Надежда Храмушина – Тени на чёрной воде (страница 20)

Она вздохнула, закрыла рукой глаза, посидела молча, и добавила:

– Судьбу не обманешь. И её наказанию нет срока давности.

– Почему Вы не убили пауков, пока они были в собаке? – Спросила я.

– Пока была жива собака, я боялась испортить всё, вызвать какую-нибудь новую беду. А когда умерла собака, я бросила её труп сразу же в печку в бане. И дверку закрыла на завёртку. Сидела возле неё, пока она полностью не прогорела. А потом открыла, посмотрела, ничего в печке не осталось, одна зола, всё сгорело подчистую. Я захожу в ограду, а там мёртвая собака моя лежит! Как будто я её только что не кинула в печку, и не сожгла! Я ещё раз её отнесла и ещё раз спалила. Но она всё так же лежала у меня в ограде.

– А где блокнот Ваш, с помощью которого Вы годы себе добавляли? – Вдруг спросил за моей спиной Сакатов.

– У этого погорельца красноглазого остался! – Ответила баба Нюра – Как только он вытащил его из огня, когда Витька хотел тот блокнот спалить, то с ним и исчез, и больше не появлялся. Да мне он и без надобности был. Итак, только горе да слёзы нам обеим с Элкой принёс. Никого незаслуженные подарки не делают счастливыми. И чужие слёзы, словно поток, смоют всю построенную на них жизнь. Сейчас и Леночке не помочь, инвалидом стала. И Катя сказала моей сестре, что лучше бы тогда её мать прямо в детстве умерла, и не мучились бы столько лет все. Всем плохо. Не знаю уж, чем вы там собрались убивать паука, да только не обычный он, и вряд ли вам удастся его убить!

– Посмотрим. – Сказала я – А вы чем его кормите?

– Кормлю? – Она недоумённо посмотрела на меня – Да я, как на полотенце перенесла его в подпол, так больше туда и не заглядывала, закрыла его на замок. Думала, может он там сдохнет.

– Он уже размером с хорошую собаку. – Сказал Сакатов – Сантиметров шестьдесят, когда на лапах стоит.

– Тогда он был небольшой, с ладонь. – Она показала, какой он был.

– А Птошала к Вам больше не приходил? – Спросил Сакатов.

– Нет, он, когда уходил, мне сказал, что теперь будет ждать меня у себя дома. А чтобы я точно пришла, он мне вот какую отметину оставил, сказал, что это ключ от его дома.

Баба Нюра повернулась к нам боком и подняла кверху рукав на футболке. На правом предплечье у неё было чёрное пятно в виде широкой буквы «Н» с наклонной второй палочкой.

– Что это обозначает? – Спросила я.

– Он же сказал, что ключ. – Он опустила рукав и добавила – Я знаю, где его дом. И знаю, что меня там ждёт.

Мы с Сакатовым снова переглянулись. Да, Птошала себе немало за все эти столетия душ насобирал. И себе неплохое место в аду, наверное, этим обеспечил.

– Ну что ж, Анна Фёдоровна, оставайтесь пока в доме. – Сказала я – Мы попытаемся разобраться с вашим квартирантом. Может, если найдём способ его ликвидировать, то и ваша семья освободится от проклятия, не только Даша. Алексей Александрович, придётся тебе снова искать выход из нашего непростого положения. Со своей башкой паук может не захотеть так просто расстаться.

Баба Нюра осталась сидеть, а мы снова пошли в свою комнату.

– Ну, что ты думаешь про это всё? – Спросил меня Сакатов.

– То, что она невинная жертва, я не верю. А остальное, наверное, всё правда. Не похоже, что она для себя хотела здоровья. И я верю, что блокнота у неё больше нет. Если она родилась в тот же год, что и Элла, то ей сейчас восемьдесят с лишним лет. Она и выглядит на них, и здоровьем не пышет. Те десять лет, что она вначале своей жизни отхватила, уже и не увидишь на ней. Всё прошло. И знак на руке не похож на обычное тату. Одно радует – Птошала сейчас сидит в своём аду. А с пауком не знаю, что делать. Если он и в печке не горит, тогда вся надежда только на то, что именно нож Ильи сможет его убить, он же против таких вот демонических созданий и создан. Ладно, не отвлекайся, ещё поищи что-нибудь про то, как можно волшебного паука уничтожить. Но не впервые же он такой появился на земле!

– Я посмотрю, но это уже по второму кругу. Я вчера добросовестно все записи пролистал про таких модифицированных пауков. И Синицкий тоже искал. Против таких пауков всё больше всякие колдуны выступали, а если простые смертные с ними боролись, так только какие-нибудь богатыри с особым оружием. Но спорить не буду, выход должен быть. Напишу ещё одному своему приятелю. Давно с ним не встречались, надеюсь, что он меня ещё не вычеркнул из круга своего общения. Да, Ольга, как ты думаешь, что за человек явился на остановке с такими добрыми советами?

– Я сначала подумала, что это какой-то колдун. Но какой интерес и выгода колдуну от того, что будет с семьёй бабы Нюры и с пауками? Потом подумала, что это потомок знахарки. Могла ведь она ему передать отчёт о своих делах, чтобы он продолжил этим заниматься после её смерти?

– Вполне. И это похоже на правду. Встретить бы его! Наверняка он знает, как нам поступить с пауками! – Поразмышлял Сакатов, а потом добавил – А что, если это был сам Птошала? Вдруг за все эти годы он научился на себя личину человека надевать?

– Ты же говоришь, что такие сущности свою истинную форму редко меняют.

– Так это я так думаю, ещё так кто-то так думает, а он – бац! И сменил личину.

– Но ведь он с ней попрощался?

– И что? С ней попрощалась головёшка с красными глазами, потом ему в аду демоны дополнительные опции накрутили. Он теперь, может, периодически на землю поднимается, так сказать, в новом звании. Что-то мне подсказывает, что это именно так и есть. Птошала за три тысячи лет карьеру себе сделал. Головокружительную, как сейчас говорят. Сначала простой курицей был, потом мелким бесом в караванах промышлял, потом у колдуна колдовству научился, потом начал жизни у людей отбирать. Вот так и дослужился до полноценного демона. И видишь, даже домом там своим обзавёлся.

– Ты прямо так говоришь, будто любуешься им!

– Меня всегда привлекала целеустремлённость и воля к победе.

Я вышла во двор и села на завалинку. Так тихо! И тут мне пришла мысль. Я набрала Светлану Николаевну, и она сразу мне ответила.

– Светлана Николаевна. Сейчас я разговаривала с бабой Нюрой, и в разговоре промелькнуло, что Лена, Катина мама, в одно время с Дашей заболела, и до сих пор у неё тоже серьёзные проблемы со здоровьем. Мне кажется, Вам надо идти к ним, и поговорить с ними начистоту. И послушать, что там бабушка скажет. Лене и Даше поможет только то, что мы уничтожим этих пауков. И что скажет на это бабушка Кати, потому что именно она предложила такой способ снять с их родни проклятье. Я не думаю, что она смирится со смертью своей дочери. От Кати она отвела беду, передав проклятье Даше. А от Лены не смогла.

Я, как могла, объяснила ей связь всех событий, и она мне пообещала, что прямо сейчас к ним и пойдёт. А потом добавила:

– Дашу с собой возьму.

– Вы уверены? – Засомневалась я в её решении.

– А что нам терять? Если в ближайшее время ничего у вас не получится, нам с Дашей уже никто не поможет. А Лена меня поймёт. Раз она не участвовала в колдовстве своих родственниц, то у меня только на неё вся надежда. Потихоньку с Дашей дойдём до них. Они же рядом живут. Второй этаж, невысоко ей подниматься.

Я уже начала волноваться, время идёт, а Ильи всё нет. Звонить ему не буду, вдруг он в дороге. Не любит он, когда ему в это время кто-то звонит. Я вышла на улицу, прошлась к реке, постояла на берегу. Возле самой воды отдыхала компания, было шумно. А мне хотелось тишины. Я снова вернулась во двор. Какое-то состояние усталости навалилось на меня. Не хотелось ни двигаться, ни разговаривать. Даже думать. Так и сидела с пустой головой, в которой не рождалось ни одной мысли.

Послышались шаги. Сакатов подошёл и сел рядом.

– Нашёл что-нибудь? – Спросила я его.

– Не знаю пока, но давай вместе порассуждаем. Смотри, знахарка сказала, что за всё надо платить, но не сказала, кто это наслал. А само оно не могло прийти, если кто-то не приложил к этому руку.

– Не поняла. Что значит, кто наслал? Это же карма!

– Оля, карма, это когда ты пнула ногой собаку, а потом подскользнулась и сломала эту ногу. А если ты пнула собаку, а потом на этой ноге появился паук под кожей, это похоже на карму?

– Да, это наказание!

– От кого?

Я задумалась. От кого приходит наказание?

– От высших сил. – Уверенно ответила я – Кто-то следит ведь за равновесием во вселенной.

– А откуда высшие силы знают, что равновесие нарушено? Они что, за каждой собакой следят?

– Знаешь что, просто выложи все свои мысли, и тогда мы с тобой порассуждаем! Иначе мы так до китайской пасхи будем тут про карму спорить.

– Ладно, не злись. Я вот что подумал. Вернее не я. Мы с Гавриловым. Ну, это не важно. Он меня напрямую спросил, раскаялся ли тот человек, который такое злодейство сотворил. Это очень важный вопрос. И не с пауками надо бороться, а с тем, что предшествовало всему этому несчастью. Пауки являются только следствием тех событий. Посмотри, ведь они изначально появились у того, кто был дорог бабе Нюре. И за кого она так сильно испугалась. У её племянницы Леночки.

– И что нужно сделать?

– Нужно прощение.

– Чьё? Девушек?

– Да. Всех заглубленных ею.

– И как его получить?

– У них самих попросить.

– Не тяни! Говори сразу всё. Какой же ты, Сакатов, нудный!

– Зато умный. Ты понимаешь, Оля, на физическом уровне ничего уже не вернуть и не изменить. Дело сделано. А на духовном можно. Там время не властно, его там просто нет в нашем обычном понимании. Раз в нашем случае всё связано с водой, значит, и ритуал должен проходить в воде. Обидчик должен зайти в воду в том месте, где произошла трагедия. А Рубашин где-то рядом тут утонул. Так вот, обидчик заходит в воду и встаёт на колени. И просит прощения. Искренне. А когда вода почернеет, он зачерпывает её в ладошку и пьёт. А что дальше произойдёт, этого никто не знает.