Надежда Рыжих – Роман о детективе. Любви неясные мотивы (страница 12)

Злился, но работал… Искал возможные перышки вокруг дома. Поговорил с компанией подростков, которые могли что-то видеть, так как постоянно находились на улице. В последнюю очередь прошелся по подъезду…. Канарейка нашлась у соседского мальчика, так как птица без собственного домика – вольная, но лететь в дальние страны ей не по статусу, поэтому обретаться могла где-то неподалеку; что и сделала, перелетев по коридору в соседнюю квартиру.

– Она сама к нам залетела! – уверял мальчик громко, тоскливо оглядывая яркую «шалунью», с которой обстоятельства свели его ненадолго, и Ян с ним согласился. К старой даме никто в гости не ходил, а широко открываемая ею при передвижении дверь могла выпустить не только шуструю птичку, но и кого-то менее шустрого, если бы имелся в наличии.

– Не волнуйся, сынок, – успокоила сыночка мать. – Нужно отдать. Она чужая. Приблудилась. Купим себе такую же.

– Подобной больше нет! – горделиво заметила клиентка. – Моя – самая лучшая и не может приблудиться. Она – порядочная птичка, не вертихвостка какая-то.

– Конечно, она – вне критики! А мы, какую найдем, такую и купим, – успокоила и ее соседка. Видимо, не впервой было угождать привередливой старушке. Сынок понимающе кивнул головой, открыл, было, рот, чтобы что-то добавить, но строгий взгляд матери пресек вероятные разглагольствования.

– Вам нужна клетка. Конечно, самая красивая и единственная, – подсказал Ян, оглядывая всех поочередно. Соседи тут же закивали головами, признавая здравую мысль.

– Зачем? – удивилась старушка, не желая воспринимать совет детектива и явное одобрение соседки с ее сынком. – Целая квартира в нашем распоряжении. Она летает, я хожу. И ей не скучно, и мне весело! Она чирикнет, я отвечу… Ах, как мило!

– А если коты вашего двора об этом узнают и придут в гости без приглашения? – предположил Ян, еле сдерживаясь от душившего его смеха. – Форточки у вас, заметьте, иногда открываются, а во дворе роскошнейшие кошачьи экземпляры выгуливаются. Можете потерять пернатую красотку навсегда, если, конечно, не мечтаете о ее перышках в своей шляпке.

– Ваша правда, молодой человек. Клетка – это так пошло! Куплю ей особнячок, а сегодня пусть в коробочке поспит.

– Не забудьте коробочку вверх дном поставить, иначе ваша непоседа удерет снова. И кто знает, куда ее романтизм заведет в следующий раз? Освоив прилегающие к вашему жилищу квартиры, может приняться за летние окрестности, а не за горами осень, зима… Бедняжка любопытствующая у вас!

Клиентка хмыкнула. Детектив хохотнул, подмигивая соседке от чрезмерного озорства, и почти сразу покинул озадаченную даму, захрустев в кармане новыми «бумажками». Она допустила непростительную ошибку, выдав оплату без нотаций, морали, подколок, так как, вероятно, всерьез озаботилась безопасностью "члена своей семьи", но Ян не стал напоминать об изначально заведенном порядке завершения ее дел. Шутка могла сработать против него, а "найденное" настроение лучше сохранить, как можно дольше.

Возвращаясь в офис, меланхолично крутил баранку своего авто и насвистывал некую мелодию, пока не понял, что это – похоронный марш. Временно ушедшее в тайники души плохое настроение, вернулось обратно, но просидевшее невостребованным несколько дней, в полнейшем забвении, не так остро подействовало… Скрипучая лестница на второй этаж скрипела недолго, потому что он промчался по ней, перепрыгивая через ступеньки. Вошел к себе, постоял немного у двери, размышляя, зачем приехал сюда: отчет писать не нужно, так как дело расследовалось в присутствии клиентки… почти в ее присутствии, потому что каждые полчаса она умудрялась справляться, как продвигается дело и получала исчерпывающий ответ… Стоял, пока не надоело смотреть на помещение, остро требующее ремонта. Затем прошел к многострадальному столу и присел возле него. Задумался. Легкая печаль, и душевная горечь заставляли хмуриться, теребить волосы на голове, вздыхать… Думал он обо всем сразу и мешанина мыслей, образов вводила его в ступор. Рука неосознанно шарила по столу, пытаясь нащупать чашку, которую он так и не завел. Около полуночи стал собираться домой. Дел больше не было. С тоской подумал, что свободное время сейчас только во вред.

«Высплюсь с учетом будущих дел и на годы вперед», – решил мрачно. Встал. Попил затхлой воды из кувшина, но так и не понял, почему та пахнет неприятно. Осмотрел неуютную комнату, будто впервые увидел, и пошаркал, как старик, на выход. Окно успело захватить сгорбленную спину, будто на нее свалился тяжелый груз прожитых лет, бесстрастно отразило лохматую голову и осталось один на один со всем ночным миром… Перила цеплялись за пальцы старой краской, царапали кожу, ступеньки стонали, скрипели. Шел наощупь, потому что забыл сменить лампочку в коридоре – днем об этом помнил, но чуть позже забыл, снова утонув в своих переживаниях. Подозрительное шевеление неподалеку от уличной двери остановило его. В тени кто-то таился… тот, кто не желал быть обнаруженным раньше времени. Ян замер и настороженно всмотрелся. Тело его напряглось. Плечи распрямились. В голове закрутились догадки, кто бы это мог быть. Вроде, дел с криминальным уклоном пока не было, а то, чем до сего времени занимался, годилось только для журнала комиксов… Правда, наследное дело старой «интриганки» могло дурно пахнуть, но его роль там оказалась ничтожна: найти некоторых родственников. Никого не убил, не ограбил, не заставил ценой жизни отказаться от притязаний. Тем более, почившего миллионера не он упросил уйти в мир иной и не он командовал его состоянием. На то есть юристы! Настоящие юристы, не то, что он – «зеленый», никому до сего времени особо не нужный. Деловой мир был перенасыщен юристами, и потребность в них отсутствовала на данное время, поэтому Ян выбрал иную сферу деятельности, но консультировать при необходимости мог…

Коренастая фигура в ночи выглядела нелепой до абсурда: шляпа, надвинутая по самые брови; бесформенный плащ, будто снятый с толстяка; очки на пол-лица – и это темной ночкой; взгляд исподлобья, подбородок, утопающий в высоко поднятом воротнике… Лет сто назад Ян вполне мог не обратить внимания на подобный экземпляр рода человеческого – в то время было полно таких личностей, но сейчас это вселяло тревогу. Подумал о возможном ограблении, но мелочь в кармане не стоила усилий вора. Если попросят, сам поделится. Может, кто-то голоднее его. Опять же! Брести на окраину, чтобы ограбить, – смешно! Кого он мог обидеть, чтобы тот послал разобраться? Никого! Шумский, если бы питал неприязнь, мог это сделать еще раньше, а не тратиться на коньяк, катать на дорогущем авто, знакомить с женой… Кто тогда?! Старушка – божий одуванчик? Нет-нет! Ей нравится над ним издеваться. Зачем лишать себя удовольствия? Понадобится – дело найдет и оторвется на нем по полной программе. Оставались: либо обиженная канарейка, либо кот, придавленный слегка в двери, но тот, скорый на расправу, сразу вонзил когти в ногу, а еще пошипел, дабы устрашить. Из живых – все. Стаканы и прочая утварь мстить не умеют… Так, кто этот клоун и что ему надо?!

Заметив его появление и неожиданное колебание, субъект кинулся навстречу, но судорожно сжатые кулаки и бойцовская стойка его остановили.

«Значит, не маньяк и не поборник за некую справедливость», – с облегчением подумал Ян.

– Простите, что напугал, – неожиданным фальцетом выкрикнул мужчина. – Вы… настоящий детектив?

– Смею надеяться, что так, – осторожно ответил Ян.

– У меня к вам дело.

– Почему так таинственно? Если нашли вывеску, могли зайти и пояснить дело при свете, допустим, лампы, если яркий свет неприятен вам.

– В том и дело, что не могу. Боюсь, за мной следят, и малейший неверный шаг отразится на дальнейшей жизни, которая может значительно сократиться. Точнее, оборваться внезапно и окончательно!

– Но вы сделали этот шаг, когда явились сюда.

– Я принял некоторые меры.

– Если приняли меры, могли подняться в агентство, но… вам виднее, простите! Позвольте полюбопытствовать, какие же это меры? Профессиональный интерес, не более того.

– Береженого и Бог бережет, знаете! Снотворное для жены и охраны, черная лестница, мрак ночи и темные подворотни, и, что особенно по нраву, ваша темная улица. Точнее, закоулок, оторванный, будто, от самой жизни. Уж, простите за уточнение.

– Лаконично, но доходчиво. Человек вы состоятельный, но недоверчивый и осторожный. С чего решили, что буду на месте в такое позднее время?

– Окраина города… Значит, достатка нет, помощника нет и, как следствие, изнурительный труд допоздна.

– Вам не откажешь в проницательности. Зачем вам детектив, если сами в состоянии все распутать?

– Времени тоже нет. Дела фирмы таковы, что рабочее время проходит за столом и телефонным аппаратом, а выезд только по делу. Пытаясь разобраться в том, что происходит вокруг меня, нужно много суетиться. Это вызовет подозрения. Так вы беретесь за дело?

– Не сказали, в чем оно состоит. Вдруг не ко мне вам?!

Приближающиеся тяжелые шаги со стороны пустыря заставили нелепое существо вжаться в стену и прикрыть шляпой лицо. Ян отступил с натоптанной молодежью тропинки, пропуская дюжего молодца, который никак не проявил свое любопытство, занятый только висящей на его руке тщедушной особой в коротенькой юбчонке и кожаных мокасинах. Они прошли по улице дальше, завернули за угол и потерялись в свете ближайшего фонаря.