Нарек Осипян – Нарберд (страница 6)
– Ну, если будете думать долго, мы останемся без завтрака, – ответил мальчишка и подмигнул Ваграму.
Он ушёл, оставив за собой запах дыма и вяленого мяса.
– Вот ради него и дерёмся, – сказал Аршак. – Он ещё не всё видел. И пусть не увидит.
Через час они уже были в строю.
Спарапет стоял на пригорке. Его голос звучал ровно, как ме-талл.
– Сегодня они снова идут. И снова увидят, что мы стоим. Не за золото. Не за славу. А за то, что не продаётся. За землю. За друг друга.
Рядом стоял Аршак. За ним – Вардан, молчаливый, но сжав-ший лук до белых костяшек.
Ваграм глубоко вдохнул.
22
Сквозь утреннюю дымку на холме появилась линия щитов.
Персы шли.
И снова – стук, гул, рёв труб.
Он поднял меч. Браслет на запястье заиграл в свете, как знак.
– В строй! – крикнул Аршак. – Щиты!
И они сомкнули ряды.
А когда персы налетели, он не думал уже ни о будущем, ни о прошлом. Только о том, кто рядом. Кто за спиной. Кто верит.
Земля дрожала. Сначала чуть заметно, как эхо шагов, потом всё громче. Словно сама почва знала, что идёт смерть.
Сквозь дымку рассвета показались силуэты. Бесконечная ли-ния. Щиты. Шлемы. Копья, как иглы, направленные в горло зем-ли. Персидское войско шло, ровно, тяжело, без страха. Точно зна-ли: их больше.
Армяне молчали. Ни крика, ни паники. Только тяжёлое дыха-ние. Только пальцы, сжимающие рукояти мечей, копий, луков. Только взгляд – в лицо врагу.
Рядом стоял Аршак. Ноги чуть расставлены, щит крепко при-жат к телу. Лицо каменное.
– Когда они побегут – бей в спины. А пока держи линию. Главное – не выдерни щит. Даже если сзади друг умирает. Ты жив – значит, стой, – сказал он, не поворачивая головы.
Ваграм кивнул. Сердце от готовности билось как барабан. Странное чувство: он должен был бояться, а вместо этого чув-ствовал, как будто возвращается туда, где должен быть.
Первый крик разорвал воздух.
Персы ускорились. Побежали. Топот слился в грохот. Стена ярости и железа надвигалась на них.
23
– Щиты! – крикнул спарапет.
Ряд сомкнулся. Щит к щиту. За спиной – вторая линия. За ней – третья.
Копья вперёд.
Ваграм стиснул зубы. Руки дрожали от напряжения. Он чув-ствовал рядом плечо Аршака. За спиной – Вардан. Он не был один.
Глухой удар.
Первая волна персов врезалась, как шторм. Щиты скрипнули, кто-то закричал. Сталь о сталь. Мясо о железо.
Он не думал. Просто бил.
Первое копьё – в живот. Второй удар – вскользь по шлему. Щит сотрясается, кто-то сбоку рухнул, но строй держался. Один перс навалился прямо на него, глаза безумные. Ваграм ударил мечом – в шею. Крик. Кровь на лице.
Шаг вперёд. Удар. Оборона. Шаг. Удар.
Пахло потом, кровью, землёй. Всё слилось в одно.
Он не чувствовал времени. Только ритм. Как пульс.
Аршак рядом орал, как зверь, размахивая топором. Вардан по-зади метал стрелы одна за другой, как будто родился с луком в руке.
И вдруг – треск. Щит Ваграма раскололся.
Он пошатнулся, перс уже занёс меч…
Но кто-то сбил врага с ног.
– Держи, – Аршак швырнул ему свой щит и снова бросился в гущу.
24
Он поднялся, сжимая новый щит, зубы стиснуты. В глазах – только одно: не отступать.
Вторая волна.
Персы лезли по трупам. Их было всё ещё много.
Он задыхался, но не останавливался. Бил. Закрывал. Кричал.
Каждый удар – как слово. Каждое движение – как молитва.
Он больше не чувствовал, кто он. XXI век был где-то далеко. Сейчас только бой.
И в какой-то момент он понял: он не думает. Он помнит. Как держать щит. Как двигаться в строю. Как защищать спину товари-ща. Это не его разум – это тело. Будто кто-то другой внутри знает всё это и просто даёт ему почувствовать.
И тогда он закричал. Во весь голос.
Голос слился с криками других. И стена персов дрогнула.
Они не ожидали, что их встретят так яростно.
И начали отступать.
Когда бой закончился, он упал на колени. Дышал так, будто лёгкие были в огне. Лицо, руки, одежда – всё было в крови и грязи. Кто-то стонал, кто-то молился, кто-то уже не встанет.
Он поднял голову.
Персы уходили.
Армяне стояли.
Он выжил.
– Ваграм! – голос Аршака прорезал гул тишины. – Живой?
Он кивнул. Не мог говорить.
25
Аршак рассмеялся, как безумец. Подошёл, схватил его за пле-чо:
– Вот теперь – ты один из нас.