Надежда Макеева – Дневники Жрицы (страница 1)
Надежда Макеева
Дневники Жрицы
Глава
ДНЕВНИКИ ЖРИЦЫ.
Вступление.
Когда -то около 500 лет назад существовал в Южной Индии Храм , носивший название Храм Знания и Любви..
В этом Храме жили Жрицы, которые поклонялись Господу Шиве и несли Миру знания о том как жить в Гармонии со всем миром и уметь сохранять Любовь в своем сердце, чтобы ни происходило в жизни..
Эти женщины обладали древними знаниями , которые мы можем применять и в наши дни...
Девочки с детства воспитывались в Храме..
Их сердце было полно Божественной любви, и человек начинал чувствовать много любви, просто находясь рядом с ними...
Девочки с ранних лет изучали Древние Священные писания на санскрите, и несли Миру знания , которые получали от своих духовных учителей...Знания О Божественной Любви..
Это был их путь служения Богу..
Я когда -то тоже жила в этом Храме и решила поведать миру о нем..
Глава 1. Я Жрица
Меня зовут Мохини.
Я живу в Храме Знания и Любви. Я попала сюда в шесть лет, когда потеряла родителей. Мама очень любила меня, но сейчас её нет рядом. Я храню в сердце воспоминания о ней — её тёплые ладони, запах жасмина в волосах, тихий голос, когда она пела мне на ночь. Она была очень родной, очень тёплой. Моя мамочка.
Сейчас мне пятнадцать.
Храм стоит на холме, окружённом густым зелёным лесом. По утрам туман спускается с гор и ложится на крыши, и кажется, что храм плывёт в облаках. А когда солнце поднимается выше, туман рассеивается, и открываются бесконечные рисовые поля, пальмовые рощи и далёкие синие вершины, уходящие в небо.
Как необычна Индия. В ней переплетаются мудрость веков, роскошь дворцов и в то же время простота людей, которые живут, слушая зов природы и своего сердца. Они называются протодруидами — я слышала это слово от старших Жриц. Они не строят больших домов, не накапливают богатств, но в их глазах всегда живёт спокойствие, которого я нигде больше не видела.
Мой Храм учит людей, что жить нужно по зову сердца, всегда чувствуя любовь. И служить Богу. Это простое правило, но чтобы следовать ему, нужна вся жизнь.
У меня есть всё, что нужно для счастья. Подруги, с которыми мы выросли вместе и стали сёстрами. Красивая одежда — лёгкие сари из тончайшего шёлка, цвета которых напоминают о закате над Гангой. И мой Господь.
Каждый день я занимаюсь служением в алтаре.
Господь моего сердца — Шива. Он стоит в глубине алтарной, в полумраке, где мерцают масляные лампы. Его каменное тело отливает золотом от сандаловой пасты, которой мы умащиваем Его каждое утро. Гирлянды из жасмина и бархатцев обвивают Его шею, и воздух в алтарной всегда тяжёлый от цветочного аромата, смешанного с дымом благовоний.
Он — изначальный мужчина. И у Него своенравный характер. Его легко умилостивить и легко разгневать. Иногда я подхожу к Нему и чувствую, как от Божества исходит тепло,и я чувствую Его рядом. Он смотрит на меня и улыбается. В такие моменты я знаю — я не одна. Он со мной. Он защищает меня. Он мне как Отец.
Каждый день я готовлю для Него вкусные, ароматные блюда. Рис с шафраном, сладости из молока и мёда, фрукты, которые мы собираем в храмовом саду. Я ставлю подношение перед Ним, читаю особые мантры и закрываю глаза. В тишине я слышу, как Он принимает мое подношение — не словами, не звуками, а тем особым покоем, который разливается в груди, когда делаешь всё правильно.
Моя жизнь полна ярких огней. Свечи, лампы, блики солнца на золотых куполах. Но она не предназначена для семьи. Я родилась, чтобы служить Богу. И помогать другим почувствовать любовь. Те, кто общается со мной, становятся счастливее, и я всегда могу указать путь, куда им двигаться дальше. Это не моя заслуга — это просто течёт через меня, как вода через родник.
А ещё в моей жизни есть танцы.
Когда я танцую, я забываю о времени. Мои ступни отбивают ритм по прохладному каменному полу, браслеты звенят на щиколотках, пальцы складываются в мудры, рассказывающие истории, которые старше самого храма. Я кружусь, и сари разлетается цветным облаком, и кажется, что я не касаюсь земли. В танце я могу выразить всё, что не умею сказать словами. И это тоже моё подношение Богу.
С самого первого дня в Храме я обучалась танцам. Моя первая наставница, старая Жрица с седыми волосами и глазами цвета ореха, ставила мои ноги в правильные позиции, поправляла спину, учила дышать в ритме. Я плакала от усталости, но не хотела останавливаться. Потому что, когда я танцую, я чувствую в моем сердце много-много любви.
Это моя жизнь. И я счастлива в ней.
Глава 2. Настя и Женские Круги
Наши дни.
Комната, где мы собираемся, всегда готова к Кругу. Уже скоро придут девочки .Я зажигаю свечи — высокие, в стеклянных подсвечниках, они будут стоять по кругу, очерчивая границы нашего пространства. Пол укрыт тёплыми пледами и мягкими подушками — чтобы можно было сесть, лечь, прижаться щекой к тёплой ткани и чувствовать себя в безопасности.
В углу тлеют палочки сандала, и тонкий дым вьётся к потолку, смешиваясь с ароматом сухих трав, разложенных по маленьким глиняным чашам. Я люблю этот запах — он густой, сладкий, немного терпкий. Он напоминает мне о храме, которого я не помню, но который живёт где-то глубоко в теле.
За окном уже темно. Город шумит где-то далеко, приглушённо, будто в другой вселенной. А здесь, внутри, — тишина, которую мы создаём своими руками. Своими сердцами.
В центре комнаты, прямо на полу, я начинаю создавать алтарь.
Я люблю это делать руками. Чувствовать доски под ладонями, их прохладу, их шершавость. Никакой ткани, никаких покрывал — только пол, только наши дары, только огонь.
Сначала я ставлю круглый стеклянный поднос. Обычный, из кухонного шкафа. Кто-то печёт на нём пиццу, а я ставлю на него свечи. Мне нравится эта мысль — что священное рождается из обычного. Что не нужно особых сосудов, чтобы создать алтарь. Нужно только сердце.
На поднос я ставлю три свечи. Высокую белую в центре, две поменьше — по бокам. Стекло будет отражать их огонь, множить свет, разбрасывать по полу золотые блики.
Вокруг подноса я раскладываю цветы. Белые розы, которые пахнут сладко и немного горько, как память. Бархатцы — ярко-оранжевые, почти светящиеся в полумраке. Несколько веток жасмина, которые я купила утром на рынке, — их тонкий, нежный аромат переплетается с сандалом. Лепестки я рассыпаю по полу, создавая круг внутри круга. Они ложатся на тёмное дерево, и свечи будут отражаться в их влажной, живой поверхности.
Между цветами я раскладываю камни. Розовый кварц, который нашла в горах. Агат — для любви к себе. Лабрадорит, переливающийся синим, — для связи с глубинным знанием. Они лежат на лепестках, и огонь свечей отражается в их отполированных гранях.
Рядом — маленькие глиняные чаши с травами. Шалфей для очищения. Лаванда для спокойствия. Розмарин для памяти.
Алтарь готов. Пустой. Живой. Ждущий.
Девочки приходят по одной. Я встречаю их у двери, смотрю в глаза, чувствую, какая энергия пришла сегодня. Кто-то усталый, кто-то взволнованный, кто-то светится изнутри, как лампа, прикрытая тканью.
— Заходите , мои дорогие девочки.
Они снимают туфли, сапоги, кроссовки. Босые ступни ступают на тёплый пол, и я вижу, как плечи опускаются, как расслабляются лица.
Они садятся в круг, на подушки, укрываются пледами, если зябко. Я жду, пока все устроятся. Кто-то сразу закрывает глаза, кто-то рассматривает алтарь, кто-то перебирает пальцами лепестки, лежащие на полу.
— Девочки, — говорю я. — Алтарь сегодня ждёт ваши дары. Это наш общий алтарь. Каждая может положить на него то, что хочет зарядить. Украшения, камни, что-то дорогое сердцу. Пока они будут лежать в кругу, в свете свечей, они будут наполняться нашей энергией. Нашей любовью. Нашей силой.
Первая встаёт моя старая девочка — та, что приходит уже три года. Она снимает с шеи тонкую серебряную цепочку с маленьким лунным камнем. Осторожно кладёт на стеклянный поднос, рядом со свечами, прямо между ними, чтобы камень лежал в центре. Её пальцы задерживаются на секунду — шепчет что-то, что слышно только ей.
— Я кладу это для силы, — говорит она, садясь на место. — Чтобы помнить, что я могу.
Другая девочка, новенькая, мнётся, но потом снимает браслет — сплетённый из нитей, с маленькой бирюзовой бусиной. Кладёт на поднос, рядом с цепочкой.
— Это мне мама подарила, — говорит она тихо. — Я хочу, чтобы он напомнил мне, что я не одна.
Третья, высокая, красивая, та, что привлекла моё внимание с порога, долго смотрит на свои руки. Потом снимает кольцо — золотое, с маленьким красным камнем. Я вижу, как оно блестит в свете свечей, когда она держит его на ладони.
— Я ношу его каждый день, — говорит она. — Оно как щит. Чтобы не чувствовать. Сегодня я хочу… я хочу его зарядить. Чтобы оно помогало мне чувствовать. А не защищаться.
Она опускается на колени и кладёт кольцо на поднос, рядом с другими украшениями. Её пальцы дрожат. Я вижу, как она сжимает губы, чтобы не расплакаться.
Девочки по очереди подходят к алтарю. Кто-то несёт камень, кто-то — маленькую статуэтку, кто-то — мамину серьгу, которая стала талисманом. Алтарь наполняется. Серебро, золото, камни, дерево, нити — всё это лежит на стеклянном подносе, среди свечей, и огонь отражается в каждой поверхности, множится, становится десятками маленьких огней.