Надежда Цыбанова – Благотворительная афера (страница 1)

Надежда Цыбанова

Благотворительная афера

ГЛАВА 1

– Добрый вечер, – неожиданно произнес мужской голос.

Вроде бы и обычная вежливость, только вот я никак не ожидала застать гостя на своей кровати. В своей спальне. Да еще и в сапогах.

– Вообще-то ночь, – я с невозмутимым видом посильнее затянула поясок пеньюара и легкой поступью двинулась к секретеру. – И я не ждала гостей.

– Это ищите? – он небрежно качнул моим любимым стилетом, зажатым между двумя пальцами. – Занятная игрушка. Хорошо наточена. Не очень подходит для открывания писем.

– Зато она отлично открывает потаенные мысли человека, – хищно улыбнулась я. – Особенно, если приставить острие к артерии на шее.

– А с виду вы такая приличная дама, – усмехнулся мужчина, – Элизабет Грейстон, владелица «Позолоченной рамы», вдова, возраст скрывает. Характер сдержанный, холодный.

– Вы тоже на первый взгляд кажетесь воспитанным джентльменом, когда на чужих кроватях в сапогах не лежите, – не осталась в долгу я. – Чарльз Хартфорд, владелец банка, холостяк и очень этим гордится, возраст – тридцать восемь лет. Наглец со связями и капиталом.

– Да, я такой, – не без скромности кивнул Хартфорд. – Продолжим обмен любезностями.

– Предпочту закончить нашу беседу, – я скрестила руки на груди и тут же пожалела об этом. Наглец сразу на нее и уставился.

– А я бы на вашем месте не спешил, – мужчина очаровательно улыбнулся. – Или, может, обращаться к вам Мист? Или Ангел Ист-Энда? Или леди Констанс Винтер? Или Эдмунд Вейл? Вот последнее… не хотелось бы. Все же вы очень красивая дама, и звать вас мужским именем не очень-то хотелось.

Я грациозно опустилась в кресло. Чем расслабленнее выглядит обманщик, тем больше сомневается в своих словах обвинитель.

– Мне следует удивиться? – иронично приподняла одну бровь. – Все эти имена мне прекрасно знакомы. Или вы забыли? Я же владелица антикварного салона с картинной галерей. Некто Мист – вор. Специализируется на редких вещицах. Он настолько неуловим, что люди подозревают, будто под этой личиной действует целая шайка. Могу вас разочаровать, Чарльз, никогда с загадочным Мистом я не пересекалась. Об Ангеле Ист-Энда не слышал только ленивый. Аноним, делающий пожертвования. Констанс Винтер – завсегдатай аукционов. Большую часть времени предпочитает проводить в уединенном имении. Ну а господин Вейл, насколько я помню, поверенный Констанс Винтер.

– Все так, – вальяжно кивнул незваный гость. – И все эти люди напрямую связаны с вами, ведь это ваши личины.

– Ну вы и фантазер, – скупо улыбнулась я. – Уж не думала, что такой человек, как вы, тоже увлечется сомнительными романчиками, которые в ходу у молодежи?

– Миссис Грейстон, миссис Грейстон, – с показной укоризной покачал головой Хартфорд, – я не претендую на ваши секреты. Но меня интересует услуга от вас.

– Услуга? – я откинулась на спинку кресла. – От скромной владелицы галереи? Вам? Человеку, способному купить даже самого мэра города?

– Вам это совсем не идет, – с улыбкой кота, почуявшего мышку, протянул мужчина. – Какое грубое кокетство. Да и льстить не обязательно. Хотя вы правы – могу. Но в этот раз нужны именно вы.

Магия иллюзий очень коварна. Она, к примеру, не поможет человеку исчезнуть, зато позволит «отвести глаза». Вот и сейчас для Чарльза Хартфорда моя проекция продолжила сидеть в кресле, но на самом деле я уже бесшумно поднялась на ноги.

Визитер скользнул взглядом по креслу и, судя по его довольной улыбке, вид его вполне устроил. Но потом его взгляд резко сфокусировался, он чуть прищурился – и иллюзия дала трещину.

– Неплохо сработано, – он усмехнулся, не отрывая от меня пристального взгляда. Зато показная расслабленность Хартфорда сразу пропала. Он наконец-то встал с моей постели. Теперь еще и белье после него менять придется. – Почти удалось. Но я знал, что шел к магу-иллюзионисту. Вы правильно заметили, я могу купить практически все, в том числе и тайны человека. И именно вы мне нужны, потому что никто не учует другого афериста лучше, чем еще один аферист.

Мне все же удалось сохранить безупречное спокойствие, лишь чуть приподняла бровь, будто сама мысль о том, что меня могли поймать на трюке, казалась нелепой.

– Любопытная теория, – произнесла я холодно. – Вы считаете всех вокруг аферистами? Или это профессиональная деформация владельца столь солидного банка?

Хартфорд рассмеялся легко, лениво, с оттенком цинизма.

– О, отнюдь не всех, миссис Грейстон. Лишь тех, кто умеет играть в эти игры. А вы, судя по всему, виртуоз в этом деле. Признаюсь, я следил за вами уже некоторое время. Ваш салон «Позолоченная рама» привлекает внимание не только коллекционеров.

Я молча ждала продолжения, ничем не выдавая интереса. Интересно, а кто вообще знает, что этот самоуверенный человек пришел ко мне? И сколько людей хватятся, если он не вернется?

– Итак, – Хартфорд небрежно прислонился к каминной полке, – давайте будем откровенны. Вы обладаете определенными… талантами. Опасными. И ваше владение магией иллюзий – это только верхушка. Знаете, что самое страшное в вас, миссис Грейстон? Это ваш ум и изобретательность.

– Вы слишком много обо мне знаете, – заметила я сдержанно. Моя выдержка уже была на грани провала. Давно мне так не щекотали нервы. – Интересно, какие еще тайны вы успели раскопать?

– Достаточно, чтобы понимать, что вы – именно тот человек, который мне нужен, – он улыбнулся, но в улыбке не было теплоты. За показным безразличием прятался голодный хищник. – Речь идет о моей племяннице, Флоре Уинслоу. Она только что окончила обучение в пансионе Святой Маргариты – весьма респектабельное заведение, как вы понимаете.

Я величественно чуть кивнула в знак одобрения. Любой, кто захочет покопаться в моей биографии, увидит отметку об окончании похожего пансиона, хоть мне ни разу не довелось посетить стены столь уважаемого учебного заведения.

– И вот, едва вернувшись домой, она встречает некоего Хьюго Тонбера, – продолжил Хартфорд. – Молодой человек производит впечатление – безупречные манеры, изысканная речь, намек на аристократическое происхождение. Он уверяет, что владеет поместьем в Сейлье, где планирует устроить свадьбу. Через месяц.

– Свадьба? – я удивленно приподняла брови. Девочка только из одной тюрьмы, и сразу добровольно согласилась на другую? Куда смотрят ее родители? Я бы еще поняла, если бы семья была бедной, но племянница Хартфорда слово «нужда» знает исключительно из словаря.

– Именно, – Хартфорд фыркнул с откровенным цинизмом. – Флора буквально ослеплена им. Девочка провела три года в пансионе, где ее учили вышивать крестиком и правильно держать чашку во время чаепития. Теперь она считает, что встретила «великую любовь». Как будто все эти романтические бредни из дамских романов вдруг стали реальностью.

Он сделал паузу, провел рукой по волосам.

– Видите ли, миссис Грейстон, я знаю, как это работает. Юная девушка, только вырвавшаяся из‑под опеки наставниц, встречает обходительного мужчину – и все, мозг отключается. Ей кажется, что это судьба, что она наконец‑то свободна, что нашла свою половинку. А на деле – просто гормоны и отсутствие жизненного опыта.

Я снова вернулась в кресло. На этот раз по‑настоящему, без иллюзий. И задумчиво постучала пальцами по подлокотнику

– И вы хотите, чтобы я выяснила правду? Поехала с вами и проверила, как хороши нервы у молодого афериста?

– Верно, – Хартфорд кивнул. – Вы поедете со мной как миссис Элизабет Грейстон, моя… скажем так, очень дальняя родственница. Интерес к антиквариату и старинным поместьям – ваше прикрытие. Поместье хоть и съемное, но обставлено неплохо. Вы сможете осмотреться, поговорить с людьми, использовать свои… особые таланты, чтобы выведать правду.

– Почему именно я? – мне решительно не нравилось, что гость не уговаривает, а ставит перед фактом. – Наймите обычного сыщика. Он вам информацию по этому Тонбери в зубах принес на следующий день.

– Потому что он будет искать улики, – лениво протянул Хартфорд. – А вы умеете видеть суть. К тому же, вы не связаны правилами. И, что немаловажно, вы не станете действовать открыто – это может ранить чувства Флоры. У нее и так сейчас все в розовом цвете… – он сделал паузу, – кто знает, что она выкинет, если ей сунуть правду под нос. Да и не факт, что поверит. Стану я дядей-злодеем, который лишает ее главной любви всей жизни. Пока обстоятельства требуют осторожности.

– Все равно не понимаю, – чуть нахмурила я брови. – Вы знаете, что он аферист. Я знаю, что он аферист. Что вы от меня хотите? Подтверждения или опровержения? И что вы будете делать с этой информацией? Флора вас все равно слушать не станет.

– Попробую выставить жениха в неблагоприятном свете… – начал Хартфорд, но после моего выразительного хмыка замолчал. Юная, впервые влюбившаяся девушка простит жениху даже убийство дядюшки. – В общем, по ходу придумаю. Несложно догадаться, что наш женишок торопится со свадьбой. Поэтому придется импровизировать. Вы же должны быть хороши в подобном.

Теперь-то мне стало понятно желание Хартфорда привлечь именно мою персону к решению своей проблемы.

– Не заставляйте меня хвастаться, – я небрежно повела плечом.

Интересно, как часто Чарльзу Хартфорду доводилось слышать слово «нет»? Все же человек его положения может доставить мне много неприятностей. С другой стороны, оказав столь незначительную услугу, как отдых на свежем воздухе, я могу получить что-то для себя. Незваный визитер прав, называя меня аферисткой, а такие люди сначала думают о выгоде, а уже затем оценивают последствия.