Нафис Нугуманов – Гримдарк «Между мирами» (страница 6)

– Как это возможно? – в голосе Лары звучало искреннее удивление, что для неё было редкостью.

– У неё способность видеть в эхо-спектре без имплантов. – Ривер продолжал наблюдать за перемещением девушки. – Она узнала не мою внешность, а мою эхо-сигнатуру. Но сейчас важнее другое – она явно напугана и пытается покинуть зону, а не войти в аудиторию, как планировал "Гелиос".

– Это меняет все, – произнесла Лара после короткой паузы. – Если она сознательно избегает ловушки, то "Гелиос" может применить силовой вариант. А это значит…

– Что они активируют протокол захвата, – закончил за неё Ривер.

Как по команде, экраны объявлений в коридоре синхронно мигнули, а затем на них появилось сообщение о "временной технической проверке системы безопасности". Классический прием "Гелиоса" – предварять принудительную эвакуацию "техническими работами", чтобы не вызвать панику.

– Это ловушка, – продолжила Лара, пока Ривер наблюдал за перемещениями замаскированных оперативников, начавших незаметно вытеснять студентов из коридора. – "Гелиос" использует лекцию как прикрытие. Они измененили план – теперь они спровоцируют инцидент, чтобы активировать способности Айры. Как только она и ты окажетесь в стрессовой ситуации в зоне действия сети, они смогут активировать разрыв.

– Почему они просто не схватят ее? – Ривер оценивал возможные точки перехвата, просчитывая вероятные сценарии.

– Потому что им нужна спонтанная реакция, – в голосе Лары прозвучала неподдельная тревога. – Страх, стресс – катализаторы для проявления её способностей. И твоих тоже. Согласно исследованиям Кларка, искусственная стимуляция не даёт нужного эффекта для полноценного квантового резонанса. Им нужна аутентичная эмоциональная реакция.

Ривер оценил ситуацию. Количество оперативников "Гелиоса" увеличивалось – они профессионально блокировали пути отхода, постепенно сжимая кольцо вокруг Айры. В то же время, технический персонал быстро и эффективно выводил основную массу студентов, освобождая пространство для операции захвата. Открыто вмешаться было рискованно – слишком много невинных наблюдателей всё ещё оставалось в зоне потенциального конфликта, да и охрана "Гелиоса" численно превосходила его. Нужен был другой подход.

– Мне нужно поговорить с ней, – сказал он, наблюдая как Айра пытается найти путь к эвакуационному выходу, но сталкивается с очередным замаскированным агентом. – Предупредить и вывести отсюда до того, как "Гелиос" решится на открытое столкновение.

– Слишком опасно, – возразила Лара. – Прямой контакт может спровоцировать именно ту ситуацию, которую мы пытаемся предотвратить. Отступи, Ривер. Мы найдем другой способ.

Но Ривер уже принял решение. В отличие от "Стражей" и "Гелиоса", играющих в свои сложные стратегические игры, он видел перед собой испуганную девушку, загнанную в угол и отчаянно ищущую выход. Что-то в её положении резонировало с его собственным опытом – он тоже когда-то был объектом чужих планов, пешкой в игре сильных мира сего.

Он активировал подпрограмму в своем нейроимпланте – специальный протокол, разработанный им самим после ухода из "Гелиоса". Экспериментальная технология, позволяющая использовать эхо-сущность для передачи простых образных сообщений через Грань. Рискованный трюк, потенциально способный активировать именно те процессы, которых он пытался избежать, но единственный, который мог сработать в данной ситуации.

Руна-тату на его предплечьях засветились сквозь маскировочное покрытие, отзываясь на ментальный запрос. В нормальных условиях он никогда бы не рискнул использовать эту технику в зоне повышенной эхо-активности, но времени на поиск альтернатив не оставалось. Ривер сформировал чёткий мысленный образ – предупреждение об опасности, путь к безопасному выходу, ощущение союзника – и направил его через тонкие энергетические линии, соединяющие его с сетью здания, прямо к сигнатуре Айры.

Эхо-сущность внутри него вздрогнула, признавая знакомый паттерн коммуникации. Она не сопротивлялась, а наоборот, помогала, ощущая родственную природу цели. Это подтверждало подозрения Ривера – Айра была не просто способна видеть Эхо-мир, она сама была частично существом этого измерения, как и его собственный "пассажир".

В материальном мире ничего не изменилось, но в Эхо-мире он только что отправил сообщение – примитивный импульс, ментальный эквивалент крика "Опасность! Я друг! Следуй за мной!". Энергетические линии здания на мгновение вспыхнули ярче, прежде чем вернуться к нормальному состоянию – его сообщение прошло.

Девушка остановилась на полушаге, словно натолкнувшись на невидимую стену. Ее рука непроизвольно поднялась к виску, глаза расширились, и она резко обернулась, снова встречаясь взглядом с Ривером. На этот раз в ее глазах читалось не просто удивление или страх, а отчетливое осознание. Она почувствовала не только его присутствие, но и намерения.

Охранники "Гелиоса" заметили ее странное поведение. Один из них поднял руку к коммуникатору, другой начал целенаправленно двигаться в её направлении. Ривер видел, как они координировали свои действия, эффективно отрезая возможные пути отхода.

Времени на размышления не оставалось.

– План изменился, – твёрдо сказал Ривер в коммуникатор. – Я вступаю в прямой контакт. Мне нужен путь эвакуации с юго-восточной стороны здания. Через три минуты.

Прежде чем Лара успела возразить, он отключил связь и вышел из своего укрытия. Его тактический костюм мгновенно адаптировался, меняя цветовую схему для лучшего соответствия окружающей среде. Он целенаправленно двинулся сквозь редеющую толпу студентов, избегая прямого контакта с оперативниками "Гелиоса". В кармане его костюма активировался небольшой излучатель помех, блокирующий ближайшие камеры безопасности и системы распознавания лиц. У него было примерно тридцать секунд до того, как система самодиагностики обнаружит сбой.

Приблизившись к Айре, он остановился на расстоянии, не вызывающем инстинктивного желания бежать, и произнес тихо, но отчетливо:

– Эхо-колыбель. Алый призыв. Черный лотос.

Кодовые слова программы "Гримдарк", известные только участникам экспериментов и высшему руководству. Если Айра действительно была связана с программой, как предполагала Лара, она должна была узнать эту фразу. Это был тест и одновременно способ установить доверие.

Лицо девушки на мгновение застыло, словно маска. Затем по нему пробежала волна эмоций – узнавание, страх, облегчение – прежде чем вернуться к внешнему спокойствию. Она побледнела, но решительно кивнула, показывая, что поняла.

– Они повсюду, – произнесла она так же тихо, голосом, который едва уловил даже усиленный слух Ривера. – Ждут, когда я войду в аудиторию. Там что-то есть… что-то, что откликается на мое присутствие.

– Я знаю, – ответил Ривер, делая небрежный жест, словно они были старыми знакомыми, обсуждающими повседневные темы. – За мной. Медленно, не привлекая внимания. Действуй естественно.

Её взгляд скользнул по его лицу, затем по руна-тату, едва видимым под рукавами его одежды, и, наконец, остановился на глазах – одном человеческом, другом кибернетическом. Она принимала решение, взвешивая риски. Доверять незнакомцу, или попытаться справиться самой.

– Ты "Гримдарк-омега", – произнесла она. Это не был вопрос, скорее констатация. – Мой отец создал вас.

– А сейчас "Гелиос" охотится за тобой, – ответил Ривер, взяв ее под руку, как если бы они были знакомыми студентами. – Поговорим, когда выберемся отсюда.

Они двинулись в противоположном от аудитории направлении, к менее охраняемому служебному коридору. Охранники заметили их перемещение. Ривер видел, как они обменивались короткими сигналами, координируя действия.

– Система безопасности обнаружила сбой в работе камер сектора C-12, – раздался механический голос оповещения, разносясь по громкоговорителям, встроенным в потолок. – Всему персоналу подготовиться к проверке. Студентам рекомендуется покинуть зону.

– У нас меньше минуты, – сказал Ривер, ускоряя шаг по мере того, как коридор пустел. – Нужно добраться до служебного лифта прежде, чем они активируют полную блокировку.

– Кто ты? – спросила Айра, не сопротивляясь, но и не выказывая полного доверия. Её голос был спокойным, но Ривер чувствовал тщательно контролируемое напряжение в каждой интонации.

– Тот, кто хочет помешать "Гелиосу" использовать тебя для открытия постоянного разрыва в Эхо-мир, – ответил он, сканируя окружение на предмет непосредственной угрозы. – Подробности позже. Сейчас нужно двигаться.

Её глаза, продолжавшие менять цвет от синего к фиолетовому – признак сильной связи с Эхо-миром – сузились от подозрения.

– Ты один из них. Гримдарк, – повторила она, на этот раз с оттенком обвинения. – Изделие моего отца.

– Бывший, – отрезал Ривер, ощущая, как старые раны снова начинают кровоточить при упоминании о программе. – Теперь я работаю на себя. Или, по крайней мере, пытаюсь. И я не "изделие". Я выживший.

Они приближались к служебному выходу, когда мигнули и погасли основные источники освещения, заменённые тусклым аварийным светом. Одновременно с этим сработала общая тревога – пронзительный вой сирен разнёсся по коридорам университета. "Гелиос" перешёл от скрытой операции к открытому силовому захвату.