Натали Марк – Двойные листочки (страница 36)
— Он на несколько недель уезжает в командировку к бизнес-партнёрам. Сказал, что вернётся и «разберётся», — Петя изобразил пальцами кавычки. — Я, слава богу, в его отсутствие не должен ходить в офис. Хоть двойки разгребу и… — Петя посмотрел на Ваню. — Может быть, найдётся время поиграть.
Ваня пожал плечами.
— Может быть.
Петя хмыкнул и повернулся к Яне.
— Яна Сергеевна, правда, простите. У вас из-за нас проблем не будет, мы будем учиться идеально, больше ни одной двойки за четверть, обещаем. Мы с Вольской всех нагнём и... — Вика ткнула Петю локтём в бок. — То есть, мы с Вольской заставим всех учиться как следует!
Яна прыснула.
— Я не сержусь. Было бы неплохо предупредить меня заранее, но на самом деле я рада, что вы нашли выход. Музыка — это святое. И Вика права: я видела вас на концерте. Только глухой и слепой остался бы равнодушным.
Ваня почувствовал, как губы его непроизвольно растянулись в улыбке. Яна продолжила:
— Хорошо, что я теперь в курсе. На всякий случай буду готовиться к незваным гостям. А работать пока будем только по программе и по всем правилам.
Она посмотрела на них троих по очереди, задержав взгляд на Ване.
— Не волнуйтесь. Меня сюда не за красивые глазки взяли. Я знаю, как нужно работать, чтобы все были довольны.
Вика хохотнула.
— Говорите, как Петруша.
— Решительно? — спросила Яна.
— Красиво? — одновременно спросил Петя.
— Чертовски самоуверенно, — сказала Вика. — Но это, пожалуй… не всегда плохо, — с теплой улыбкой сказала она, глядя только на Яну.
Яна кивнула, затем склонила голову на бок, взяла в руки несколько листов с работами отсутствующих и с вызовом посмотрела на троицу перед ней:
— Не переживайте, мои дорогие листочки. Справимся.
ПЕТЯ
Петя тащил огромную тыкву и думал о разговоре после урока русского. Он рассказал троим новеньким про маму. И про отца. Стоило ли? Петя потратил несколько лет, чтобы в школе к нему перестали относиться как-то по-особенному. И если с одноклассниками это получилось довольно быстро, то учителя никак не хотели быть с ним строгими, списывая все его ошибки на травму от тяжёлой утраты. Поэтому Петя всю начальную школу то и дело впутывался в драки, спорил с учителями, прогуливал уроки и получал горы двоек. Чаще всего специально. Он буквально заставлял учителей ставить ему плохие оценки и делать замечания. Когда они перестали его жалеть, и Петя почувствовал, что ему влетает наравне со всеми остальными, он начал строить свой имидж заново. Постепенно все наладилось, в девятом Петя даже вызвался быть старостой… Но поначалу, конечно, было очень плохо. Была боль, была апатия, была агрессия, много агрессии. К счастью, он научился перенаправлять её, и вместо того, чтобы лезть с кулаками на окружающих, он вечерами колотил барабанную установку. Отец сначала был рад, что в школе стало всё спокойно, поэтому оборудовал Пете комнату для занятий и не возражал против его выступлений и репетиций. Но после десятого класса выяснилось, что сын хочет связать с музыкой жизнь, и эта новость вызвала настоящий шок и стала причиной их с отцом ссоры.
Пытаясь прогнать эти невесёлые мысли, Петя дошёл до главного холла второго этажа и аккуратно положил тыкву на пол. Там уже лежало несколько таких же больших тыкв, которые только что принесли Низовцев, Трофимов и Жгунов, остальные парни догоняли. Щебет девчонок за спиной свидетельствовал о том, что Марина Викторовна и им выдала реквизит для украшения холла. Это была ежегодная традиция — после дня учителя ребята под руководством старост создавали в школе атмосферу праздничной жути: в коридорах расставляли тыквы, развешивали паутину и скелеты. Для украшения окон малыши вырезали на уроках труда бумажных летучих мышей, и все классы расклеивали их по школе, а старшеклассники вешали в углах резиновых пауков и части скелетов, которые будто вылезали из потолка. За несколько дней школа преображалась и походила на один большой и жуткий дом с привидениями. Только крыло младшей школы ограничивалось тыквами и мётлами с паутиной, чтобы малыши не пугались.
Петя пересчитал тыквы и громко обратился к собравшимся одноклассникам:
— Так народ, из этого нам нужно сделать что-то красивое и жуткое. Жутко красивое. Мы точно должны уделать прошлогодних дилетантов. Давайте сначала расставим тыквы, а потом девочки возьмут мётлы и…
— Петруша, предоставь это мне, — Вика подошла к нему с большой коробкой в руках. Петя взял у неё из рук коробку и поставил на пол рядом с тыквами. Вика подняла брови, на что Петя закатил глаза.
— Не все в этой школе неотёсанные неандертальцы, Вольская. Нечего тяжести таскать, могла бы дождаться, когда мы с парнями вернёмся и принесём коробки сами, — проворчал он.
— Большая перемена не резиновая, Певцов, — так же ворчливо ответила она, но Пете показалось, что щёки у неё слегка порозовели. Может, от смущения, или просто из-за тяжёлой коробки.
— Мы с девочками всё расставим, а вы лезьте наверх, скелетов вешайте. Начните с первого этажа. Побольше над кабинетом директора. Может, оживут и полакомятся… — мечтательно закончила она под смешки ребят.
— Хм, ладно, — с сомнением ответил Петя, глядя на тыквы. — А вы точно знаете, как их расставить? Тут надо…
— Певцов, не заставляй меня гнать тебя отсюда метлой, мы так ничего не успеем, а ты не обязан контролировать
Петя отвернулся от неё, пытаясь скрыть непрошенную улыбку, отправил Низовцева и Жгунова за пауками, махнул головой Савченко, Закирову и Бунько, которые тащили стремянки, а сам подхватил коробку, которую принесла Вика, и вместе с оставшимися парнями спустился на первый этаж украшать потолок.
В этом году основная работа по оформлению легла на плечи их класса. Пете с Викой поручили организовать и проконтролировать украшение всей школы. Петя впервые по-настоящему радовался, что он не один, Вика действительно отлично ему помогала. Пока он разбирал в подсобке реквизит и раздавал коробки старостам других классов, Вика проконтролировала малышей с их летучими мышами, распределила между всеми классами вырезанные фигурки и показала, кому какие окна украшать. Петя не знал, как у Вики это получилось, но сейчас, по пути на первый этаж, он заметил, что большая часть окон уже оформлена.
Дойдя до турникетов, Петя дал парням знак ставить лестницы. Он заглянул в коробку:
— Так, кто у нас будет радушно всех встречать — скелет повешенного за пиратство или гора пауков?
— Скелет, — пробормотал Низовцев, ставя коробку в сантиметре от Петиной ноги. Судя по затруднённому дыханию Вани, коробка была довольно увесистой. Петя согласно хмыкнул.
— Да, пожалуй, этот красавчик — то, что нужно для первого впечатления с утра. Парни, — Петя махнул остальным. — Давайте мы с Низовцевым развесим скелеты, а вам тогда пауки.
Вика была права: перемена оказалась не резиновая. Петя с Ваней успели повесить только один скелет. Сначала он свисал слишком низко, и было очевидно, что каждому проходящему мимо мальчишке захочется ударить по нему кулаком. Пришлось подтянуть бедолагу повыше при помощи нескольких скрепок и Ваниной смекалки. Остальные парни продвинулись дальше — треть потолка была покрыта паутиной, к которой они подвесили пауков разных размеров.
Когда прозвенел первый звонок, Петя чертыхнулся и сказал:
— Я предупредил англичан, что мы задержимся, но не сильно. Давайте сложим лестницы и коробки к нашим шкафчикам, на следующей перемене продолжим.
Неся открытую коробку в гардероб, Петя заметил в ней двух крупных пауков и предположил, что они отлично будут смотреться на тыквах. Он взял пауков, убедился, что парни поставили стремянки аккуратно и безопасно и пошёл на второй этаж посмотреть, что там натворила Вольская.
— Петь, мы скажем, что ты опоздаешь, — крикнул ему Жгунов, с которым они были в одной группе по английскому.
Петя показал ему большой палец и поднялся на второй этаж. Неожиданно его догнал Низовцев. Петя вопросительно поднял бровь.
— Вика просила подойти.
Петя кивнул и слегка ускорил шаг. Они вышли из-за угла, и оба встали как вкопанные.
— Ого… — сказал Ваня.
Петя ожидал, что увидит обычную гору тыкв и мётел, но он не учёл, что когда за дело берётся Вика, ничто не бывает обычным. Впрочем, гора тыкв действительно была, за короткий срок девочки успели разрисовать их жуткими рожицами. Вместо паутины тыквы покрывали игрушечные крысы и червяки. Мётлы были сложены в ряд вдоль стены, на которой… На которой Вика прямо сейчас баллончиком закрашивала Чёрную метку — череп с выползающей изо рта змеёй, символ зла из вселенной Гарри Поттера. Петя не знал, восхищаться ему или готовиться к тому, что учителя оторвут им головы.
Почувствовав их взгляд, Вика обернулась и смахнула тыльной стороной ладони упавшие на лоб пряди.
— Ванечка, дорогой, — сказала она, слегка запыхавшись, — скажи Глории, что я не приду, потому что у меня дела старосты и… я очень занята… Что меня куда-нибудь вызвали, ну, без конкретики. Тебе перевести это на английский?
Ваня посмотрел на неё исподлобья, но без злобы.
— Я не настолько тупой в английском, чтобы не суметь наврать учителю.
— Школа тобой гордится, Низовцев, — сказал Петя, подходя к Вике, которая снова принялась докрашивать стену. Ваня поспешил на урок, а Петя, с улыбкой качая головой, украдкой бросил взгляд на верхний угол, на камеру. Интересно, могут ли их за это исключить?