Настя О – Долгая сказка на ночь (страница 4)

– Ваня, это ж сон все, – в сотый раз напоминая мальчику, чтобы не путал мечты с реальностью, сказала я.

– Ты взрослая, потому и не веришь. А я на одном драконе летал и узнал, что тот, кто стену пересекать сможет, в силах будет ее и разрушить! А у людей ведь есть и злые языки, Май, которым это выгодно!

– И что с того? – смирилась я, позволив чужой фантазии разыграться не на шутку. Сама я была уверена: стоит потоку Ваниных слов иссякнуть, и малыш угомонится тут же. – Принц–то твой как с этим связан?

– От принца слухи разнесутся со скоростью ветра! – важно объяснил мне мальчик. – Да и кому, ты думаешь, выгоднее всего разрушение стены? Конечно, будущему главе государства! Магические животные умеют разговаривать, Май! А некоторых из них раньше даже использовали в запрещенных ритуалах. Стена не просто так была воздвигнута! Драконы все секреты того мира хранят.

– И почему же, по–твоему, была воздвигнута эта невидимая стена? – не скрывая улыбки, продолжила я его игру.

– Мастер Ключа, при котором эту стену воздвигли, узнал, что животных начали истреблять ради ритуалов по присвоению себе чужеродной магии, Майя! И стену создали! А мы с тобой ее разрушить можем.

– Мы–то почему? – логично поинтересовалась я.

– Не знаю, – признался мальчик. – Только мой дракон сказал, что таких, как я, умеющих разговаривать с животными, раньше не встречал. Так только девочки умели!

– И ты решил и меня в свой сон позвать? – понимая, к чему клонит малыш, предположила я.

– Май, я всего–то захотел, чтобы ты тоже эту красотень увидела, честно! – будто извиняясь, ответил Ванечка. – А теперь они нас отсюда забрать смогут и к себе перенести.

– Ва–а–а–ня! – тут уж я не выдержала, привлекая явно напуганного ребенка к себе. – Ну, ты совсем страшилками голову задурил свою! Ну, сам посуди: кто тебя сможет у меня забрать, если ты этого не хочешь?

– Никто, наверное, – немного подумав, ответил Ванечка, и я оживилась:

– Вот видишь, ты и сам это понимаешь. Ведь были же у вас в школе уроки, на которых объяснялось, что с незнакомыми дядями и тетями ходить никуда не надо?

– Май, ты меня совсем–то за детсадовского не держи, – проворчал ребенок, и я тихо засмеялась:

– Люблю тебя просто, вот и хочется все по полочкам разложить. Так и здесь: пока ты сам не захочешь, никто тебя в этих снах не присвоит себе и никуда не заберет. Логика простая. Вот не захочешь ты этой ночью больше видеть сны про свою сказку, и не придет она к тебе. Сможешь?

Я добавила в голос упрямства, на которое Ванька всегда велся, если нужно было взять его на слабо. Вот и сейчас прием сработал:

– А давай!

И столько уверенности было в его ответе, что я сразу успокоилась: остаток ночи точно должен пройти хорошо. Заодно и маму успокоим, а то, честно говоря, терзало меня одно смутное сомнение, что наш с Ваней один сон на двоих мог такой подъем температуры вызвать. Ну и расстраивать уставшего родителя не хотелось совсем. Так что я перестраховалась еще и в этом. И пусть где–то на задворках сознания угнездилось сожаление о том, что симпатичного, но слишком уж нахального главного героя любого женского романа увидеть больше не получится, я предпочла успокоить себя тем, что собственные фантазии куда менее важны, чем общий семейный климат. С этой мыслью и заснула. На этот раз – до самого утра.

Утром, как я и думала, мы с Ваней показали идеальные деления в температуре – тридцать шесть и шесть, то есть, и мама, смерив нас подозрительным взглядом, разрешила разбредаться по своим делам. Счастливый Ванечка на радостях домчал меня до школы вдвое быстрее обычного, через слово на ходу обещая, что никогда–никогда больше не позовет меня в свои сны, а я, улыбаясь, наслаждалась теплым весенним утром. Начало апреля в этом году выдалось на редкость сухим и солнечным, и все мы подумывали о том, как бы скорее поснимать надоевшую верхнюю одежду, чтобы сменить ее ветровками или сразу же переодеться в летний вариант.

После того, как отвела Ванечку в школу, прогулялась вокруг пруда рядом с домом и даже посидела на лавочке, бросая уткам купленную недалеко в ларьке булку. Она была на удивление свежей, так что под конец я даже соревноваться с ними стала за то, кто быстрее расправиться с остатками мякиша. Победила, конечно, я, несмотря на численное превосходство противника, и, заслуженно удостоив себя награды главного булкогрыза, пошла домой с намерением устроить себе второй завтрак с кофе и чем–нибудь вкусненьким.

Тишина квартиры плодотворно повлияла на мое приподнятое солнцем и запахом лета настроение. Пока грела чайник и мастерила добавку к кофе, успела прикинуть примерный план занятий до того времени, как придется снова идти за Ванечкой. Нет, район у нас, конечно, был относительно спокойный, но посещавшие школу полицейские настоятельно рекомендовали провожать и встречать детей начальной школы, а директор даже распорядился писать специальные заявления, если кто–то из родителей этого делать не мог. И тут я была целиком и полностью на стороне руководства и органов правопорядка. Что могло быть в жизни ценнее смеха и здоровья ребенка? Да ничего, и любого, кто с этим бы не согласился, я готова была обходить стороной. Только появившись в нашей семье, Ванечка сразу стал ее главной отрадой, потому и потерю настоящей мамы он переживал на удивление легко, потому и сроднился с нами так быстро. Всему причиной была сила любви, так почему не поддержать ее, особенно если имеется возможность в виде работы на полставки, двухразовыми прогулками до школы и обратно? Тем более дороги вокруг школы слишком уж насыщены транспортом. В общем, береженого Бог бережет. Так считала вся наша семья.

Когда заварила кофе и присела к окну, с удовольствием зажмуриваясь от насыщенного аромата, исходящего от чашки, невольно вернулась к событиям прошлой ночи из сна. Мысленно отругала себя за то, что снова вспоминаю романтического нахала, приплетая, ко всему прочему, собственную неспособность обзавестись нормальным парнем хотя бы к концу университета. Все подружки давно уже разбрелись по парам, и только одна Майя Светлова продолжала изображать спортсменку, комсомолку и просто отличницу. Кто же мог предугадать, что четыре года назад на наши головы свалится счастье по имени Ванечка? У меня даже закрадывалось сомнение, что он отваживает от меня неугодных кавалеров. Во всяком случае, его грозные взгляды производили на парней, в несколько раз старших его, неизгладимое впечатление. А может, я и сама виновата, что со временем причина «надо сидеть с Ваней» вошла у меня в привычку. Может, просто еще не встретила того, которого признает даже брат.

В свете всего этого наглый Мастер Ключа вообще не имел никакого морального права называть меня девицей легкого поведения! Меня, которая перед экзаменами наизусть повторяла все конспекты, меня, которая и целовалась–то столько раз, что пальцев на руках хватит! Вообще гнусный тип, решила я, не забывая, все–таки, того факта, что своими неосторожными словами он успел меня сильно задеть. Не знаю, с чего вдруг мне захотелось вдолбить в его небольшой мозг истину, что я совсем не такая, но я, наверное, случись с ним еще одна встреча, непременно попыталась бы оправдаться. К счастью, сия дурная мысль недолго обитала в моей голове. Ванечка быстро поставил мои мысли на место.

Когда забирала его из школы, ненавязчиво вывернула разговор в сторону романтического нахала. И тут Ванечка снова встал за него горой:

– Майка, ну ты же взрослая девчонка, должна понимать! Мастер Ключа – он же кто? Он же волшебник, который погибает без своего дела! Ну, посмотри сама, Маечка, чем занимается он вместо того, чтобы охранять своего Ключа? Разжигает костры по ночам и делает вид, что понимает язык драконов! Ну не нелепица разве?

Вообще говоря, в свете того, что мой братик уверился в существование драконов в какой–то параллельной Вселенной, которая является ему во снах, пусть он еще и был достаточно маленьким человеком, разговор Мастера Ключа с драконом, которого тот не понимал, зато понимала я, не казался совсем уж бессмыслицей. Все эти новости вкупе образовывали такую нелепицу, что я могла только кивать на слова наивного ребенка. Одинокий и ждущий своего призвания Мастер? Конечно, почему нет? Пожалеть бедного и несчастного, ведь у меня такое большое сердце? Конечно, Ванечка, лишь бы ты был счастлив за своего Мастера.

Мне же самой, если честно, стало обидно оттого, как рьяно эти мужики защищают друг друга. В конце концов, кто Ванечку воспитывал? Я, конечно. А к кому в итоге потянулся мелкий? К гипотетическому нахальному мужику, которого он и видел–то всего несколько раз во сне! Нет, конечно, внешне я своей обиды не показала, но ревновать к этому Мастеру стала еще больше. Ох, знала бы я, чем все это в итоге обернется.

ГЛАВА 2. ОТПУСК, КОТОРОМУ СУЖДЕНО БЫЛО СТАТЬ ВОЛШЕБНЫМ

Я не знаю, как это произошло. Я и спать ложилась отдельно от Ванечки, и даже на сказку не задерживалась, когда он сказал, что уговор дороже денег и в страну его снов мы больше не пойдем. Только вот глаза открыла снова там. И попала я совсем не к романтическому главному герою.

– Где я?

Поскольку персонаж сказки сменился, я посчитала правильным не выдавать лишней информации о себе. Знакомство началось с того же вопроса, который я задавала Мастеру. Хотя, надо сказать, новый субъект от романтического гада отличался самым кардинальным образом.