Надежда Храмушина – Тени на чёрной воде (страница 19)

– А зачем их создают? – Поинтересовалась я.

– Их сфера деятельности не так уж и обширна, поэтому над их созданием работают редко. Больше всего колдуны порабощают других людей, от них гораздо больше пользы. Есть случай, когда паука создали для того, чтобы извести единственного наследника короля. Паук каждую ночь пугал ребёнка, и в итоге довёл его до помешательства, и король не рискнул оставить ему своё королевство. Другой случай, там паук был подкинут в осаждённый город и укусил горожанина. По цепочке, от человека к человеку, пошла болезнь, делающая безумными всех, кто ею заразился. А заразились в городе все жители, и заразили войско, которое было в осаде. Потому, что народное ополчение стояло наравне с регулярными войсками на стенах города. Так пал город. Из-за одного-единственного паука. Ради справедливости, расскажу и продолжение этой истории. Недолго победители радовались. Поняла, почему? Конечно, они же вошли в город и контактировали с побеждёнными. Пока их предводитель смекнул, что к чему, его войско уже тоже бегало по городу, капая слюной. Вот такой бумеранг истории. Ладно, это так, для общего кругозора. Что будем сейчас с тобой делать? Выходить придётся. Мне вот уже надо. Как с Анной Фёдоровной будем себя вести, как ни в чём не бывало? Или как?

– Или как! – Твёрдо и решительно ответила я – Я иду сейчас к ней, и говорю о том, что она тут натворила, ты стоишь сзади с гвоздодёром и гвоздём…

– Оля! Я не зверь! – Испуганно замахал на меня руками Сакатов.

– Господи, да ты просто заколотишь её дверь на гвоздь, после того как я выйду, чтобы она не скооперировалась со своим паучком! Мы ждём Илью, отрубаем башку пауку, потом открываем бабу Нюру и разговариваем с ней.

– Понял. – Облегчённо выдохнул он – План, в целом, неплохой. Пошёл, найду наш единственный гвоздь и возьму гвоздодёр.

– А я пошла в атаку. – Сказала я.

– Не будешь меня ждать?

– Нет, но ты ведь поторопишься?

Я зашла в дом, предварительно постучав, но не стала дожидаться ответа. Баба Нюра выглянула из кухни. И сразу же зашипела:

– Что вам вчера не спалось? Мне не нравится, когда шумят по ночам и не дают мне спать!

– А Вы что, ночью спите? – Деланно удивилась я – А я думала, что Вас мучает совесть за то, что Вы собирались погубить девочку, которая ни в чём перед Вами не провинилась. И то, что Вы много лет назад погубили несколько жизней, утопив в реке и девушек, и мужа своей подруги, за то, что он обо всём догадался!

Сказать, что она удивилась, это ничего не сказать. Она схватилась за спинку стула, подтянула его к себе и в буквальном смысле свалилась на него. Открылась дверь и позади меня встал Сакатов. Баба Нюра выдохнула:

– Кто вы?

– Какая разница! У правосудия нет имени. – С пафосом я, конечно, перегнула, но эта фраза сама собой слетела с моего языка – И нам очень помог в расследовании дневник покойного Виктора Рубашина, который в чемодане лежит, в нашей комнате. Это ведь тот чемодан, с которым он к Вам он и пришёл. Да? Сейчас мы с Вами дождёмся палача нашей организации. Правосудие у нас быстрое, Вы не успеете и глазом моргнуть, как приговор будет вынесен и исполнен. Да, и не переживайте за ту тварь, которая сейчас заперта в подвале. Она практически уже нейтрализована.

Она, правда, сидела как громом поражённая. И взгляд её, хоть и не выдавал её истинные чувства, но в нем появилось испуганное выражение. Это меня немного успокоило, значит, правильно мы сделали, сразу огорошив её нашими планами.

Я замолчала и, не отрываясь, глядела на неё. Она мельком взглянула на Сакатова, и, отвернувшись к окну, бросила:

– Делайте, что хотите! Устала я. Может это и к лучшему.

Теперь уже мы с Сакатовым недоуменно посмотрели друг на друга. Злая колдунья устала делать зло? Или это хитрый маневр, желание обмануть нас, потянув время, придумывая новый план?

– А на какое лучшее Вы рассчитываете? Всё лучшее у Вас уже было. Две молодости, никому на свете такое счастье не выпадает, а вам выпало! Вернее, как выпало, вы его купили ценой жизни других людей. Время пришло отдавать долги.

– Оля, хорошо. – Начал говорить Сакатов – Я предлагаю всё-таки дать шанс человеку, мы же иногда делаем так. Я предлагаю сделку. Пусть поможет нам быстрее снять с девочки этого паука, и живёт дальше! Я за это.

Молодец всё-таки он! Быстро смекнул, что к чему, и баба Нюра тоже смекнула, я уловила, как сразу она напряглась.

– Больно много на ней жертв, чтобы относиться к ней гуманно. – Строго ответила я ему.

– Не забывай, каждая спасённая жизнь бесценна. И на весах правосудия она всегда весит больше, чем десять погибших.

Баба Нюра повернулась и обратилась к Сакатову:

– Не надо делать из меня преступника, не я это начала первая. Элка всё организовывала, а я тогда ещё глупая была, молодая. И Витька, муж Элкин, сам хотел меня погубить, я только защищалась. И паука я не для своего здоровья в девку ту пустила.

– А для кого? – Хором спросили мы с Сакатовым.

– Для внучки сестры моей, для Катьки.

У меня не было слов. Такого поворота мы не ожидали. Я села напротив бабы Нюры и сказала:

– Вы понимаете, что убив паука, мы разрушим Дашино заклятье, и всё, что было связано с ним? И тогда уже никто не сможет помочь Кате. Расскажите, зачем Кате понадобилась Дашина жизнь.

– Когда-то, за все грехи наши, всё равно нам придётся расплачиваться! Я всю жизнь расплачиваюсь. Мне бог не дал детей. Я смирилась, даже одно время думала, что это и к лучшему. А у сестры Лиды дочь родилась, как раз в то время, когда я у неё целый год жила. Хорошенькая такая была, пухленькая! Они с мужем Леночкой её назвали. Сестра через три месяца вышла на работу, а я с Леночкой сидела. И так к ней привязалась, так её полюбила, словно она моей дочкой была. Потом уехала от них со слезами, потому что сестра приревновала меня к своему мужу. А потом он всё равно от неё ушёл, одна она с Леночкой осталась. Я ездила каждые выходные к ним, чтобы понянькаться. И вот, приезжаю однажды к Лиде, подарков, как всегда накупила всяких, а та в слезах. И показывает мне то, от чего я похолодела вся. У Леночки, в районе четвёртого позвонка появилось чёрное пятно. Я только протянула к нему руку, как чёрное пятно превратилось в чёрного паука под кожей. И лапами он так перебирает. Как только он показался, так Леночка наша как заревёт, ручками за то место хвататься начала, будто хочет вырвать его. И мы вместе с Леночкой обе с сестрой заревели. Лида мне говорит, что врачи ничего там не видят, даже тёмного пятна. Оно появляется только когда сестра одна с ней рядом. Но паука она сейчас впервые увидела, до этого момента это было просто пятно. И я сразу же поняла, что это за паук. Это расплата мне за всё, что я сделала по своей глупости, но почему Леночке, а не мне? Я сказала, что надо вести Леночку к бабке-знахарке. У нас была одна такая на примете, в соседней деревне жила. Мы к ней приехали. Она, как посмотрела на это, сразу ко мне повернулась и сказала: «Ты думала, что в жизни одни подарки на тебя сыпаться будут? Нет, милая, за всё надо платить!» Сестра непонимающе повернулась ко мне: «Аня, это она про что?» Знахарка ей сказала: «Потом она тебе всё расскажет, ей есть, что тебе рассказать. А пока я могу сделать только одно, на время остановить его, но только на время. Он отпустится от вашей девочки. Но это не решит вашу проблему совсем. В следующем поколении уже два паука будут терзать ваших близких, потому что мне придётся его разделить на две части. Два паука будут ждать следующее поколение. Если вы, конечно, за все эти годы не придумаете, как от них можно совсем избавиться!» Мы согласились, лишь бы она освободила Леночку от этого страшного создания. Мы и не думали ни о каком следующем поколении! До этого ещё долго, а Леночка, вот она, страдает и плачет. Оставили мы Леночку у знахарки на ночь, сами во дворе просидели у неё, разговаривали. Я Лиде всё честно рассказала. Всё, как есть. Она просто в ужасе была, смотрела на меня, как на монстра. И имела на это полное право. А я уже привыкла к этой своей жизни, и не думала, что это может кого-то так шокировать. Леночке знахарка помогла. Сестра на меня сердилась первое время, но потом всё забылось. Правда, Леночка росла такой больной! То я, то сестра, мы по очереди ездили с ней по здравницам, санаториям, ходили по больницам, постоянно сдавали анализы! Конечно, Леночка выросла избалованной. И в семнадцать лет она нам принесла подарок. Говорит, что ждёт ребёнка, но мужа у неё не будет, потому что папа ребёнка не собирается на ней жениться. И так и не сказала нам, кто же отец её будущего ребёнка. Вот тут мы с сестрой и вспомнили про двух пауков. Поехала я к знахарке, а она уже умерла к тому времени. Зато на выезде из той деревни ко мне на остановке подсел какой-то мужчина и сказал, что знает, как мне помочь. Я его сначала послала к чёрту, он засмеялся и сказал, что ему для этого так далеко и не надо ходить. И сказал, что пауков можно держать в любом живом существе, не обязательно в человеке, надо только знать, как это сделать, и он научит меня этому. Так я отведу беду от Леночкиной дочки на какое-то время. Нужно взять слепого щенка, и поить его молоком со своей кровью. Год. И облизывать его морду каждый раз, когда он поест. А через год, на полнолуние, вывести его на открытое место, привязать к дереву, на котором есть паутина и сказать: «Кому в дом, кому в лес. Твоё место здесь». И ночевать там под деревом рядом с собакой. А утром унести её домой. Унести, потому что она уже не сможет больше ходить. Пока жива собака, пауки будут в ней, и не смогут её покинуть, пока она не подохнет. После её смерти надо будет выбирать, или пауки займут место в тех, кому они и предназначались изначально, или обмануть их, подсунув им двух чужих людей. У меня будет время всё сделать, потому что пауки не покинут мёртвую собаку до следующей полной луны. Когда всё он мне это сказал, я взглянула ему в глаза, и холодок пробежал по моей спине, будто я в глаза самой страшной бездне посмотрела. Я не знаю, кто это был, но я так всё и сделала, и неважно, куда меня затащат после моей смерти. Теперь уже одним грехом больше, одним меньше. У соседей выпросила щенка, и поила его год молоком со своей кровью, вылизывая его морду. Леночка родила через полгода после того, как у меня появился щенок, поэтому следующие полгода, пока я не довела до конца ритуал, дочка её орала так, что соседи приходили узнать, что они делают с ребёнком. Но у неё не было нигде ни одного тёмного пятна, мы терялись в догадках, из-за чего она так страдает. А потом, под полную луну, я отвела к дереву с паутиной свою собаку, сделала всё, как мне тот на остановке сказал, и Катька у нас успокоилась. И мы тоже. Катерина у нас родилась слабенькой, тоже болела часто, но это было меньшее зло, по сравнению с тем, что могли бы натворить пауки. Двадцать два года прожила у меня собака. Я ходила за ней, как за маленьким ребёнком. Я видела, как она страдает. Пауки выедали ей все внутренности. И вот, год назад, весной, приехала ко мне Лида и сказала, что нашла заговор от родового проклятия. Ей какой-то мужчина случайный на остановке сказал, чтобы мы поторопились, а то собака скоро сдохнет. Я промолчала, не стала ей говорить, что тоже когда-то сталкивалась на остановке с этим мужчиной. И ещё он ей подсказал, как обмануть пауков, чтобы они перешли не к Кате и Леночке, а к их подружкам. Она привезла нитки для вышивания, мы с ней вышили платочки, которые нужно было отдать девчонкам, но предварительно одним платочком должна была вытереться Катя, а другим Леночка. Чтобы отвести от них пауков. А в мае у меня умирает собака, как и предсказывал этот чёрт на остановке. До полнолуния оставалось десять дней, поэтому, мы с сестрой спешили. А так как платочки она уже передала девчонкам, подружкам Катиным, нужно было просто привести этих подружек ко мне, чтобы закончить ритуал. И тут Лида начинает понимать, что Леночка постоянно, как бы ни в себе, взгляд порой становился таким безумным, что сестра боялась оставить Леночку одну дома. Один платок почему-то не сработал. Тот, которым вытерлась Леночка. Я приготовила ещё один платок, Леночка снова им вытерлась, но платок исчез из дома, и сестра не могла понять, куда он мог деться. Я начала вышивать полотенца, мы подумали, что может на полотенцах сработает. Но времени оставалось мало, и мы поняли, что Леночке нам уже не помочь. Катя привезла Дашу, они здесь ночевали. Я прокралась ночью в их комнату, и увидела, как один паук исчез у неё в руке в районе пульса. Второй паук тоже сидел рядом, а Даша спокойно спала, и он не собирался присоединяться к первому пауку. И тогда я с великой предосторожностью пересадила паука на Леночкино полотенце, он сразу же схватился за него, и я отнесла его в подвал. Даша утром встала, как ни в чём не бывало. А Катю рвало целое утро. А потом, когда Катя с подружкой уехали, позвонила сестра и сказала, что Леночку увезли в больницу, у неё кровотечение внутреннее. Сейчас уже лучше, но она еле ходит.