Настасья Сорокина – Живые нити (страница 10)

– Все будет хорошо, я узнаю, что смогу. Всё-таки вы мои самые странные, но самые любимые заказчики. В сезон линьки вы незаменимы.

Дина, сдержав слезы, невольно улыбнулась. Дом Волка занимался лесничеством и лесозаготовками и вряд ли кто-то ещё, кроме Дайвари, расчесывал спины обращенным в волков кроссбридам.

– Это правда, с тебя одного я могу начесать достаточно шерсти, чтобы связать плюшевого волка в полный размер.

Яннис гулко засмеялся, но глаза остались серьезными.

В дверь громко постучали, и Яннис мягко поднялся со стула, чтобы встретить нового гостя. Его движения были тягучими и упругими, неожиданными для мужчины такого роста и размера – никакой неуклюжести или угловатости. Даже в человеческом теле Яннис оставался зверем, и сложно было этим не любоваться. Дина отвела взгляд.

– Твой заказ доставили, – Яннис вернулся с небольшим кулем. – Лето – не сезон для вычесывания пуха, сама знаешь, но в местном зоопарке нашлось немного с прошлой зимы.

– Удивительно, как быстро ты решаешь проблемы.

– Стараюсь, – Яннис развел руки. – Так что с ужином?

– Спасибо, я лучше поеду. – Дина положила на край стола стопку купюр. – Ехать долго, не хочу задерживаться.

– Хорошо. Я свяжусь с тобой на днях.

По дороге домой автомобиль изо всех сил догонял закатное солнце, и Дина, прильнув к стеклу, старалась не думать ни о чем. Мысли, к сожалению, всё равно лезли в голову размытыми разрозненными образами, в основном какие-то дурацкие, с легким флёром “ах если бы”. Дина непоколебимо гнала их от себя, но они догоняли её, как волчья стая.

Детектив сразу не понравился Дине – у неё была аллергия на людей с надменными лицами. Его звали господин Милонос, это был высокий плотный мужчина в угольном костюме-тройке и в галстуке кричащего фиолетового цвета. Ярче галстука светились только его рыжие волосы и борода.

Они встретились ближе к полудню следующего дня. Не ожидая подвоха, Дина выскочила в коридор в одном халате и столкнулась с ним на третьем, жилом этаже, хотя хранилище было на втором.

– Госпожа Дина или госпожа Лейла? – Милонос окинул её оценивающим взглядом сверху вниз так, что она невольно прижала халат на уровне груди.

Растерявшись, Дина решила, что нападение – это лучшая защита.

– А вы собственно кто, как здесь оказались и зачем интересуетесь? – она постаралась, чтобы это звучало не слишком агрессивно, но, кажется, получилось плохо.

– О, колючая и дерзкая, значит Дина, – он самодовольно кивнул. – У меня к вам парочка вопросов, соизвольте ответить.

– Прямо сейчас? Соизвольте подождать на первом этаже в гостиной, пока я не приведу себя в порядок, – она шагнула обратно в комнату спиной вперед, не отрывая глаз от склизко улыбающегося рта детектива.

“Не стоило так открыто ругаться с ним. Теперь он подумает, что я тут главная злодейка”, – Дина потерла ладонями опухшее от усталости лицо.

Настроение становилось паршивее и паршивее с каждым днем. Она не высыпалась: едва дремала до рассвета, пока было не слишком жарко, потом поднималась, выпивала две чашки кофе и пыталась замазать пудрой синяки под глазами.

Поморозив детектива с полчаса – хотя в такую погоду она сама не отказалась бы поморозиться – Дина все-таки спустилась в гостиную и сразу потянулась к кофейнику. Детектив сидел в кресле напротив, закинув ногу на ногу, и осматривал её внимательно и одновременно насмешливо.

– Неудачные дни?

“Ты что, дурак?” – хотела спросить Дина, но поймала себя на полуслове и остановилась.

– Да, не каждый день мою семью обкрадывают, – скупо процедила она. – Из-за этого я плохо сплю.

– Понимаю, – Милонос достал из кармана маленький блокнотик и карандаш и снова странно вытаращился на неё. – Давайте сразу к делу. Я уже осмотрел место преступления и теперь задаю вопросы всем жителям дома: членам семьи и слугам. Вы понимаете, что от правдивости ваших ответов зависит ход расследования?

Дина кивнула. Кофе не помогло: она всё так же чувствовала себя выжатой и опустошенной.

– Отлично. Где вы были вечером в день аукциона?

Дина старалась отвечать вежливо и по существу, но странный взгляд Милоноса постоянно её отвлекал и раздражал.

“Да что ему надо? Почему он так на меня вылупился?”

– Что еще странного вы помните о том вечере?

– Больше ничего, – Дина утомленно откинулась на спинку дивана, потом снова потянулась к кофейнику за второй чашкой.

– Понятно. Тогда мне нужно поймать вашу сестру. И я буду рад любому содействию.

“Надеюсь, у неё под дверью ты дежурить не будешь”, – Дина пыталась отвязаться от липкого неприятного ощущения, возникшего от общения с детективом. Его жутковатый взгляд будто бы проникал под кожу; она потерла плечи, прикрытые блузой, и встала.

– Тогда спешу откланяться.

Детектив, никак не прокомментировав её фразу, достал из кармана портсигар и выудил сигарету.

– У нас не курят, – с легким злорадством бросила Дина.

Милонос с недовольством захлопнул портсигар и, помолчав немного, сощурился:

– Пока ваше дело звучит как страховое мошенничество. Но я с большим уважением отношусь к вашему отцу, поэтому продолжу расследование и выдам необходимые для банка бумаги. Надеюсь, я ошибаюсь в своем первом впечатлении.

Дина с трудом подавила желание впиться ногтями в это снисходительное лицо.

– Какое право вы имеете называть мою семью мошенниками? – зашипела она, невольно делая шаг навстречу к нему. – Как вы смеете насмехаться над нами в такой момент?

– Мне жаль, если вы увидели насмешку в моих словах, госпожа Дина. Я максимально серьезен, – он не спеша поднялся из кресла; детектив был выше Дины почти на голову. – А теперь, прошу вас, займитесь чем-то полезным. И если встретите свою сестру, скажите, что я жду её здесь.

Дина сцепилу руки, чтобы не залепить Милоносу пощечину. Она бросила на него долгий уничижительный взгляд и вылетела из комнаты, столкнувшись в дверях с отцом.

– Диночка, ты уже познакомилась с…

– Да, – рыкнула она на ходу, взлетая по лестнице в свою комнату.

Документы для банка были готовы после полудня. Отец вручил ей папку и обнял рукой за плечи.

– Здесь бумаги по экспонатам аукциона, которые остались у нас. Отдашь их представителю банка, пусть начинают оформление. Мы с тобой и Лейлой упакуем их и подготовим к передаче как можно скорее. По поводу кражи пока банкирам ничего не говори, пусть сначала оформят это. Иначе, если начнутся тяжбы за страховые выплаты, нам не удастся завершить даже те сделки, по которым проблем нет.

Дина сглотнула ком в горле и кивнула. Прижав папку к груди, она уселась на заднее сидение автомобиля и задумалась.

“Этот кошмар грозит нам не только финансовым крахом, но и потерей репутации. Аукцион окончен, документы подписаны. Покупатели ждут артефакты, которые мы им продали. Да, кражу нельзя было проконтролировать, но когда это останавливало людскую молву и недовольство покупателей? Вдруг они тоже решат, что мы сами это подстроили?”

От нервов у неё зачесались руки, и Дина переплела пальцы между собой, противясь порыву. Автомобиль несся по полупустым улицам, разгоняя пыль, обгоняя изнуренных рабочих, обмотавших головы тряпками. Брызжущие зеленью кустарники, растущие вдоль дорог, пожухли и пожелтели без дождя, только небо оставалось ослепительно синим, без единого облачка. Дина хотела было высунуть голову из окна автомобиля, чтобы её обдало хоть какой-то иллюзией прохлады, но одернула себя: негоже приходить в приличное место с растрепанной прической.

В банке был аншлаг: кажется, сегодня выдавали зарплату. Дина протиснулась сквозь очередь, начинающуюся сразу за дверьми, и заметила знакомый силуэт за столом.

– Добрый день, господин Спанос, – она постаралась выглядеть жизнерадостной и добродушной. – Я принесла документы по аукциону.

Личный менеджер семьи Дайвари тут же отложил дела и расплылся в дружелюбной улыбке. Его стол находился в общем зале, в углу, огражденный от толпы символической деревянной оградкой.

– О, госпожа Дина, я так счастлив вас видеть! Присаживайтесь скорее, сейчас мы махом все провернём. Мы с супругой тоже заглядывали на ваш аукцион, какой чудесный был вечер!

Дина устроилась на стуле для посетителей и положила папку ему на стол.

– Я очень рада, что вам понравилось

Господин Спанос углубился в бумаги, довольно кивая. Дина едва успела вяло порадоваться, что хоть что-то идет по плану, как вдруг…

– Всем лежать, – рявкнул пронзительный мужской голос где-то в толпе за спиной, – это ограбление!

“Твою ж мать”, – пронеслось в её голове, когда послышался выстрел из револьвера.

Глава пятая

Бюро Магического Контроля, несмотря на все жуткие притчи во языцех, состояло из трех комнат и пяти человек – и это с учетом капитана. Старший следователь Лукро лежал в больнице, стараясь побыстрее выздороветь, что в его состоянии напоминало скорее “не отдать концы”. Капитан уехала в Главное управление с отчетом о перестрелке, и теперь казалось, что Бюро вымерло вовсе.

Руфин Красс, следователь второго ранга, раскачивался на стуле, закинув ноги на стол. Он был примерно одного возраста с капитаном, вот только ей годы были к лицу, а в его случае явно работали против. Подтянутое во времена полицейской академии тело обзавелось животиком, щеки округлились, а макушку словно прополола от сорняков настойчивая бабушка. Между тем, черные усы с едва проклюнувшейся сединой были все так же игриво уложены, как и замысловатоватый кудрявый локон на лбу, блестящий от воска.