Надежда Моргунова – Дом, которого нет (страница 5)

Либо ныряйте, либо отойдите от берега.

Часть 42.

Дешёвая помада.

Я знаю Надежду с конца 2024 года. С того самого момента прошло уже пару лет. Впервые я встретил её в «Караоке Сингер» — не самое плохое место для Москвы.

Я долго жил в Европе, окончил престижный вуз в Амстердаме. Но с русской фамилией там долго не проработаешь, пришлось вернуться. Сейчас я топ-менеджер банка, чьё название начинается на „С“.

Видел всякое, но таких странных, как Надежда, — отродясь не встречал. И именно поэтому мне было с ней чертовски весело.

Мы пели песню про «Пежо» и «Ты меня не ищи, я страдать и плакать не буду». Как в воду глядели. Всю ночь кутили: рестораны, такси, безумные маршруты. Мне хотелось показать ей, что бывает по-другому. Её первой фразой было: «Я ничего есть не буду, и пить тоже. У меня никогда не хватит денег за всё это заплатить!». Это вызвало у меня лёгкую улыбку: «Расслабься, всё уже оплачено».

Потом я заметил, что её помада «потекла». Она отмахнулась: «Я знаю, она просто… дешёвая». Я, недолго думая, достал телефон и открыл приложение: «Какая марка тебя устроит?». «Givenchy. Le Rouge», — даже не задумываясь, выпалила она. «Отлично», — говорю я и кладу в корзину несколько десятков помад, тушь, «тоналку», духи. Она смотрит на меня квадратными глазами, не понимая, что происходит. «Пиши адрес, куда доставить». Она пишет… пункт выдачи посылок, где подрабатывает. Я сильно смеялся. «Ладно, привезут тебе чуть попозже, сейчас четыре утра».

Никогда не видел у женщины такого ступора. Это развеселило меня ещё больше. Мы долго танцевали. К тому моменту я так напился, что даже встал на колени и подарил ей цветы. А потом просто отвёз её домой и уехал — у меня в тот день был переезд с Кутузовского.

Она прислала голосовое: «Спасибо. Никто этого не делал для меня. Это очень мило».

А я просто сделал то, что должен был сделать для неё кто-то другой, но так и не сделал.

Часть 43.

Время перестать быть «подающей надежды».

Время стать «имеющей Дом».

Часть 44.

Разговор во Вкусной Точке.

Я приехала расстроенная. Сестра сказала, что дом стоит несколько миллионов. Мечта снова отодвинулась. Зашла во «Вкусную Точку», села, уткнулась в свои мысли.

И вдруг слышу — за соседним столиком разговаривают двое. Спокойно, уверенно. Один говорит: «В детстве ты нахлебник. Потом наёмный работник. А потом — владелец дома». Я замерла. Прислушалась. Они обсуждали какие-то этапы, какой-то путь. Это было так чётко, так в тему.

Я не выдержала и сказала: «Вы интересные люди». Оказалось, они — наставники. Мастера игры. И не только по жизни, но и по шахматам. А я в детстве была чемпионом по шахматам.

Мы поговорили. И, кажется, это был не случайный разговор. Это был знак: дом будет. Всё идёт по плану.

Часть 45.

Благодарность.

Я всегда старалась помогать музыкантам. Покупала биты, поддерживала проекты, отдавала последнее. А когда случился пожар и помощь понадобилась мне — почти все исчезли. Почти.

Но один человек всё-таки помог. Мой преподаватель. Он помог не сильно, не спас, не решил всех проблем. Но его помощь была очень милой, своевременной и искренней. Такой, о которой я вспоминаю с теплом.

Спасибо вам. За то, что не прошли мимо. За то, что в тот момент, когда рушился мир, вы просто были рядом. Это дорогого стоит.

Часть 46.

Как мою машину «угнали» в Сколково.

Приезжаю — машины нет. Вообще. Пустое место. Я в панике: угнали! Звоню в ГИБДД. Там никто не в курсе, но говорят: «Вам стоит заняться поиском самостоятельно».

Мне звонить некому. Отец — лежачий инвалид. Я попросила того, в ком была уверена, что он не откажет. И мы отправились на поиски.

Мы с моим преподавателем по вокалу кружим на его машине по всему Сколково, ищем, нервничаем. Там было какое-то мероприятие, и все припаркованные машины просто убрали. В целях безопасности. Мою — куда-то эвакуировали, и никто не знал, куда.

Уже на выезде я поворачиваю голову — он говорит: «Вообще-то вроде похожа!». Я отвечаю: «Нет, это не она». Но мы вышли — и нашли. Нашли случайно. Около вокзала. Того самого, где поезда. Она просто стояла там, одинокая, ждала нас.

Преподаватель - мне её «прикурил», и мы уехали. Вот так я узнала, что даже машины в Сколково подчиняются расписанию мероприятий.

Часть 47.

Шахматы, в которые никто не играет.

У меня сложный мозг. Правда. Я всегда думала, что люди вокруг плетут интриги, выстраивают многоходовки, играют в свои шахматные партии. Я искала скрытый смысл, пыталась понять их стратегию.

А потом я поняла. Они не играют. Они просто... тупые.

И это, знаете ли, очень отрезвляет. Ты перестаёшь бояться чужих ходов, когда осознаёшь, что никаких ходов нет. Есть только ограниченность и примитивные мотивы.

Так что теперь я играю сама с собой. И, кажется, выигрываю.

Часть 48.

Погоня за телефоном в Сколково.

Однажды я приехала в Сколково на такси. Уставшая, задумчивая, выхожу из машины — дверь закрывается, машина отъезжает. И тут я понимаю: телефона нет. Он остался в том такси.

Я — торможу первую попавшуюся машину. Водитель — мужчина — опускает стекло. Я кричу: «В погоню! У меня телефон там!». Он смеётся и говорит: «Давай, поехали!».

И мы помчались. Догнали то такси. Я вся на нервах, выбегаю — а водитель такси уже сам заметил телефон и ждёт меня с улыбкой. Все смеялись. Я — от того, что всё обошлось. Они — от того, как я тормозила машины и кричала «в погоню».

Вот так в Сколково у меня однажды был свой маленький фильм.

Часть 49.

Тапочки международного образца.

Когда я занималась у своего международного преподавателя по вокалу, у него был особый метод. Нет, не дыхание. Не распевки. Тапочки.

Он снимал их с ног и угрожал мне. Говорил: «Если будешь плохо петь — я в тебя кину». И я пела. Честно. Старалась.

Кинул, кажется, всего один раз. И то — мимо. Видимо, я всё-таки попадала в ноты.

Это - великий педагог. И его тапочки я запомню навсегда.

Часть 50.

Как меня однажды «не узнали».

Решила проверить. Спросила у одного человека: «Помните ли вы меня?». Думала, может, забыл. Может, вылетело из головы.

А он так удивился и говорит: «Это шутка? Как тебя вообще возможно забыть?».

Приятно. Значит, я всё-таки «оставляю след».

Часть 51.

Песня, которую мне почти «продали» за 300 тысяч.

У меня была чудесная композиция. Мы написали её вместе на студии. Я вложила в неё душу, время, силы. А потом этот человек предложил мне... купить её. За 300 тысяч рублей. Песню, которую мы создали вместе.

Это даже не укладывается в голове. Но я запомнила.

Прошли месяцы. Я показала эту песню своей проектной команде. Они послушали и сказали: «Отличная вещь! Почему же вы не выпустили её?». Я ответила: «Это не с моей стороны».

Они: «Ну ладно, забудь просто об этой песне. Мы сделаем лучше».

И я сказала: «Вот за это я вас и люблю». За то, что они не продают, а создают. За то, что с ними можно идти вперёд.

Часть 52.

Предложение, которое меня почти «сломало».

Я хотела закрыть гештальт. Знаете, такое простое, лёгкое желание — спеть вместе. Без претензий. Без контракта. Без «выпусти меня на великом лейбле». Да хоть караоке.