Настя О – Долгая сказка на ночь (страница 6)

Именно тогда–то я и испугалась по–настоящему. И проснулась.

На лбу выступила испарина. Я лежала в комнате одна, а значит, в этот раз не кричала, ведя себя образцово и показательно. Встав с постели, я подошла к ночному столику и отхлебнула воды из бокала, который держала в комнате на всякий случай. А потом как–то неудачно повернулась и тихонько взвыла от боли.

Свет включила тут же, подбегая к зеркальной дверце шкафа–купе и задирая рубашку до груди. На правом боку виднелись красные следы от пальцев. Как раз в том месте, куда успел дотянуться принц.

***

– Вызывали, мой принц?

В спальне скрипнула потайная дверь, и мурлыкающий голос Сиры, его давней любовницы и, по совместительству, королевского мага, заставил Занна отвлечься от мыслей об исчезнувшей девчонке. Несомненно, все его предположения сегодня подтвердились. Только вот выживших потомков утраченного королевского рода оказалось несколько больше, чем он предполагал.

– Да, – принц обернулся к замершей у двери ладной темноволосой девушке, призванной на службу почти ребенком. Именно ее предсказания давали нынешнему королю надежду на светлое будущее. Все – кроме одного, когда она с уверенностью заявила, что в этом году Рамбьель ожидает пришествие радужного луча.

Радужный луч – дорога между мирами, открывающаяся лишь в случае глобальных изменений. Кажется, Занн начинал догадываться, что будет сулить государству тот, что вот–вот появится.

– Чем могу быть полезна? – сладко улыбнулась девушка, демонстрируя соблазнительные ямочки на щеках и ничуть не стесняясь своего открытого декольте. Занн смотрел на Сиру с удовольствием, хотя стыдливость «просто Майи», одетой не в пример откровеннее, неожиданно пришлась ему по душе. Что ж, у него будет возможность узнать, такова ли девчонка на самом деле, какой казалась при первом знакомстве. Возможность держать при себе потомка древнего королевского рода он упускать не собирался.

– Сколько осталось до радужного луча?

Сира, думавшая, что ее позвали скрасить досуг, ненадолго надула губки, а затем ровным голосом ответила:

– На исходе седьмой декады он пронзит небосвод вместе с последним светом солнца.

– Я хочу, чтобы во время его появления ты осуществила заклинание призыва древней крови.

Девица заметно побледнела:

– Что ты рассчитываешь сделать, Занн?

– Мне второй раз за декаду явился потомок Лореля во плоти. Старый королевский род не умер, как мы думали, а продолжился в соседнем измерении.

– Ты уверен? – Сира отбросила последние крупицы надежды на расслабленный вечер.

– Можешь забрать кровь Лореля со стены с древом его рода в усыпальнице, – не терпящим возражений тоном распорядился принц. – Когда вернется король, мы преподнесем ему великолепнейшую новость. Или даже несколько.

– Какие же? – заинтересовалась Сира.

– У Лореля два разнополых наследника, – поведал ей принц. – И девушка как раз достигла брачного возраста. Если я женюсь на ней, наши дети станут законными наследниками Рамбьеля.

На последних словах придворная магиня еле заметно выдохнула. В этом был весь Занн: сообщал свои мысли, совершенно не заботясь о том, что может принести боль окружающим.

– Я не смогу доставить сразу двоих в указанное место, – спрятав обиду поглубже, ответила девушка. – Даже одна наследница рискует затеряться на просторах королевства.

– На девушке моя отметка – это облегчит ее нахождение. А уж на поиски мы не поскупимся, – успокоил ее Занн. – Думаю, даже Мастера привлечь стоит.

– Ты жесток, – не стала скрывать Сира.

Но принц уверенно покачал головой:

– В поисках примет участие любое годное мужское население Рамбьеля. Чем Мастер не мужчина? А то, что не выполняет своих прямых обязанностей, не освобождает его от долга короне.

– Мастер короне не подчиняется, – напомнила магиня и без того известную истину. – Его земли – вне угодий Рамбьеля и короля.

– Однако ж с настоящим королем он общался бы куда охотнее, – улыбнулся Занн победно, – не так ли, дорогая?

Сира вздохнула снова, рассеянно кивнув, и собралась идти отдавать распоряжения, когда ее плеча мягко коснулась рука принца:

– Но это чуть позже. А пока… – его ладонь уверенно опустилась на талию придворного мага, – я бы хотел, чтобы ты рассказала мне одну увлекательнейшую сказку.

Сира хмыкнула: такие сказки обычно приводили к совместным пробуждениям. Но она не могла противиться. Когда хотел, и без того симпатичный принц мог быть совсем обаятельным.

***

После второго путешествия в сон, навеянный Ванечкиными фантазиями, я вздохнула спокойно. Первые две ночи, конечно, ложилась с опаской, но спала спокойно до самого утра. Потом обстоятельства вынудили отодвинуть ненужные переживания на второй план. Главным моим беспокойством стал именно диплом, поскольку неожиданно заболел научный руководитель, все наши встречи в пустынных аудиториях университета пришлось отменить, зато я вынуждена была каждый вечер отчитываться ему по почте в проделанных изменениях. А хворь явно не пошла профессору на пользу: он придирался к каждой лишней запятой, вынуждая меня проявлять чудеса терпения и дописывать к каждому письму что–то типа: «Желаю вам крепкого здоровья, Евгений Васильевич!» Каково же было мое удивление и радость, когда я, наконец, на шестой день прочитала в письме вожделенные строчки: «Хорошо, Светлова, это, по крайней мере, не будет сразу же забраковано комиссией. Насчет рецензии не волнуйтесь. Мои коллеги каждый год пишут их для моих студентов. Теперь вашей задачей является рассказать это так, чтобы ни у кого не возникло впечатления, будто вы совершенно в теме не разбираетесь. О встрече и репетиции диплома я сообщу вам дополнительно. Ориентировочно – через неделю, когда окончательно пойду на поправку. Негоже талантливых студентов перед главным событием выпуска бактериями заражать».

В этом был весь мой научник. В одном небольшом письме он мог вознести на небеса и низвергнуть сразу же обратно. Иначе как можно было объяснить его замечание о том, что я, пусть и талантливая, но все–таки могу создать впечатление, что в теме не разбираюсь? Другая бы возмутилась, но я своего Васильевича знала почти как облупленного. Человек военного воспитания, он считал, что студентов перехваливать не стоит, но и лишний раз принижать заслуги – тоже. Потому говорил всегда по существу, но к его манере нужно было еще привыкнуть. Впрочем, для меня это был уже пройденный этап. Научным руководителем Евгений Васильевич стал для меня с четвертого курса.

Прочтя его последнее сообщение, я радостно пискнула. Шесть дней у меня было на то, чтобы отпуск действительно сделать отпуском. Естественно, я не преминула сообщить об этом маме. Выбежав из своей комнаты, отправилась на кухню, попутно отмечая, что Ванечка еще сидит у себя и усиленно выводит что–то в тетради, а папа засел за вечерним просмотром новостей.

Мама как раз готовила ужин, и по кухне витал сладкий запах жареной картошечки. Заглянув под крышку большой сковородки, я с удовольствием втянула его концентрат.

– Руки…мыли? – с видом физрука, тренирующего команду перед олимпийскими играми, гаркнула моя светлейшая родительница, и я, подпрыгнув и отойдя от шока, засмеялась вместе с ней.

– Мам, научник мой диплом наконец–то одобрил! Через шесть дней, скорее всего, будет репетиция.

– Это значит, что шесть дней у тебя остается на то, чтобы пофилонить перед решающим рывком? – улыбнулась мама, прекрасно понимая направление моих мыслей.

– Ма–ам, – я сделала просящие глазки, – а может, тортик завтра испечем? А?

Я знала, что подобный вид умоляющей дочери не оставит материнское сердце равнодушным. Сдавшись моей хитропопой натуре, мама тяжко вздохнула для приличия:

– Если завтра поможешь мне сходить в магазин и купить посыпку и стружку.

– А еще муку, яйца, творог, крабовые палочки… – начала перечислять я все, что приходило в голову.

– Ты новый год, что ли, отмечать собралась, – прыснув, замахала руками мама. – Сдай диплом сначала, а потом, я тебе обещаю, оторвемся на полную катушку!

Подлетев к самому прекрасному в мире родителю, я от всей души чмокнула ее в щечку.

– Что бы я без тебя делала!

– Забывала бы мыть руки перед едой, – отшутилась мама. – Зови папу с Ванечкой, ужинать пора.

На следующий день я, как и обычно, проводила Ванечку в школу и обратно, честно сделала с ним все уроки и даже вымыла кухню, подготавливаясь к вечернему заседанию поварят. Мама работала в нескольких остановках от дома, и я должна была встретить ее у проходной, чтобы потом отправиться вместе в супермаркет. На середине пути от дома до работы как раз находился такой, и мы все время закупались там перед праздниками или какими–то событиями, требующими ответственного подхода к кухонным делам.

Оставив Ванечке список необходимых указаний, в числе которых было аккуратное обращение с огнем и электричеством, а так же наказ ждать папу с работы, я отправилась в путь, одевшись в удобные джинсы и футболку с длинным рукавом. Нацепив кроссовки, долго думала, выпендриться и пойти в ветровке или все–таки отдать бразды правления здравому смыслу и как следует утеплиться. Ну и что, что апрель, мало ли, дождь случится. В общем, смысл победил. И мама, вышедшая с работы, отметила это одобрительным кивком.

– А я уже было думала, что после твоих температурных скачков опять легко оденешься, – с иронией произнесла она.