Надежда Дорожкина – Конец времени. Полная Сага (страница 18)

Ворак-Тал протянул руку, и его элегантные пальцы коснулись их лбов.

– Вы – мои Генералы.

Его голос не звучал. Он вибрировал в самой ткани реальности, заставляя камни дрожать.

– Берите своих воинов.

Он махнул рукой в сторону остальных чудищ – тех, что были грубее, примитивнее.

– Вы знаете, куда должны отправиться.

Пауза.

– Не подведите меня.

Генералы не ответили. У них не было ртов, не было голосов.

Но они кивнули.

Один – резко, как солдат, получивший приказ.

Другой – медленно, с холодной уверенностью хищника.

Они понимали. Они были умнее. Они не подведут.

Пожиратель отвернулся, его внимание уже было обращено вглубь вулкана, где клокотала новая порция его Силы.

А Генералы поднялись.

Их глаза вспыхнули кровавым заревом. Армия замерла, затем разделилась на два потока. Они знали, куда идти. Они знали, кого убивать.

***

Второе солнце продолжало свой путь к закату, когда две сестры склонились над мерцающей картой. Аврора провела тонкими пальцами по пергаменту, оставляя за собой слабый серебристый след. Её голос, обычно столь мелодичный, сейчас звучал жестко:

– Лучше подумай, где нам ждать нападения, Габриэлла. А старые запреты пока отложим.

Командующая резко повернула голову, её бровь изогнулась в немом вопросе. Шаги её были бесшумными, когда она приблизилась к столу. Она ткнула пальцами обеих рук в карту, и в местах её прикосновения вспыхнули холодные голубые звёзды.

– В одном из них или сразу в двух, – произнесла она, не отрывая пронзительного взгляда от Авроры. Губы её плотно сжались, образуя тонкую решительную линию.

Изабелла, до сих пор молча наблюдавшая, протянула руку. Её пальцы скользнули по всем отметинам нападений, включая земли Детей Ночи, оставляя за собой дрожащий светящийся след. Становилось очевидным – точки образовывали зловещее кольцо, внутри которого и находились указанные Габриэллой места.

Аврора резко вдохнула, её ноздри дрогнули. Без слов она ткнула пальцем в ещё две точки на территории Детей Ночи.

– И здесь.

Габриэлла медленно покачала головой, серебряные нити в её косе сверкнули в свете солнца. Согласие было молчаливым, но абсолютным.

Аврора выпрямилась во весь рост, её осанка стала ещё более царственной. Когда она заговорила, слова падали как кованные доспехи на каменный пол:

– Горный выступ Хартумеш и холмы Лерсивула оставим Детям Ночи. Они, как и мы, поймут замыслы врага. – Её рука описала дугу над картой. – Мы отправим два войска: к городу Вариналос у подножья водопада Занатан и городу Еремод на Священном озере.

Габриэлла кивнула, мантия на её плечах шевельнулась, словно живое существо:

– Я отправлюсь к озеру.

Поворот головы Авроры к Изабелле был резким, как удар меча:

– Тебе – в Вариналос. Твоя Сила может понадобиться.

Изабелла лишь склонила голову, её длинные ресницы опустились, скрывая тревожные мысли.

– Я соберу войско, – продолжила Аврора, её пальцы сжались в кулаки. – И отправлю гонца Брату Ночи. Нам нужна встреча. Стратегия. Все варианты. – Пауза повисла тяжёлым покрывалом. – Идите.

Изабелла удалилась безмолвно, её лёгкие шаги не оставили следа. Но Габриэлла задержалась у дверей. Когда тяжёлые створы захлопнулись с глухим стуком, её голос прозвучал как предостережение:

– Нам нужна Сила. Та самая…

– Не торопись! – Аврора взорвалась, её обычно безупречная причёска дрогнула от резкого движения. – Мы почти ничего о ней не знаем! Предки не зря наложили запрет!

Габриэлла сделала шаг вперёд, её тень удлинилась, почти достигая подножия трона:

– Она нам нужна. Ты сама это понимаешь, но боишься признать.

– Я – Правительница этих земель! – голос Авроры зазвенел, как разбитый хрусталь. – Мой долг – осторожность! Это ты всегда бросаешься в пекло! А если мы потеряем контроль? Если это окажется хуже самого Пожирателя?! – Её грудь тяжело вздымалась. – Без моего разрешения – никаких действий! Тебе это ясно, сестра?

Командующая резко прикусила губу, оставив на бледной коже след зубов.

– Не думай, что поставила точку в этом разговоре, – прошипела она, разворачиваясь к выходу.

Аврора вскинула руки, её ногти впились в ладони:

– Не смей нарушать мои приказы, Габриэлла! Не смей!

Но дверь уже захлопнулась, оставив в зале лишь эхо последних слов и трепещущий свет факелов, будто испуганных этим столкновением воли. Карта на столе медленно гасла, как угасающая надежда, оставляя лишь тлеющие точки там, где скоро, возможно, разгорится война.

Глава 7

Величественный выступ Хартумеш вздымался над равниной, словно исполинский алтарь, воздвигнутый самой природой. Его склоны, сложенные из камня нежного сиренево-лилового оттенка, казались выточенными из застывшего рассветного тумана. В лучах заходящего солнца скала переливалась, как перламутр, окрашивая окрестности в тёплые, почти волшебные тона – от лавандового до глубокого аметистового.

На уступах и в расщелинах Хартумеша кипела жизнь. Здесь гнездились птицы, каких не встретишь больше нигде в мире.

Среброкрылые Ильмаги – величественные создания с размахом крыльев, превосходящим рост человека. Их перья были цвета лунного света с серебристыми прожилками, а длинные хвостовые перья струились, как жидкий металл. Когда они взлетали, воздух наполнялся мелодичным звоном, будто кто-то ударял по хрустальным струнам.

Огненные Звоныши – крошечные, не больше ладони, птички с оперением, напоминающим расплавленное золото и медь. Каждое их движение оставляло в воздухе искристый след, а их пение звучало, как тихий перезвон колокольчиков. Они ютились в самых узких трещинах скалы, и их гнёзда, сплетённые из паутинок и солнечных лучей, светились в сумерках, как крошечные фонарики.

Теневые коршуны – чёрные, как сама ночь, с крыльями, будто сотканными из дымки. Их глаза сверкали ярко-синими искрами, а крики, похожие на шёпот ветра, наводили дрожь на всех, кто их слышал. Они парили высоко над скалой, словно стражи, наблюдающие за всем, что происходит внизу.

У подножия скалы раскинулась открытая долина, покрытая травой, которая переливалась всеми оттенками зелёного и золотого. Среди неё росли кустарники с листьями цвета тёмного изумруда, а кое-где вспыхивали яркие пятна цветов – синих, как море, и алых, как закат.

Здесь обитали хищники, чья красота была не менее опасна, чем их когти.

Лунные рыси – грациозные кошки с шерстью, переливающейся оттенками серебра и тёмного аметиста. Их глаза светились бледно-зелёным огнём, а движения были настолько бесшумны, что они казались тенями, скользящими среди травы.

Закатные Мантикоры – не огромные, но величественные. Их шкура была золотисто-рыжей, с чёрными узорами, напоминающими языки пламени, а пушистые хвосты заканчивались кисточками, сверкающими, как искры.

В высокой траве и среди корней кустарников ютились мирные обитатели долины.

Лазурные тушканчики – маленькие зверьки с голубовато-серой шёрсткой и огромными глазами, сверкающими, как звёзды. Они жили в норах, украшенных камешками и ракушками, а их быстрые прыжки оставляли в воздухе лёгкие серебристые следы.

Земляные олени – стройные, невысокие, с рогами, напоминающими ветви молодых деревьев. Их шкура переливалась оттенками коричневого и золотого, а копыта оставляли на земле слабый светящийся отпечаток.

Когда солнце опускалось за горизонт, Хартумеш вспыхивал последними алыми лучами, словно гигантский кристалл, наполненный огнём. Птицы возвращались в гнёзда, наполняя воздух своими песнями, а хищники начинали тихую охоту, их силуэты скользили среди травы, как призраки.

Это было место, где магия и природа сливались воедино, где каждый камень, каждое перо, каждый лист дышал древней силой. И если бы не угроза, нависшая над миром, здесь царила бы вечная гармония.

***

Тени удлинялись, когда по равнине, озарённой багрянцем заката, двинулась чёрная река – армия Детей Ночи. Впереди, высокий и несокрушимый, как сама скала, ехал командир Даэрон. Его тёмная кожа отливала глубоким синеватым оттенком, словно впитавшей в себя саму суть ночи, а глаза, холодные и пронзительные, светились иссиня-чëрным, как отражение далеких звёзд. На нём были доспехи чернея тьмы, но с серебряными прожилками, будто кто-то прочертил по ним узоры лунным светом. Длинный меч на поясе, закованный в ножны с древними рунами, тихо позванивал при каждом шаге его могучего коня.

За ним шли воины – безмолвные, как сама смерть. Их латы, отполированные до матового блеска, поглощали свет, лишь изредка вспыхивая серебряными искрами. Шлемы скрывали лица, оставляя лишь узкие прорези для глаз – безликие, как тени, пришедшие за добычей.

У подножия Хартумеша их встретили семь Стражей – тех, кто веками охранял это место. Их серебряные доспехи переливались, как лëд под луной, а плащи, сотканные из чего-то легче шёлка, развевались на ветру, будто крылья. Они стояли неподвижно, словно изваяния, но, когда Даэрон поднял руку в приветствии, их предводитель шагнул вперëд.

– Хартумеш принимает вас, – произнес страж, его голос звучал, как звон отдаленного колокола.

Даэрон склонил голову, и в этом жесте была вся вековая учтивость его народа.