Надежда Устинова – Золотая ртуть. Легенда о мастерах (страница 14)

Глава 6

Когда Иришка уснула после ночного разговора с Динарой, ей приснился удивительно яркий сон. В нем она снова очутилась в больнице – на первом этаже у главной лестницы. Иришка шагнула на первую ступеньку, но только ударилась об нее коленом и опрокинулась назад себя. Она поднялась, отряхнула пыльные ладони, оглянулась и увидела, что темные коридоры пусты. Как подняться?

Некто большой и высокий подхватил ее на руки, Иришка поплыла мимо синих стен с облезлой краской, мимо пестрых стендов о здоровом образе жизни, мимо кабинетов врачей и продавленных кушеток. Запахло хлоркой, столовской едой и сладким антисептиком, в котором медсестры хранили ватные шарики. Великан бережно опустил Иришку на кровать в знакомой палате и задернул черные шторы. Девочка подняла голову, но не разглядела лица незнакомца. Она запомнила только мятый край темно-бордовой рубашки в клетку и металлический овал на кармане джинсов с изображением птицы.

Палата погрузилась в кромешную тьму, но через несколько мгновений шторы раздвинулись, и по стенам рассыпалось закатное солнце. Великан бесследно исчез. Иришка удивилась: куда он делся? И почему сейчас вечер?

– Эй! Ты откуда здесь?

Малышка ойкнула от неожиданности и обернулась на голос. Разве палата не одноместная?

На соседней койке сидела, прислонившись к стене, рыжеволосая улыбчивая девушка. Ее красивое лицо было изуродовано порезами и синяками, а левая рука загипсована. Она с изумлением взглянула на Иришку, сползла на край кровати, сняла с головы капюшон с заячьими ушами и одернула кофту. Не может быть! Это же та самая девушка из зеркала! Но…разве она жива? Или снова проказы королевы Зимы?

– Сама не знаю, – ответила Иришка, пожав плечами.

Девушка, прихрамывая на одну ногу, подошла сначала к одному, потом к другому окну. Ее глаза просияли, а улыбка стала еще шире.

– А кто это был? – кивнула малышка на место, где стоял великан. – Ты…то есть вы, видели его?

– Лучше «ты», – хихикнула ее соседка по палате. – Теперь понятно, почему мы здесь вдвоем. Значит, так нужно. Мастер соединил наши сны. Наконец-то услышал меня… Все просто – ты спишь и я тоже.

– Королева Зимы все время говорит про мастера, – пожаловалась ей Иришка. – Хочет, чтобы я нашла его в твоей жизни. Я больше не хочу искать, не хочу смотреть, – она всхлипнула и вытерла щеки рукавом. – Мне страшно. И никто не поверит, если расскажу. Я Динке говорила, но не про все. Она ведь не поможет, да?

– Тише, тише, – девушка опустилась перед Иришкой на пол и обняла ее здоровой рукой. – Я не просто так тебе приснилась. Мы должны помочь друг другу, понимаешь? Есть один человек. Она точно найдет верный способ. Я уверена.

– А зачем мастер соединяет сны? – удивилась девочка. – И как это у него получается?

– Так происходит, когда совпадает энергетика мест, где мы когда-то бывали. Мастер ищет эти совпадения и соединяет временные вихри в одно целое. Посмотри на свою кровать. А теперь на мою. И стены тоже, видишь?

Иришка осмотрелась и поняла, отчего раннее утро сменилось закатом. Палаты, где они находились, были разными, но соединились в одну, будто между ними пропала стена. И время другое… Утро и вечер, март и сентябрь, шорох осенних листьев и весенняя капель. Вот ведь чудеса!

– Значит, королева Зимы обманывает меня? – озарило девочку. – Она хочет найти мастера, чтобы…чтобы… – она часто задышала и не смогла договорить.

– Да, чтобы убить его. Она догадается, что ты ей больше не веришь. Станет сильнее мучить. Но помни, что ты не одна. Встретятся люди, которым передашь послания от мастера. Они вспомнят меня и помогут. Только берегись извергов! – помрачнело лицо девушки. – Они притворяются друзьями, но очень, очень опасны. Увидишь вороньи перья – сразу беги. Времени остается немного. Все поняла? – она крепко сжала ладони малышки и заглянула в ее глаза.

– А кому я передам послания? – встревожилась Иришка. – Ты скажешь, что им передать?

В обоих окнах потемнело, темно-фиолетовые тучи заслонило солнце. Небо загрохотало, сверкнули молнии. Вместо дождя повалил густой снег.

– Она услышала, – крикнула девушка Иришке. – Просыпайся скорей!

Грохнуло так, что заложило уши. Осколки зазвенели на полу. В руки, ноги и лицо впились острые иглы. Иришка вскрикнула и проснулась.

Сквозь закрытую дверь просочились уютные домашние звуки: шорох маминых шагов, шум стиральной машины, шипение масла на сковороде, треск клавиатуры из папиного кабинета. Иришка приподнялась на кровати и откинула одеяло.

У изголовья кровати стояла Бусинка, сложив передние лапы на бортик. Она лизнула ладонь хозяйки, наклонила голову набок и призывно тявкнула. Ее хвост маячил из стороны в сторону, со стуком ударяясь об пол. Мохнатая морда с блестящими черными глазами и носом-пуговкой неотрывно наблюдала за девочкой, предвкушая утреннюю прогулку.

– Сейчас, сейчас Бусинка, – отозвалась Иришка и почесала собаку за ухом. Бусинка еще раз радостно тявкнула и совершила суетливую пробежку из одного угла комнаты в другой.

Иришка проверила портфель, натянула спортивный костюм, умылась и на цыпочках прокралась мимо отцовского кабинета, из которого доносился раздраженный голос. Папа отчитывал кого-то по телефону. Если вовремя не улизнуть, то мало не покажется.

Мама тоже это понимала, поэтому она приоткрыла дверь кухни и шепнула Иришке:

– Я блинчиков испекла, давай позавтракаем, а потом вместе выгуляем Бусинку?

Девочка кивнула и покосилась на кабинет.

– Это надолго, – проворчала мама. – Он возмущался за завтраком, что отчеты не сдали половина отделения.

– Ну ладно, – шепнула Иришка и уселась за стол.

– Как в школе дела?

– Нормально, –  буркнула она, придвинув к себе стакан с молоком.

– Звонила Алла Валентиновна, – сказала мама, сминая в руках кухонное полотенце, – говорит, что ты стала невнимательной и слишком тихой. У тебя ничего не болит?

Ну вот, мама опять забеспокоилась. Иришка надкусила блинчик с мясом и призадумалась.

– Все в порядке, ма, – улыбнулась она. Когда блинчик почти закончился, то нашлись нужные слова. – Я просто по Динке соскучилась.

– Я узнаю, какие у нее планы. Если Динара не слишком загружена работой, то съездишь к ней в гости, – торопливо пообещала мама. Ее худощавая фигурка засуетилась у плиты. Ловкие длинные пальцы заворачивали горячий фарш в поджаристое тесто. «Как она только не обжигается?» – подумала Иришка и вкрадчиво уточнила:

– С ночевкой?

– Я…спрошу у папы. Если он не будет против, то ночуй, конечно.

Иришка нахмурилась. У отца сейчас не лучшее настроение. Если он отпустит ее к сестре  – это будет самое настоящее чудо. Впрочем, чудес в ее жизни становится все больше. Жаль, что не всегда они радостные.

А сегодняшний сон? Какой он? Иришка зажмурилась, чтобы вспомнить палату, залитую вечерним солнцем, великана-мастера с птицей на заднем кармане джинсов и рыжеволосую девушку, от улыбки которой теплело на душе. Королева Зимы вмешалась в разговор, и вопрос о посланиях остался без ответа. Как передать то, чего не знаешь сам? Или ей сказали, но она не услышала?  Горло перехватило от страха, а над ухом запищал мерзкий голосок: «Такое важное дело, а она, подумать только, все забыла! Какой кошмар, какой кошмар!»

Иришка поморщилась и отодвинула от себя стакан. Молоко показалось несвежим. Запястье под часами сильно защипало. Она убрала руки под стол и незаметно от мамы расстегнула ремешок. Рана не заживала, по ее краям расползалась темно-розовая опухоль.

На прогулке Иришка вела себя неестественно шумно: хохотала до колик в животе, играла в догонялки с Бусинкой на песчаных дорожках парка, падала с разбегу в копны осенних листьев, сочиняла на ходу сказку о песчаном городке, что построили во дворе ребята. Мама смеялась и просила написать для нее эту сказку в тетрадке. Иришка весело кивала и беззаботно тараторила о школьных делах, но когда замечала в маминых глазах тревогу, прятала взгляд. Близких не проведешь. Сколько бы ты ни смеялся, сколько ни улыбался, сколько ни притворялся, что все отлично – бесполезно. Мамы все равно чувствуют, когда тебе плохо. И, наверное, еще больше переживают, потому что не знают, как помочь.

После прогулки мама крепко обняла Иришку, еще раз пообещала поговорить с отцом и вопросительно взглянула на нее:

– Может быть, все-таки обратимся к врачу еще раз? Ты точно хорошо себя чувствуешь?

– Ну ма… – поморщилась Иришка. – Хорошо все.

Она вышла из подъезда, поправила за плечами портфель и с опаской посмотрела по сторонам. Страх вернулся. Дождь, наконец, прекратился, но было очень влажно, и на карнизах крыш созревали крупные капли. Когда они становились большими и тяжелыми, то срывались вниз, разбрызгивая воду в лужах. Одна капелька упала Иришке на лоб и покатилась по переносице. Девочка вздрогнула, потом с облегчением фыркнула и вытерла нос краем рукава.

В том районе, где они жили раньше, школа была далеко: Иришка ездила туда на автобусе. Три остановки вперед, три обратно. Иногда ее отвозил папа. А новая школа находилась недалеко от дома. Идешь все прямо да прямо, переходишь дорогу и вот оно – длинное трехэтажное здание с ярко-зеленой вывеской «Добро пожаловать». Школу ограждал низкий решетчатый заборчик, погнутый в нескольких местах и запятнанный ржавчиной. К учебному году обновили только ворота: их выкрасили в коричневый цвет и установили современные замки.