Надя Широкова – Кристалл Уральской тропы (страница 1)

Кристалл Уральской тропы

ПРЕДИСЛОВИЕ.

«Нам часто кажется, что, собирая рюкзаки и уходя в дикую тайгу, мы штурмуем вершины и бросаем вызов вековым хребтам. Но это иллюзия городского эго. Горы нельзя «покорить» — они стояли миллионы лет до нас и будут стоять после. Они — лишь великое космическое зеркало, безжалостно снимающее с нас фальшивые маски. На самом деле на этой тропе мы покоряем не горы. Мы покоряем свои собственные слабости».

(с) Из дневника Инги, инструктора маршрута «Уральского Барса».

Эту мысль я хотела пронести через все повествование. Надеюсь, я найду отклик в ваших сердцах, и мы вместе пройдем этот путь.

Посвящаю эту книгу моим друзьям и самому большому моему критику, сыну Роману.

События книги и персонажи вымышлены, все совпадения случайны.

Мир необъятен и непостижим.

Мы никогда не сможем понять его.

Мы никогда не разгадаем его тайну.

Поэтому мы должны принимать его таким,

как он есть, — чудесной загадкой.

К. Кастанеда

Глава 1. Запах мокрого курумника.

Инга, стояла возле окна и машинально крутила в руке брелок от ключей. Подаренный ребятами - организаторами Большой Уральской тропы брелок, всегда помогал ей сосредоточиться и принять верное решение, маленький талисман был изготовлен из ювелирной бронзы, в виде Уральского хребта на всем его протяжении от Южного до Полярного. Рельеф был перенесен на него с топографической точностью. На оборотной стороне брелока, было написано слово «гора» на языках народов, населяющих Урал.

Горы, это то, что всегда вдохновляло Ингу, наполняло и притягивало всю её походную жизнь. А тут все они поместились на маленьком кусочке металла, теплом от долгого контакта с рукой.

Мысли Инги вернулись к рюкзакам, которые заняли всю прихожую. Плотные, тугие «анаконды» из кордуры пахли прошлогодней костровой гарью и таежной пылью. Инга затянула стропу на клапане, проверив вес — весы бесстрастно замерли на отметке семнадцать килограммов. Пять из них занимала еда: сублиматы, расфасованная по дням крупа и порционные пакетики с овсянкой. Инга усмехнулась, вспомнив, как тщательно вымеряла с Женей каждый грамм топленого масла, чтобы не тащить лишнюю воду. Все должно было быть рассчитано с аптечной точностью. Девять дней полной автономии на Большой Уральской тропе не прощали легкомыслия.

Кирилл, ее одиннадцатилетний сын, сидел на полу, безуспешно пытаясь запихнуть в боковой карман своего маленького рюкзака массивный пауэрбанк.

— Мам, а если там вообще не будет связи? — в сотый раз спросил он, не отрывая взгляда от экрана телефона, где полоска сети уже здесь, в городе, подергивалась от подступающей грозы.

— Там не будет связи, Кир. Там будет только хребет, тайга и мы, — Инга подошла и мягко забрала у него лишний пластик. — Вместо этого положи индивидуальный мешок с орехами. Это твое карманное питание. Выдавать буду строго по утрам.

Она подошла к окну. Над Екатеринбургом висело тяжелое, свинцовое небо. Синоптики в Белорецке уже три дня слали штормовые предупреждения, обещая затяжные ливни и шквалистый ветер. Уральский хребет словно выдыхал холодный, сырой воздух, который просачивался даже сквозь закрытые пластиковые окна. Нормальные люди в такую погоду сдавали билеты и улетали к теплому лазурному морю, пить кофе на Босфоре. Но Инга знала: горы зовут именно тогда, когда внутри образуется пустота, которую нужно выжечь физической нагрузкой.

На запястье Инги, прямо под часами, краснел свежий след от маркера — руна Гебо. Символ равного обмена. Она нанесла её интуитивно, словно пароль для этих гор. «Сколько отдашь — столько и получишь», — пронеслось в голове. Раздался резкий звонок телефона. Приехал Слава. Пора было выходить навстречу шторму и новым приключениям.

Инга на секунду замерла перед большим зеркалом в прихожей, критически осматривая себя перед выходом. В её внешности не было кричащего городского глянца — она обладала той самой утончённой, благородной и приглушённой уральской красотой, которая раскрывается не сразу, но завораживает навсегда. Высокая, стройная, с поджарой спортивной фигурой и сильными плечами скалолазки, она уверенно носила свою простую яркую ветровку. Длинные русые волосы, которые на ярком солнце всегда приобретали тёплый, золотисто-рыжий оттенок, Инга перед выходом привычно собрала в хвост.

Но главным украшением её лица были большие, удивительные глаза. В минуты хорошего настроения они светились чистой, бездонной небесной лазурью, но стоило Инге нахмуриться или задуматься, как они мгновенно темнели, приобретая холодный, стальной оттенок штормового моря.

В сочетании с аккуратным носиком и очень милой, открытой улыбкой, обнажавшей ровные зубы, её лицо казалось удивительно притягательным. Ингина улыбка обладала какой-то особой, согревающей магией.

— Мам, ну долго ещё? — из комнаты, шаркая кроссовками, нехотя вышел Кирилл. Парень всем своим видом демонстрировал, что этот поход — далеко не предел его мечтаний. Его изрядно потёртый в прошлых поездках рюкзак сидел на плечах как-то сиротливо, а в ладони подростка привычно тускнел экран смартфона. Кирилл отчаянно не хотел уезжать от своих гаджетов, интернета и привычного дивана, и шёл в эту автономку исключительно ради матери.

Инга посмотрела на сына с нежностью. Кирилл рос её продолжением: такой же гибкий, поджарый, с вихром каштановых волос. Но глаза у него были свои — крупные, глубокие, красивого серо-зелёного оттенка, в которых сейчас читалась смесь подростковой скуки и затаённого детского любопытства.

— Не ворчи, Кирюх, — Инга подошла к нему, мягко поправила лямку его рюкзака и ласково заглянула в серо-зелёные глаза. — Телефоны прячь глубоко, в горах связи всё равно не будет. Зато обещаю: этот поход ты запомнишь на всю жизнь. Пошли, Славка заждался.

Славка суетился возле машины, пинал шины, проверял дворники. Когда увидел Ингу с огромным рюкзаком, присвистнул:

— Ну, мать, даешь! Да он тяжелее тебя! Привет Кирюха, как сам? — Привычным жестом он потрепал Кирилла по вихрастой макушке.

Кир и Славка давно были закадычными друзьями, сколько раз дядя Слава выручал парня в общих мини-походах от гиперопеки Инги, давал разные поручения, порубить дрова, разжечь костер…Инга поначалу закатывала глаза и хлопотала вокруг, но постепенно поняла, Славка относится к Киру, как к своим детям, уважительно, с огромной степенью доверия. В небольших походах только ему удавалось отвлечь его внимание от телефона, планшета.

Дома же все усилия верного друга пропадали, и Кирилл снова уходил от реальности в цифровой мир. Такое время сейчас, Инга заметила, что сын начал меньше времени проводить с семьёй, друзьями, увлекательными активностями (прогулки, хобби, кружки). Виртуальный мир стал более привлекательным, потому что там всё быстро, ярко и не требует усилий.

Еще не так давно он с удовольствием ходил в походы со Славкой и его старшим сыном, а в этот раз пришлось долго уговаривать парня на этот поход. Инга с тревогой оглядела небо и тяжелые облака, на душе тоже было тревожно, дождливо, пасмурно. Собрав мысли, Инга привычно закинула свой рюкзак в багажник машины и наконец, обняла друга.

Со Славкой она познакомилась на очередной учёбе инструкторов-походников, и сразу обратила внимание на его долговязую фигуру, огромные глаза и ослепительную улыбку. Улыбка у Славки была такая детская, непосредственная и открытая, что человек невольно тянулся к этой теплоте. Как-то так получилось, что они быстро нашли общий язык. На выездных занятиях школы Славка постоянно балагурил, всем помогал, с отважностью брался преодолевать самые трудные испытания и с особой нежностью относился к девчонкам, делясь теплыми вещами, чаем и конфетами. Инга наблюдала за ним, улыбалась вместе с ним и чувствовала: вот он — настоящий друг!

Позже он рассказал о своей семье: как им практически с нуля пришлось создавать общую жизнь, потом растить сыновей. Инга познакомила своего сына Кира со Славкой и его старшим сыном Антоном, и они вместе стали ходить по Уральским горам. Антон, в отличие от одиннадцатилетнего Кира, был уже серьезным походником — родители с раннего детства брали его в горы. Он многое умел делать самостоятельно, и они вместе со Славкой взяли шефство над Киром, обучая его походным трюкам. Мальчишки быстро подружились. Жаль, что в этот, такой долгожданный поход, Антон не смог пойти — ему предстояла забота о маме на время, пока папы не будет рядом, Славка недавно поделился радостью — его Иришка снова в положении и ждет дочурку.

Инга села рядом со Славкой на переднее сиденье. Кир устроился сзади и сразу достал свой телефон. Инга вздохнула, но решила пока не трогать сына и не накалять обстановку перед дорогой. Переглянувшись с другом, она только покачала головой.

— Все будет хорошо! — шепнул Славка ей на ухо и улыбнулся своей фирменной улыбкой. — Ну что, погнали, ребята?! Нужно было еще забрать остальных ребят и добраться до Белорецка.

Глава 2. Попутчики.

Машина мягко тронулась от подъезда, разрезая колесами первые тяжелые капли начавшегося ливня. На промежуточной точке в черте города к ним подсели двое оставшихся участников экспедиции — Константин, высокий, спортивный мужчина с породистым немецким носом и пронзительными голубыми глазами, и Евгения, тихая, натуральная блондинка с длинной косой и мягким, открытым русским лицом. Они устроились на заднем сиденье, заваленном гермомешками и спальниками. Было заметно, что они уже знакомы между собой, но пока не слишком близко. Между ними чувствовалась та легкая неловкость, которая всегда бывает у людей, решивших пойти в серьёзную автономку без долгой общей истории.