Надежда Савина – Взгляд из-за прицела. Ира в сердце войны (страница 5)
– Что ты будешь делать с щенком? – голос Тимура вернул Йосю к реальности.
– Что? – слегка растерянно переспросил парень. – А, ты про щенка… Не знаю, наверное, поговорю со старшим лейтенантом, может, он разрешит его оставить.
– А если нет? – Измайлов нахмурился.
– Тогда поговори с подполковником. Он знает, что тогда провернули мы с Алексеем. Поможет, наверное.
– Надеюсь, вон там, кажется, твой лейтенант?
– Старший, – машинально исправил Дима.
– Старший, – покладисто согласился фельдшер. – Идем, поговорим, что ли. Вместе, все же мы с тобой оба в эту кашу втянуты.
На лице у старшины невольно, но появилась улыбка, и он вместе Тимуром направились туда, где на платформе стоял старший лейтенант Исаев. Подойдя к нему, оба козырнули.
– Старший лейтенант Исаев, разрешите обратиться?
– Обращайтесь, – кивнул Исаев. Он был молод, всего лет на семь-восемь старше самого Димы. Почти одного роста с ним. Довольно широкоплечий и слегка худощавый с добрым круглым лицом, однако серые глаза смотрели серьезно, почти строго. Зато на щеках и на носу была отчетливо видна россыпь веснушек.
Дима коротко и по делу: все же срочная служба, да и война приучила его говорить именно так, рассказал о щенке. Старший лейтенант выслушал старшину, не перебивая.
– Значит, хочешь собаку забрать с собой, – внезапно он повеселел. – Ну что ж, старшина Давыдов, кажется, да?
– Так точно.
– А зовут как?
– Дмитрий. Можно Дима.
– Ну что ж, пойдем, покажите, что у вас за зверь живет, а там поглядим.
Увидев щенка, Исаев повеселел, и поглаживая пса по спине, кивнул:
– Я не против. Давай заберем его с собой. Команды он какие-нибудь знает?
– Знает, – за Диму ответил Тимур. – Лежать, сидеть, место. Я научил.
– Спасибо, – поблагодарил фельдшера старший лейтенант. Они отвязали пса от будки и повели на станцию, а вскоре, тепло попрощавшись с Измайловым и обменявшись с ним адресами, Дима зашел в вагон. Обычная теплушка, в которой раньше возили скот, но сейчас здесь были сооружены нары. Теперь здесь перевозят солдат.
– Ну как ты, приятель? – тихо пробормотал Йося, когда после ужина дал щенку котелок с остатками своего ужина. Тот, не привередничая, начал есть, видимо, успев проголодаться. Легкая улыбка тронула губы старшины, – все же он тоже любил животных, правда, больше кошек, но была у него такая слабость – и он начал поглаживать пса по спине.
– А фельдшер-то не соврал, пес действительно ученый, – к Диме подошел старший лейтенант, коротко покачав головой, увидев, что Давыдов собирается встать. Йося склонил голову в знак благодарности и подвинулся, освобождая место для командира.
– Поговорим? – предложил Исаев. – Неформально, разумеется.
Дима лишь пожал плечами, показывая, что он не против разговора.
– Откуда родом?
– Из Сызрани, – ответил Дима. – Это город…
– В районе Куйбышева, слышал о таком.
– Неожиданно, – для Давыдова это действительно было сюрпризом – Сызрань была маленьким городом, поэтому мало кто знал о ее существовании, особенно на фоне уже довольно крупного города Куйбышева.
– Да, я сам-то из-под Рязани, Сасово, не слышал о таком?
– Нет, – покачал головой Дима.
– Ну, я верю, что еще услышишь. А вот старшая сестра и жена моя с дочуркой в Куйбышеве сейчас. Я их сам в эвакуацию отвез, а потом прямиком на фронт. А вот мать из дома уезжать отказалась… А ты как на фронт попал?
– Добровольцем. К другу со срочной службы ездил. Война началась, ну я прямиком и в военкомат пошел. Сначала на краткосрочные курсы радистов попал, потом уже на фронт.
– А где успел повоевать?
– Харьков защищали. А вы, товарищ…
– Александром зови, – поправил его Исаев. – Все ж неофициально.
– А вы где побывать успели?
– Под Курском стояли. Наш фланг разгромили тогда, из окружения пришлось выходить, – задумчиво протянул Александр. – Вот тех, кто жив остался по разным частям и раскидали. Вот я сюда и попал, – командир погладил щенка по голове. Тот, уже давно съев еду из котелка, смирно лежал рядом с нарами.
– А фельдшер действительно научил его командам, – в голосе слышалась улыбка. – А зовут как?
– Не знаю, – честно ответил Дима. – Мы не успели имя ему придумать. Вернее, мой друг… старшина Журавлев… может и звал как-то, но как – я не знаю.
– Предлагаю его назвать Смелым. Ну, пес, как на это смотришь? – Исаев снова потрепал пса за ухом. – Я поговорю с поварами, поставим красноармейца Смелого на довольствие, еще несколько команд полезных разучим, так что будет он у нас настоящим бойцом. Не подрывником, конечно, – поспешил заверить Йосю старший лейтенант, увидев, как нахмурился Давыдов. – Что ж, надеюсь мы с тобой сработаемся, а теперь отбой всем, – командир ушел к своему спальному месту.
Дима тоже вытянулся на своих нарах, укрывшись шинелью и достал из кармана две бумаги. На первой довольно крупным, но аккуратным почерком было написано:
Перечитав адрес Иры еще пару раз, Дима убрал его в нагрудный карман, туда, где хранил еще адрес. Именно с него он и получил это письмо, однако прочитать в спешке и занятости последних дней, не успел. Это письмо пришло к нему из его родного города, что стоял на реке Сызранка. Это было письмо от его родителей. Дима тихо вздохнул и погрузился в чтение. Как же он все-таки скучал… Ведь последний раз парень видел своих родителей в тот роковой июнь тысяча девятьсот сорок первого года.
Глава 4. Ира
На часах только-только пробило десять утра, а я уже стояла перед воротами, которые отделяли меня от нового места службы. Поправив форму, подошла к молодому красноармейцу, стоящему в карауле перед входом. Он, увидев мои лычки, козырнул.
– Товарищ старший сержант, ваши документы? – с полувопросительной интонацией произнес парень. Я молча протянула ему свои документы. Быстро посмотрев их, парень открыл калитку и крикнул:
– Сергей Петрович, проводите!
– Пойдем, парень, провожу тебя, – ко мне навстречу пожилой мужчина, лет пятидесяти на вид. Одет он был не в форму: потрепанный полушубок, черные штаны из неизвестного мне материала, кирзовые сапоги. От одежды веяло духом махорки и еще какого-то табака. Меня слегка удивило, что такой человек забыл на военном объекте, однако вопрос задать я не успела, мужчина рассказал мне все сам.
– Сторож я местный, – произнес он. – Давненько тут обитаю. Здесь же раньше усадьба была. Графья Шереметьевы жили, тут я и родился значит-ся. Раньше у них в конюшенных ребятах бегал, потом как царя скинули, а в усадьбу советы пришли, сторожем стал. Ну и когда сюда недавно военные приехали, меня выгонять не стали. Вот и служу тут уже годков сорок как. А вот мы и пришли. Ну, ладно, пойду я. А ты, ничего, зови, коли помощь понадобится.
Сергей Петрович ушел, а я позволила себе улыбнуться. Все же меня устраивало, когда незнакомые люди думали, что я парень. Хотя на дворе уже был месяц март, на улице по-прежнему стояли холода, и мы носили зимнюю форму, хоть и аккуратно, однако она все равно была довольно бесформенной и скрывала все, что отличало меня от мужчин. Вздохнув, я оглядела здание, к которому подвел меня местный сторож.
Оно было большим. Трехэтажный дом п-образной формы невзрачного серого цвета. На больших окнах крест-накрест были наклеены белые полоски. Резные двери, сделанные, как мне показалось, из дуба, с массивными ручками, украшенными резьбой по дереву. Аналогичные украшения слегка выделялись и на самом здании, однако серый цвет делал их практически незаметными. И он настолько не подходил этому величественному зданию, что у меня закралась мысль, что его перекрасили специально. Еще раз поправив форму, я зашла внутрь.
Кабинет начальника этой школы располагался на третьем этаже. Там же находились и жилые помещения для командиров. Второй этаж был отдан под учебные классы, а вот на первом предстояло жить будущим курсантам, а также солдатам из роты противовоздушной обороны. Все же мы находились почти на территории Москвы, а немцы, хоть и не смогли взять столицу, обстреливали ее регулярно. Оказавшись перед кабинетом командира, я вздохнула, чтобы немного успокоиться, и, взяв себя в руки, постучала в дверь.
– Войдите!
– Товарищ капитан, старший сержант Ковальчук. Представляюсь по случаю прибытия для дальнейшего прохождения службы.
– Капитан Чегодаева Нора Павловна, начальник краткосрочных трехмесячных курсов снайперской подготовки, – за столом сидела невысокая, однако широкоплечая и коренастая женщина лет сорока на вид. Смотрела строго, сразу видно: свое дело знает. – Ирина, кажется? Как добралась?
– Нормально, – коротко ответила я. Поездка прошла действительно нормально, даже несмотря на то, что я оказалась в мужском вагоне. Однако и тут зимняя форма пришла на выручку – на меня никто не обратил внимания. Да и налетов по пути не было.
– Значит так, курсанты прибудут послезавтра утром. Все они прошли снайперскую подготовку в той или иной степени, некоторые из них также, как и ты уже были на фронте. Из таких мы и наберем командиров, взводов и отделений. Рота у вас будет одна. Тебя я определила в третий взвод. Будешь командиром. Опыт уже был?
– Помкомвзвода была.
– Вот и отлично, значит дело знакомое. Да, все командиры-офицеры живут, как тебе уже, наверное, сказали, на третьем этаже, а уж вам придется пожить вместе с курсантами. Пойдем, я покажу тебе казарму вашей роты. В час обед, до него, думаю, успеешь освоиться немного. В столовую сегодня и завтра сходишь вместе с офицерами, потом уже поставим на общее довольствие с курсантами. Сегодня-завтра, пока все только-только приезжают осмотрись на территории, а уж потом начнется работа. Все ясно?