Надежда Храмушина – Дикие травы (страница 1)
Надежда Храмушина
Дикие травы
Глава 1.
- Максим, у тебя четвёртая партия готова? - Глеб Егорович, грузно пыхтя, перешагнул порог вагончика и сразу же плюхнулся на стоящую возле двери низенькую табуретку, которая под ним жалобно скрипнула.
- Да, готова, – из-за металлической перегородки показалась голова молодого парня с торчащими из-под белой шапочки вихрами. - Только собирался сам отнести.
- Давай! - Глеб Егорович достал из кармана замызганный носовой платочек и вытер со лба пот. - Какая жара! А у тебя здесь хорошо, прохладно. Слышал, Татьяну Зуеву в больницу днём увезли?
Максим, снимая перчатки, удивлённо спросил:
- Что с ней?
- А кто знает! В павильоне, как всегда, с утра работала, и вдруг повалилась на землю. Иринка не успела к ней даже подскочить, та ровненько так, между грядками улеглась. Вся белая лежала, еле пульс нащупали.
- Съела что не то? Постоянно чего-то жуёт.
- В больнице скажут, когда анализы возьмут. Может, съела что не то, может, что другое.
Максим достал из холодильного шкафа небольшой пакет, подписанный «северная 144», и протянул Глебу Егоровичу. Тот кивнул и уточнил:
– Для крытого павильона?
- Для крытого, – Максим открыл журнал и зачитал запись: – “Обработка препаратом “АВТ-3000» произведена 14 июля в тринадцать часов сорок семь минут. Восемь грамм препарата на двадцать восемь грамм посадочного материала. Лаборант Котельников М.И.» Использовано пять ампул препарата, серийные номера со сто шестнадцатого по сто двадцатый. После обработки посадочный материал оставался двадцать четыре часа в проточной воде, потом двадцать четыре часа подсушки и сорок восемь часов в темноте. Всё чётко, как в аптеке.
- Хорошо. Ну-ка положи на весы.
Максим вздохнул, но включил весы и положил на них пакетик с зерном.
- Пятьсот шестьдесят грамм. Засев партии «северная144» рассчитан для площади двадцать метров квадратных при расходе двадцать восемь грамм зёрен на один метр квадратный.
- Всё, вижу, вижу, молодец. Где Дорбуш? - спросил Глеб Егорович о напарнике Максима.
- Баню пошёл топить.
- Ясно, - кивнул Глеб Егорович и, направляясь к дверям, напомнил: - Две партии должны быть готовы завтра — одна для павильона и …
- Одна для открытого грунта. Да помню я! - торопливо ответил Максим. – Всё готово, обработаны, промыты, в темноте лежат, отдыхают.
- Вот и славненько, - Глеб Егорович закрыл за собой дверь, махнув рукой.
Максим посмотрел на часы, выключил свет над рабочим столом, отсоединил от металлического бачка стерилизатор и, скинув халат на стул, отправился проверить, чем занимается его верный друг и напарник Юра Дорбуш.
Выйдя из прохладного вагончика, он почувствовал, как сухой жаркий воздух моментально заполз ему под футболку и покатился капелькой пота по спине. Даже вечером от жары нет спасения! Ни одного облачка на небе! Хоть бы дождик, что ли, помочил, а то три недели солнце шпарит так, будто это не суровый Урал, а южное Сочи. Он поспешил под спасительную тень разросшихся черёмух, и, пройдя под ними до дыры в заборе, почувствовал на лице свежий ветерок с реки.
Из трубы небольшой покосившейся баньки, которая стояла на самом берегу, шёл грязный серо-жёлтый дым. Дорбуш опять упаковку пластиковую из-под удобрений в печи сжигает. Достанется ему, если это увидит директор хозяйства Мария Николаевна, она его уже не раз предупреждала, но он думает, что самый хитрый. Максим посмотрел на солнечные блики на мелкой ряби воды и, представив, как погрузится в долгожданную прохладу, решил сначала искупаться, а потом уж идти в баню. Вода была тёплой, как парное молоко. Если уплыть с мелководья дальше, за изгиб реки, то конечно, там вода прохладнее, но плыть было лень. Он увидел, как из предбанника вышел Дорбуш и умылся холодной водой из бочки. Максим свистнул ему и тот махнул ему рукой в ответ:
- Сходи за полотенцами! Всё, готова, первыми пойдём!
Максим ещё раз нырнул с головой под воду, проплыл до берега, и забрался на деревянный скользкий мосток. Подхватив одежду и кроссовки, он босиком пошёл к коттеджу за полотенцами.
Деревянный одноэтажный коттедж, где они жили, стоял на пригорке, на самом краю территории опытного хозяйства. Квартир там было всего восемь, но половина из них пустовала в виду малочисленности работников, которые в данный момент трудились в хозяйстве. В одной из квартир жила заведующая хозяйством Мария Николаевна, в другой - Глеб Егорович, или «Горыныч», как его звали между собой младшие сотрудники, главный специалист по научной работе. Периодически к нему приезжала его жена Рая, но погостив дня два, снова возвращалась в город. В третьей квартире жили Соболевы - старший научный сотрудник Ирина с мужем Серёгой, водителем и снабженцем, и в четвёртой квартире жили Максим Котельников и Юра Дорбуш, младшие научные сотрудники и по совместительству лаборанты.
Год назад после окончания сельскохозяйственной академии они оба попали по распределению в заштатный селекционный центр в небольшом городке, полгода скучали на рутинной работе, мечтая быстрее отработать два года и сбежать куда-нибудь поближе к цивилизации, а ещё лучше в Москву. А этой весной их командировали с группой товарищей сюда, в Уральское опытное хозяйство, предложив приличную зарплату, командировочные, проживание и питание, что стало просто подарком судьбы для двух бедных вчерашних студентов. Работа у них была не пыльная - тестирование нового препарата «АВТ-3000» на этапе от подготовки посадочного материала, обработки его препаратом, до передачи зёрен на посев. Самая трудоёмкая часть работы — ведение подробного журнала, где фиксировался отчёт о каждом потраченном грамме этого препарата. Первый месяц они откровенно скучали — из развлечений в деревне были только рыбалка, баня и очень медленный интернет. Понемногу втянувшись в деревенский быт, они открыли для себя ещё одно занятие — шахматы. Теперь в еженедельные турниры были втянуты и Глеб Егорович с Серёгой, и местные аборигены — дед Савченко и Иван Михайлович, хозяин птицефабрики, или как называл его Дорбуш - босс курятника. Пару раз поиграть приезжал начальник железнодорожной станции Олег Расников, но, не выиграв ни разу, больше не появлялся. Иногда дело доходило до ссор, особенно , когда дед Савченко, очень не любивший проигрывать, в особо патовых ситуациях начинал специально размахивать руками и нарушать экспозицию на доске. Больше всех выигрышных партий было у Дорбуша, который на большом куске ватмана вёл статистику игр и отмечал победы красным цветом, а проигрыши чёрным.
В опытном хозяйстве работала ещё местная жительница Таня Зуева, помогала Ирине в крытом павильоне питомника, но она жила не в общем коттедже, а в собственном доме в центре посёлка. Кроме неё там жили родители, уже пенсионеры, и её сынишка, пятилетний Славик.
Территория опытного хозяйства последние лет пятнадцать переживала свои не лучшие времена. Некогда она была загорожена высоким бетонным забором с лепными узорами в виде сплетённых колосьев, теперь же в некоторых местах панели рухнули, обеспечив прямой проход куда хочешь и зачем хочешь. Всё вокруг поросло огромным бурьяном и кустарниками, вскормленными хорошо удобренной по всем законам агротехники почвой. Вдоль забора буйствовала черёмуха, и некоторые площади уже не поддавались восстановлению — так глубоко и давно были запущены. Ещё пару лет назад хозяйство хотели совсем забросить, ввиду отсутствия рентабельности, да случился счастливый случай.
К директору института, при котором существовало опытное хозяйство, приехал молодой учёный Давид Шефтер со своей чудесной наработкой - препаратом для ускорения созревания зерновых «АВТ-3000». Видимо, начальство института очень вдохновилось его открытием и ухватилось за последний шанс сделать себе имя, так что с помощью спонсоров подсобное хозяйство было восстановлено буквально за пару месяцев. Сначала отремонтировали основной павильон питомника, где в особых условиях должны были проращиваться семена пшеницы и других культурных растений, оснастили его автоматическими системами отопления и освещения, потом привезли вагончик-лабораторию, укомплектованную самым современным оборудованием. После отремонтировали коттедж для проживания и набрали сотрудников. Так Максим Котельников и Юра Дорбуш оказались на переднем крае инновационных технологий.
Главным специалистом в хозяйстве верховный босс Шефтер поставил своего человека, Глеба Егоровича Лескина, который участвовал в разработке препарата «АВТ-3000» с самых первых шагов. Что было удивительно, никаких документов, сертификатов, или каких-либо других документов на препарат, никто из сотрудников, кроме Глеба Егоровича, в глаза не видел, что порождало некоторые скептические разговоры среди них. Но платили хорошо, и оплата не была привязана к результатом работы, поэтому вопросы по этому поводу не задавали. Надо было только точно следовать инструкции, и никаких самовольных изменений не проделывать. Правда, в самые первые дни работы с препаратом случился казус — через сутки потемнело содержимое ампул с чудо-препаратом, поэтому их тут же забрали и через две недели привезли новую партию.