Надежда Олешкевич – Проклятый отбор, или Ведьме закон не писан! (страница 5)

– Тогда давай за мной, я твоим возницей буду. Прокачу до столицы с ветерком. Меня Норм зовут, – протянул руку.

Я глянула на его ладонь, потом на самого бандита. Может, это хороший шанс? Да, горничной было бы куда проще перемещаться по замку в поисках своего сокровища, но ведь Амелиса не продержалась бы на отборе и дня. Как будто я продержусь…

– Лиара, – пожала ему руку. – Что, мы в одной упряжке?

– До столицы так точно. Если хочешь, и потом могу помочь, я полезный.

Я присмотрелась к бандиту. Да, не красавчик. Из-под повязки торчали кучерявые волосы, бородка юношеская была. Нос кривоват, на щеке большая родинка, но он казался простым, легким, светлым.

– Хорошо, полезный, поехали. Только мне нужно платье из сундука достать и переодеться. Возле Сверкающего у нас появится сопровождение.

Знала бы я, с кем именно встречусь там, то ни за что не выбрала бы тот путь!

Глава 2

Сверкающий блестел в солнечных лучах. Он находился высоко на горе, к нему убегала извилистая дорога, словно большая толстая змея, ползущая в высокой траве, а в данном случае по расстилающемуся у подножия лесу. Это был неприступный, величественный город с острыми шпилями замка какого-то зажиточного дана. Одновременно навевал трепет, напоминая ощерившуюся шипами птицу, которая присела на верхушке и смотрела на округу прицельным взглядом, и восхищение. Умели люди строить красоту.

Нас ждали на развилке дороги. Две кареты и небольшое сопровождение в виде статных, в зеленых мундирах мужчин, восседающих на конях.

И хоть путь сюда оказался не из легких, потому что одеваться и менять внешность во время тряски было не очень приятным занятием, я смотрела в окошко с толикой предвкушения и азарта. Мне будто брошен вызов. Справлюсь ли с поставленной задачей? Сумею ли сыграть Амелису и не опозорить род Шан? Не то чтобы мне это сильно нужно, однако ради собственной цели я планировала отыграть свою роль с полной самоотдачей.

К нам навстречу выехал всадник. Что-то крикнул возничему, и наш экипаж остановился на обочине широкой дороги.

– Данира Шан? – подъехал мужчина ближе, и у меня внутри все заледенело.

Я узнаю этот голос из тысячи. Маг-имперец, который лишил меня всего!

– Меня зовут Тариан Форстан, я буду вас сопровождать до самого Влиумора, – произнес он с толикой недовольства, будто я сама навязалась ехать с ним и была обузой.

Пришлось спешно накинуть на голову шаль, чтобы имперец меня не увидел. Мужчина заглянул в окошко. Я отвернулась.

– Данира? – прозвучало требовательно.

– М-м, спасибо, – сказала я тонким голоском, усердно прикрывая лицо. И, подумав, что нужно притвориться трепетной и пугливой, добавила: – Простите.

Он хмыкнул, выпрямился. Как только развернул коня, я выглянула в пустой проем, чтобы проводить его взглядом.

Узнает! Одно неверное движение, и точно вычислит меня!

Внутренности сжались от холода, в животе стало ужасно пусто в напоминание, что сотворил со мной этот маг. Еще и давно зажившая рана после удара ножом почему-то заныла.

Я откинулась назад, начала лихорадочно придумывать, как буду выкручиваться из незавидного положения. Не ожидала, что доведется так скоро встретиться с ним. Еще это имя… Оно было на слуху. Что-то весомое, значимое, маг не из последних людей в империи Вайс, скорее всего, из той самой Девятки.

Помассировала виски. Опасливо выглянула в окно, где уже деревья убегали назад, Сверкающий медленно удалялся, а мы в числе последних из выстроившихся в ряд карет спешили в столицу.

Тариан возглавлял процессию. Ее замыкали несколько всадников.

Значит, имперцы…

Ненавижу этих солдат. Ненавижу все, что с ними связано. Ненавижу магов.

Меня переполняли сейчас ядовитые эмоции. Над головой медленно сгущались тучи, трава шелестела, словно отзываясь на мой гнев.

Да, я не могла толком колдовать, но с природой общалась, часто взывала к ней, вот только слишком тихо, чтобы она услышала – источник почти весь заморожен. Раньше мой внутренний голос был похож на крик, щедро подпитанный энергией, теперь – на приглушенный шепот. Попробуй услышь его.

Пять лет я жила калекой, у которой отобрали разом все органы чувств и даже способность говорить с окружающим миром. Ковыляла как-то. Вставала на ноги. Боролась с отчаянием и своей ненавистью, ибо они мне не помощники, они слишком темные, чтобы ими дышать.

Я Дайтри. Хранительница! Мне нужно вернуть росток на место, иначе быть беде. По слухам, она уже давала о себе знать неожиданными вспышками магии.

Иитарьян – мир, один из многих на древе Тар-дан, которое проросло из утерянной старым вороном семечки в момент магической бури. Мы ютились в Кроне, были близко к свету, к нам через Ведьмины круги редко заглядывали монстры, что не могло не радовать. Но имелся недостаток. Избыток магии!

Я посмотрела на спящего под противоположной лавочкой ежа, которому было неуютно среди вещей. Потрогала свой кулон, доставшийся мне от матери.

– Во всем должен быть баланс, – тогда сказала она и впервые показала мне проклюнувшийся из земли росток. – Он помогает уравновешивать силу, приносит гармонию. Наши предки выпросили его у хранителя, у самого Странника, чтобы прекратить магические бури. Больше нет невероятно одаренных, способных в одиночку расправиться с целой армией или очень слабых магов. Все относительно равны, с одинаковым потенциалом. И чтобы чего-то добиться, нужно приложить много труда, больше никто не получает силу из ниоткуда.

– А я? – тогда спросила я у матери.

– Ты – тоже.

– Но я чувствую, что на многое способна. Уже сейчас без труда взращиваю деревья и говорю с животными, хотя мне только двенадцать лет.

– Ты разве не тренируешься? Разве не сбегаешь в лес, чтобы поговорить со своей стихией? Разве не ночуешь порой в норах рядом с лисами, потому что там тебе уютнее, чем на собственной кровати?

Кулон остался висеть на моей шее, лег в ложбинку между грудями, я снова выглянула в окно, проверяя местонахождение Тариана. Вот так живешь в гармонии с природой, никого толком не трогаешь, хотя о ведьмах всегда ходили возмутительные небылицы из разряда, что они превращаются в монстров и нападают на людей или совращают женатых мужчин на сеновалах, а потом появляется имперец, чтобы забрать все самое дорогое, что у тебя было.

Как ему, хорошо спалось после нашей встречи? Не снились кошмары? Сопутствовала удача? Хотя такому человеку не нужна она, сам возьмет все, что захочет, и даже не подавится.

Впереди показались подвесной мост через обрыв, в недрах которого бурлила горная река, и столпившиеся перед ним три телеги, доверху набитые товарами и зверьем, видимо, их хозяева хорошенько закупились в ближайшем городе. Мужчины жарко о чем-то спорили, несколько ребятишек и одна девочка играли в догонялки, женщины покрикивали на них, не разрешая далеко отбегать.

Наша процессия остановилась. Я выглянула в окно и увидела двоих отделившихся от нас всадников, одним из которых был Тариан.

Небо серело. Внутри зарождалась неясная тревога. Ром, почувствовав мое волнение, словно оно имело запах, задергал носиком и открыл глаза.

– Лиара, мы уже приехали? Я устал лежать, хочу бегать. И мух здесь нет.

– Потерпи, скоро переберемся на противоположную сторону, а там и до места ночлега недалеко, его отсюда видно, – сказала я и потрогала свой кулон в виде трех наложенных друг на друга листьев.

Тревога нарастала. Я глянула на мрачное небо, по которому недовольный чем-то ветер гнал низкие облака, потом на убегающий вправо и скрывающийся за густыми деревьями обрыв. Природа будто кричала, предупреждала. А я была глуха. Видела, но не понимала.

– Лиара, ты какая-то некрасивая стала, – отвлек меня еж. – Признавайся, это все тряска, твое лицо от нее разбухло? Вот говорил тебе, что не доверяю этим каретам, они странные, двигаются на круглых штуках. Другое дело ножками да по травке, чтобы брюшко щекотало. Здесь не щекочет, тут все подпрыгивает и стучит.

– Нет, это косметическое зелье, – сказала и выглянула в окно. – Попыталась сделать из себя Амелису.

– Раньше было лучше, – не оценил Ром.

Люди о чем-то договорились и начали расходиться. Один из них направился к катушке с толстой цепью. Дотронулся до ручки и толкнул, остальное проделывая с помощью магии.

Раздались размеренный звук работающего механизма и скрип петель, мост начал опускаться на противоположную сторону обрыва, к нему подъехала первая телега с детьми и клетками с птицей.

У меня внутри все сжалось. Я не смогла усидеть на месте, распахнула дверцу и, подхватив юбки, побежала к ним. Плохо, что стояли далеко.

Мост опустился, телега покатилась вперед. Передо мной остановились два коня, но я обогнула их и поспешила дальше.

Думала, сейчас подует сильный ветер, их столкнет, или доски вдруг проломятся. Много вариантов! Попыталась воззвать к запряженной лошади, поторопить ее, но в последний момент решила, что лучше вернуть на эту сторону, потому что она ближе. Животное вроде бы отозвалось. Замедлило ход. Я ускорилась, едва не споткнувшись о кочку.

Ответственный за мост мужчина крикнул, чтобы не стояли, двигались быстрее. Он не держал рычаг массивной катушки, не удосужился ее зафиксировать.

Ветер вдруг замер. Я заметила всполох воздуха, и цепь резко начала натягиваться, поднимать навесную часть моста. Проявила себя сырая магия, она будто показывала недовольство, что ее использовали.