Надя Широкова – Кристалл Уральской тропы (страница 3)

Инга подошла к сыну, мягко коснулась его плеча, а затем обернулась к группе. Обманчивое уральское солнце ласкало им лица, обещая два дня идеальной, легкой сказки.

— Ну что, команда, — Инга поправила кепку и сделала первый шаг по сухой, усыпанной иголками тропе. — Маршрут начался. Держим темп, не растягиваемся. Все вы знаете о нём. Маршрут в рамках проекта «Уральский Барс» предстоит непростой. Второй этап проекта «Уральский Барс» («Большая южно-уральская тропа») — это автономный многодневный поход по живописным местам Белорецкого района Республики Башкортостан и Челябинской области. Его цель — проверить выносливость, навыки ориентирования на местности и умение работать в команде. Я надеюсь, что мы хорошая команда, всегда придём на помощь другу, будем действовать сообща и слажено, несмотря на погодные условия и тяжесть. В первый день нам предстоит пройти двенадцать километров от Белорецка через гору Малиновая и спуститься к поселку Отнурок.

Пять часов в душном салоне автомобиля выжали группу как лимон. Но стоило им сойти с асфальта и ступить на мягкую лесную тропу, как дорожная усталость начала таять.

Инга ранее была в этих местах, она, как руководитель похода немного волновалась за свою команду. В ребятах и в Кире она была уверена, много троп пройдено вместе, а вот Женя раньше ходила с ней только в однодневные небольшие походы.

На первом же затяжном привале Инга привычно пробежалась взглядом по своей маленькой команде. На этапе подготовки к походу роли были распределены чётко и без споров. На Костю по праву легла обязанность медика: его дорогая, укомплектованная по последнему слову техники аптечка ехала в верхнем клапане его новенького рюкзака. Славка отвечал за навигацию и запись трека — он то и дело сверял направление по GPS-прибору и вел группу строго по нити маршрута.

Одиннадцатилетнему Кириллу доверили важную мужскую задачу — разведение костров на стоянках. Парень отнесся к этому на удивление серьезно и уже всю дорогу внимательно поглядывал по сторонам, примечая сухую бересту и смолистый лапник.

Самой Жене Инга определила роль заведующей походной кухней. Шефство над раскладкой продуктов и готовка на костре должны были стать для медлительной девушки понятным и спокойным делом.

Во время привала Женя, тяжело переводя дыхание на поваленном бревне, с трепетом всматривалась в обступающую их тайгу. Для неё, привыкшей к размеренной городской жизни, этот поход был прыжком в полную неизвестность. Огромные розовые скалы Малиновой горы одновременно восхищали и пугали её своей древней, немой мощью. Ей казалось, что она здесь совершенно лишняя, слабая и аморфная. Внутренне Женя очень робела перед Ингой — эта яркая, уверенная в себе женщина-инструктор казалась ей существом с другой планеты, сильным и несгибаемым. Славка с его доброй улыбкой вызывал у нее тихое уважение: от него веяло абсолютным покойным теплом. Но по-настоящему безопасно Женя чувствовала себя только рядом с Костей. Его высокий рост, спортивная фигура и уверенные, легкие шутки были для неё тем самым спасительным якорем. Женя ловила каждое его слово и про себя радовалась, что в этой суровой глуши рядом с ней оказался такой внимательный, сильный и заботливый мужчина, готовый всегда подать руку и подставить плечо. Она искренне верила, что этот поход поможет ей сбросить груз городских разочарований, и ребята помогут ей в этом.

Тропинка плавно уходила вверх, петляя среди сосен. Под ногами всё чаще стали мелькать кварцитовые валуны, отливающие на солнце нежно-розовыми искрами. Тяжелые рюкзаки первого дня похода заставляли держать размеренный темп, но разговор завязался сам собой.

— Ох, ребята, до чего же места красивые, — выдохнула Женя, на секунду останавливаясь и опираясь на палки. Она смахнула пот со лба и восторженно посмотрела на проглядывающие сквозь деревья скалы. — Я ведь здесь впервые. В городе и представить не могла, что камни могут быть по-настоящему малиновыми. Кажется, будто мы в сказку попали.

— Это ты ещё до самого верха не дошла, Женька! — весело отозвался Славка, шагавший замыкающим и бдительно контролировавший её темп. — Малиновая — гора с характером, но добрая, женская у неё энергетика. И кстати, мало кто из городских знает, что Малиновая гора — она ведь тут не одна. Их целых три! Мы сейчас идём на Первую, она самая популярная, с «Перьями». А дальше по хребту есть Вторая и Третья. Мы с Иришкой и мальчишками года три назад на Третью ходили, Антоха тогда совсем мелкий был, но сам свой рюкзачок тащил. Там дичь неописуемая, черничники в рост человека и тишина звенящая.

— Да уж, Слав, дичи тут хватает, — Костя обернулся, поправляя лямку своего пижонского рюкзака, и многозначительно посмотрел на Ингу. — Помнишь, Ингусь, как мы года два назад здесь с нашей дружной бандой поднимались? Тоже в июне было. Только тогда ливень зарядил такой, что мы до «Орлиного гнезда» не дошли — палатки ставили прямо на склоне, в раскисшей глине.

Инга, шедшая впереди, чуть замедлила шаг и улыбнулась своим воспоминаниям: — Помню, конечно, Кость. У нас тогда ещё тент улетел, и мы его в сумерках по малиннику ловили. Но гора нас всё равно приняла, наутро солнце выдала. Я эту вершину за то и люблю — она не балует, но и не ломает.

— Мам, а мы с тобой почему раньше сюда не ходили? — Кирилл, который шёл сразу за Ингой, оторвал взгляд от тропы. Его телефон уже лежал глубоко в кармане, и мальчик вовсю впитывал лесные звуки. — Мы же весь Таганай исходили, и на Иремеле были, а тут я тоже в первый раз.

— Всё к лучшему, Кирюш, — Инга обернулась и ласково потрепала сына по плечу. — Зато сейчас мы здесь все вместе, и погода — подарок. Смотри под ноги, сейчас начнётся самый крутой взлёт перед скалами.

— Командир прав, подтягиваем хвосты! — Костя галантно подал руку Жене, помогая ей переступить через поваленный ствол сосны. — Держись, Женечка, со мной не пропадёшь. Я эти тропы наизусть знаю, хоть закрытыми глазами проведу.

Женя благодарно улыбнулась ему, а Славка за её спиной лишь тихонько усмехнулся, покрепче перехватывая трекинговые палки. Группа, объединённая общими воспоминаниями и дорожным теплом, ходко двинулась к вершине, где их уже ждало монументальное каменное кольцо «Орлиного гнезда».

Ребята продолжали балагурить, вспоминая прошлые походы, а Инга, шагавшая во главе цепочки, была бесконечно далека от флирта Кости, страхов Жени и шуток Славки. Она шла в своем идеальном, размеренном темпе, полностью погруженная в личное внутреннее пространство. Инга ловила ритм собственного шага, дыхание теплых скал Малиновой и ту самую звенящую тишину, которая медленно, но верно заполняла пустоту внутри её сердца.

Глава 4. Розовые скалы Малиновой

Малиновая гора встречала их удивительно ласково. Подъем шел плавно, без изнуряющих крутых круч — идти было на удивление легко, словно сама гора гостеприимно подталкивала походников в спину. Инга шла и ловила себя на мысли, что из всех уральских вершин, которые она видела, эта обладала какой-то особенной, мягкой и обволакивающей женской энергетикой. Здесь не хотелось покорять или штурмовать — здесь хотелось созерцать.

Камни и скалы не были привычно-серыми. Они светились удивительными, теплыми оттенками: от нежно-розового до глубокого, сочного малинового цвета, особенно яркого в лучах предзакатного солнца. Древний кварцит словно впитал в себя зарю миллионов лет.

— Смотрите, они реально малиновые! — Кирилл остановился, восторженно разглядывая огромный розовый валун, покрытый зеленоватым лишайником.

— Да, порода уникальная, — Костя, шедший следом, тут же включил эксперта. — В городе из такого камня дорогие памятники и облицовку делают, а тут — под ногами валяется.

Вскоре тропа вывела их к вершине, к знаменитому «Орлиному гнезду». Это место лишило группу дара речи. Серые скалы взмывали вверх, образуя идеальное, замкнутое природой каменное кольцо. Находясь внутри него, человек чувствовал себя защищенным от всего внешнего мира, словно в гигантской колыбели. Внутри «Гнезда» царила абсолютная, звенящая тишина. Внизу, в золотой дымке закатных лучей, раскинулся Белорецк, поблескивая зеркалом пруда, а вокруг, насколько хватало глаз, неслось застывшее море тайги.

К вершине — знаменитым скальным «Перьям» — они поднялись уже на исходе дня, когда солнце начало плавиться, уходя за сизые горизонты башкирских хребтов.

Инга подошла к краю скального уступа, подставив лицо теплому ветру. Розовая Малиновая гора баюкала её своей мягкой силой.

— Ну какова красота, а? — Костя привычно выставил ногу в дорогом ботинке на край обрыва, позируя для камеры. — Ради такого кадра стоило терпеть эту грунтовку. Женечка, иди сюда, с этого ракурса твои волосы — чистое золото.

Женя послушно подошла, глядя на раскинувшийся простор. Костя приобнял её за талию, но именно в этот момент, когда закатное солнце коснулось вершин хребта, мир вокруг пяти походников незаметно сдвинулся со своих осей. Аномалия пришла тихо.

Первым её почувствовал Кирилл. Он стоял чуть поодаль, лениво крутя в руках севший телефон. Внезапно экран гаджета, до этого абсолютно мертвый, вспыхнул ровным, ярко-голубым светом. Но на нем не было иконок. Вместо этого в динамике раздался странный, вибрирующий хрустальный звон, шедший будто бы не из пластика, а из самой глубины скалы под его ногами. Мальчик вздрогнул, захлопал глазами, но через секунду экран снова погас. Кирилл испуганно оглянулся на мать, но промолчал, решив, что ему показалось от усталости.