печальной. Ещё немого помедлив, словно желая оттянуть неизбежное, он наконец быстро произнёс:

— Моя мама умерла, когда мне было восемь.

Ваня с Викой и Яной вместе молча вздохнули. Петя покачал головой.

— Кажется, у меня только что появились желтая гитара, «Гарри Поттер» и второй значок старосты.

Он показал пальцем на Яну:

— Нет.

Затем на Ваню:

— Нет.

— А если ты ещё раз так на меня посмотришь, клянусь, я не буду с тобой разговаривать до конца года. — Последняя фраза была адресована Вике. Петя сунул обе руки в карманы и продолжил без всякого выражения:

— Мама попала в аварию, она ехала с работы домой, и в неё врезался какой-то пьяный урод. Лобовое, смерть наступила мгновенно. Отец так же мгновенно его посадил. Я несколько лет ходил к дорогущим психологам, так что я в порядке, не переживайте. — Петя обвёл их понимающим и немного усталым взглядом. — Ну то есть да, это печально, и я знаю, что вы сочувствуете, но я правда в порядке. Это случилось давно, и жалеть меня не нужно.

Петя сделал глубокий вдох и продолжил:

— После её смерти отец стал… Строже. Я не очень хорошо помню, каким он был при маме, но сейчас он абсолютно одержим мечтой, что я стану юристом и продолжу его дело. А услышав хоть слово о музыке и выступлениях, он теперь вообще теряет человеческий облик. Поэтому я… — Петя замялся и посмотрел на Яну. — Я искал способ, как участвовать в концерте, чтобы он не знал, и…

— И я вмешалась, — перебила Вика. — Я отобрала у Певцова телефон и позвонила его отцу, назвавшись… Назвавшись Яной Сергеевной, учителем русского.

Яна медленно кивнула.

— Потому что он меня ещё не знает… — понимающе пробормотала она. — И вы наверняка придумали, что я оставила Петю после уроков?

Вика с Петей кивнули. Ваня произнёс:

— Простите нас. Мы не должны были…

— Низовцев, какого чёрта ты извиняешься? — раздражённо перебил Петя. — Ты с самого начала был против.

— Я часть группы! — выпалил Ваня. Потом моргнул и продолжил: — Ну то есть… Мы же вместе репетировали. Я тоже участвовал и всё знал.

Петя посмотрел на него как будто более уважительно.

— Но ты был против. И оказался прав. Мы…

— А что произошло вчера? — перебила Яна.

— А вчера…. — Вика помедлила. — Вчера я была немного резка.

— Немного резка? — фыркнул Петя. — Ты обратилась к отцу по фамилии, сказала, что он не любит своего сына и что моё место у Зиновьева, а не в универе. Всё худшее, три в одном.

— У Зиновьева? — спросил Ваня, почувствовав, как ёкнуло сердце. Только не это. — Ты что, хочешь поступать… к Зиновьеву?

Петя кивнул, пристально глядя на Ваню.

— Нет, — сказал Ваня, покачав головой больше себе, чем Певцову. — Нет. Нет. Нет.

— Я ещё ничего не сказал.

— Я знаю, что ты хочешь сказать. Зиновьев берёт только самых сильных, и только группы. Нет. — Ваня показал пальцем на Певцова так же, как совсем недавно Петя показывал на него. — Мой ответ — нет.

Петя посмотрел в пол и со смешком кивнул:

— Одного «нет» было бы достаточно. Собственно, я и не рассчитывал.

Наступила пауза. Казалось, каждый сейчас думал о чём-то своём. Вика переступила с ноги на ногу и посмотрела на Яну:

— Яна Сергеевна, простите нас. Мы не хотели… Я не хотела, чтобы так всё обернулось. Меня вчера слегка занесло. После концерта, ну, вы же их видели на концерте, они… И я… А отец Певцова, он… Ну…

— Викуля, милая, ты перешла на одни местоимения, — засмеялась Яна. Парни хмыкнули.

Вика прочистила горло и продолжила:

— Я и подумать не могла, что Сергей Борисович влетит на урок. Думала, на Певцова дома наорёт и всё.

— Ну спасибо, — буркнул Петя, хотя Ване показалось, что губы его дрогнули в скрываемой улыбке.

— Петя, что тебе сказал папа? Я так понимаю, на этом его визиты не закончились? —спросила Яна, посерьёзнев.

Петя так же серьёзно кивнул: