Настя О – Выпускница Академии Познаний (Академия Познаний - 4) (страница 3)

– Решил напоследок пообщаться, Гайюн? – с вызовом спросила я, прекрасно осознавая, что ничего мне сейчас грозить не будет, несмотря на общее веселье и суматоху: по коридорам, то и дело, сновали то парочки, то просто одинокие студенты. То, что я совершенно случайно оказалась здесь одна с Гайюном, не значило ровным счетом ничего: спустя мгновение коридор мог наполниться весело гогочущими сокурсниками. Если только…

– Нет, Анечка, – издевательски протянул он. – Решил попрактиковаться в ментальной магии, – с этими словами демон – высокий, стройный, красивый…отвратительный – сделал шаг по направлению ко мне, и я увидела его праздничную, как и у всех боевиков, форму одежды. Чуть более блестящая в свете Аурона ткань. Чуть меньше скованности в движениях. Хищный взгляд голубых глаз, смотрящих из–под темной челки. – Как думаешь, насколько хватит заклинания отвода глаз? Успею я привести твой внешний вид в соответствие с внутренним содержанием? – и еще шаг. Итого два, с каким–то странным спокойствием подумала я. До меня осталось всего три.

– Зависит от того, как сильно будешь стараться, – пожала плечами я, не совсем понимая, что имеет в виду молодой человек.

– О, я буду очень старателен, обещаю, – с загадочной улыбкой сообщили мне, после чего подхватили подмышки в то самое мгновение, как я начала медленно ползти по стене вниз. Колено Гайюна тут же оказалось между моих ног, но я с какой–то странной веселостью поняла, что оно–то и станет моей главной опорой, не дающей упасть окончательно. Руки выпускника уперлись в стену по обе стороны от моих плеч. – Чему ты улыбаешься? – нахмурившись, спросил демон.

– Да вот думаю, правда ли ты меня насиловать собрался, – выдала я первое, что пришло в голову. И, кажется, попала в точку. Гайюн хищно прищурился.

– Кто говорит о насилии? Все будет по обоюдному желанию… – я почувствовала его холодные губы у основания шеи. Но поддаваться панике запретила, потому что темноволосый боевик задал в начале нашей встречи очень правильный вопрос. Я принялась сосредоточенно считать, сколько с уровнем силы демона сможет продержаться заклинание отвода глаз. Потом можно будет послать ментальный сигнал кому–нибудь, кто окажется поблизости, и меня непременно спасут. А пока же нужно было как можно дольше отвлекать Гайюна от решительных действий. По всему выходило, что стараться придется минут двадцать…задача не из легких. Но я должна суметь! Хотя бы потому, что первый раз у холодной стены совсем не был пределом моих мечтаний…

– Почему ты говорил, что нужно привести внешний вид к внутреннему содержанию? – уперев руки в его грудь, попыталась я отвлечь парня от методичного лобзания моей кожи. Кажется, не только я сегодня была под шафе…

– Ну как же, Анечка? – оторвался от меня демоняка и посмотрел мутными глазами. – Ты, вся такая правильная – и вдруг тихо идешь, опираясь на стеночку? Так обычно уходит недостойная женщина после очередного любовника…вот ее–то мы из тебя и сделаем.

В мозгу вспыхнул сигнал опасности: за этими вкрадчивыми словами явно скрывалась хорошо завуалированная злость. Боюсь, делать из меня обозначенную гражданку решили не только путем снятия ненужной одежды, коей на мне и было–то – присланное родителями летнее платье–сарафан… Неужели простое неприятие его поведения могло вызвать настолько сильную ненависть? Ой! Я дернулась, как от удара, ощутив, что рука Гайюна начала спускаться вниз по спине к ягодицам. Вот тогда–то веселье и покинуло меня окончательно. Слишком уж очевидными стали намерения демона.

– Что, Анечка, страшно? – спросил брюнет, и глянувшие на меня бездонные голубые колодцы показались совсем ледяными. Перед глазами вдруг пронеслись другие – огненные, пылающие, смотрящие на меня с затаенной в глубине надеждой. Нет, не такого первого раза я бы хотела! Только не с Гайюном… Он прижал к себе так сильно, что я ощутила: парень готов настолько, что его ничто не остановит. Я попыталась усилить давление рук, оттолкнув от себя демона, но после гномьей настойки это давалось с огромным трудом, потому и застонала от бессилия. «Соль!» – пронеслась в сознании последняя мысль перед тем, как я зажмурилась, а лицо Гайюна начало склоняться к моему.

Давление прекратилось так же внезапно, как и началось. Я сползла, не открывая глаз, по стене, улавливая рядом звуки борьбы, сквозь которые вдруг прорвался удивленный голос демона:

– Не может быть! Я же создал сильное заклинание!

– Надо было на первых курсах не спать, а слушать Златоглазого, – раздался изобличительный – и такой долгожданный – второй голос. Соль! Соль пришел на помощь! – Если уж решил устроить информационный вакуум, ментальный зов тоже стоило исключить. Как возможный вариант сигнала о помощи, – уже брезгливо добавил сын Арегвана после того, как с глухим стуком упало на каменную кладку коридора что–то тяжелое. Я догадалась: и без того пьяный Гайюн стал полностью обездвиженным.

Потом меня подхватили на руки и куда–то понесли, а произнесенное над ухом заклинание переноса возвестило о том, что Солейран избавил от необходимости наблюдать наверняка покалеченного нападающего. Глаза осмелилась открыть только тогда, когда меня бережно усадили на что–то мягкое. Осмотрелась, и единственный вывод, который смогла сделать, прозвучал в голове со странным затаенным трепетом. Я в комнате Соля. На последнем этаже корпуса боевиков. А сам он при этом сидит у меня в ногах и сердито смотрит в упор.

– Кто тебя вообще допустил к настойкам? Не умеешь пить – не берись! – почти прорычал парень, сверкая на меня теплыми огненными глазами. – А если бы я тебя не услышал? Ты себе хоть представляешь, что с тобой собирались сделать, дура?

Я его слышала, правда. Точнее, пыталась слушать, но улавливала только оттенки настроения, отражавшегося в радужке странного цвета. И вот когда последние слова прозвучали особенно зло, я не выдержала, и туго натянутая пружина внутри организма разжалась с неимоверной силой.

– Соль! – только и смогла заскулить я, после чего кинулась к нему на шею, не в силах справиться с рыданиями.

Он не утешал – молча обнял и гладил по спине, ожидая, когда поток слез иссякнет. А потом я ощутила, как его нос случайно задел то место на шее, которое особенно увлеченно целовал Гайюн. Нет…Соль не должен чувствовать на мне чужого запаха, пронеслось в мозгу, и я вздрогнула.

– Что? – на меня с сомнением посмотрели огненные глаза.

– Не могу…после его лап, – призналась я. – Можно у тебя помыться, Соль?

– Можно, – расслабленно кивнул парень. – Я принесу полотенце.

А на последнем этаже, как выяснилось, в комнатах общежития были ванночки чуть больше тех, в которых мы привыкли споласкивать лицо с утра. То есть при желании вымыться было вполне реально. Чем я и воспользовалась, на долгих полчаса уплывая в туманную дымку, создаваемую ставшей вдруг теплой водой. Мысленно поблагодарив Солейрана еще и за эту способность использовать драконьи гены, я не раз уходила под ее толщу за время, проведенное в ванной, с каждой минутой ощущая, как оставляет меня ужас едва не случившейся беды. Соль был тысячу раз прав: мне не стоило так опрометчиво вести себя. То, что он услышал мой зов, было поистине чудом. То, что он его услышал…

Я зашла в комнату с распущенными, высушенными заклинанием волосами, обернутая в полотенце, и обнаружила хозяина стоящим лицом к окну. Соль повернулся на звук, но почти сразу же принял исходное положение, хотя я не могла не заметить блеснувшего даже в наступающих сумерках взгляда, прошедшегося по моей фигуре. «А что, если?..» – мелькнула безумная мысль, которой я испугалась. А потом подошла ближе.

– Прости, что испортила праздник, – искренне покаялась я, видя в ответ дрогнувшие плечи Солейрана: он усмехнулся.

– Ничего. Внеплановое занятие по боевым искусствам в день выпуска из Академии – это даже весело. Услуга за услугу: ты рассмешила Обивана.

– Какой ты корыстный, – улыбнулась я предприимчивости некоторых.

– Нормальный сын дракона, – пожал плечами Соль, не оборачиваясь.

– Адариэль, наверное, не в восторге от твоего исчезновения.

– Это не должно тебя волновать, – не слишком–то вежливо ответили мне.

И так мне в этот момент захотелось увидеть его глаза, что слова сорвались с губ сами собой:

– Прости меня.

– За что? – с некоторым удивлением повернулся ко мне парень.

– За то, что…положила конец так и не начавшейся дружбе.

– Ты пьяна, – понятливо улыбнулся Солейран. – Сейчас еще и во всех смертных грехах сознаешься, чего доброго.

Я решила, пусть так считает, и новый безумный порыв придал смелости настолько, что я качнулась в сторону Соля. Тот, подумав, что вода меня нисколько не отрезвила, тут же выставил вперед руки, позволив шагнуть в свои объятия вполне осознанно. А еще я сразу же положила ладони ему на грудь, будто все время это делала.

– Врунишка, – покачал головой златоглазый мальчик, не переставая улыбаться, но я продолжала смотреть на него, не мигая.

– Простишь? – почему–то именно это сейчас волновало больше всего.

Он отнял одну руку с моей талии, намотав на палец длинный волнистый локон и задумчиво рассматривая его:

– Ты порывиста. И этим очень похожа на большинство молодых драконов, среди которых я рос. Для меня…это поведение привычно, Ань. Пусть и не всегда приятно. Так что я знаю, что если дракон просит оставить его в покое, лучше всего именно так и поступить.