Надежда Дорожкина – Конец времени. Полная Сага (страница 15)

Торин же был в ужасе и восторге одновременно, наблюдая за стремительными движениями двух одинаковых воинов.

Когда Лира расправился со вторым более крупным порождением тьмы, обернувшись, он увидел лишь груду искалеченных тел и двух одинаковых воинов, стоящих спиной к спине. С их клинков капала чёрная жижа, что служила поверженным чудищам кровью. Оба улыбались одной и той же улыбкой, в которой читалось и удовлетворение, и некая тайна.

Торин стоял как вкопанный, его рот непроизвольно приоткрылся. Габриэлла наблюдала за его реакцией с легкой усмешкой:

– Теперь ты понял, почему у него двойное имя? – её голос прозвучал как отдаленный звон колокольчика среди этого кошмара.

Двойники сделали шаг навстречу друг другу, и в этот момент золотистый с серебряными бликами полупрозрачный туман снова окутал их. И уже через мгновение перед группой стоял один Ли-Сун, спокойно соединяющий мечи в один и вкладывающий клинок в ножны. Символ на его плече снова стал цельным, будто ничего не произошло. Только груда растерзанных тел напоминала о том, что здесь действительно было двое.

Они вышли из леса, оставив за спиной земли Ночи – те самые, где деревья шептали на древнем языке, а тени двигались независимо от своих хозяев. Перед ними расстилались уже знакомые просторы – более приветливые, но от этого не менее опасные. Луна, всё ещё высокая в небе, серебрила траву под их ногами, превращая каждый шаг в движение сквозь живое мерцание.

Торин, всё ещё находясь под впечатлением от увиденного, не мог сдержать восхищения:

– Иметь бы войско таких воинов! Тысяча в миг становится двумя! – Его голос звучал почти мечтательно, будто он уже видел перед собой несокрушимую армию двойников.

Габриэлла усмехнулась, и в её глазах промелькнула привычная ирония:

– Вот только кормить их всё равно придётся, как две тысячи. – Она кивнула в сторону Ли-Суна, который, казалось, уже мысленно прикидывал, сколько еды сможет уместить в себя после боя. – Сам видел, какой он прожорливый. Порой кажется, что в нём не двое, а целый квартет!

Ли-Сун лишь хмыкнул, не отрицая, но и не подтверждая. Его взгляд скользнул к горизонту – он уже чувствовал приближение чего-то знакомого.

Габриэлла внезапно остановилась, поднесла пальцы к губам и свистнула. И тут же из темноты, словно вызванные самим её намерением, вынеслись их кони – те самые, что они отпустили перед входом в лес.

Животные подбежали к ним, фыркая и бросая по сторонам настороженные взгляды. Их гривы были взъерошены, а ноздри раздувались от быстрого бега, но в глазах читалась преданность – они ждали.

Габриэлла провела ладонью по шее своего вороного коня, шепнув ему что-то на ухо, прежде чем легко вскочить в седло. Остальные последовали её примеру.

Торин, всё ещё переваривающий увиденное, украдкой посмотрел на Ли-Суна. Тот сидел в седле с привычной лёгкостью, но теперь, зная о его способности, Торин видел в нём не просто воина – а нечто большее.

***

Тишину ночи разорвали крики.

Поселение у колодца Силы, обычно такое мирное, озарилось всполохами паники. Двенадцать чудищ ворвались между домов, их когтистые лапы разрывали землю, а глаза, лишенные зрачков, светились тусклым, болезненным свечением. Они не рычали, не ревели – лишь издавали хриплое, булькающее шипение, словно их глотки были наполнены кипящей грязью.

Первыми погибли мирные. Старик, вышедший проверить скот. Женщина, несшая воду. Двое детей, не успевших добежать до укрытия. Их крики оборвались быстро – чудища не играли с добычей.

Двое стражей, дежуривших у колодца, бросились в бой. Их клинки сверкнули в лунном свете, разрезая тьму. Один из воинов сразил двоих тварей ударом, рассекающим от плеча до бедра – их тела распались, как гнилые плоды, изливая чëрную жижу. Второй страж, кружась в смертельном танце, отсек голову третьему и пронзил четвертого, прежде чем остальные набросились на него, разорвав в клочья.

Но их жертва не была напрасной.

Пока стражи сдерживали натиск, остальные жители бежали – к следующей деревне, к спасению, к надежде. Их спины видели последнее, что осталось от родного дома.

Чудища, оставшиеся после боя, не стали преследовать беглецов. Вместо этого они окружили колодец Силы – древний, Священный, питавший землю и людей веками. Одно из них бросилось в его воды, не то чтобы нырнуло, а словно растворилось в них.

И колодец высох.

Вода исчезла в мгновение, будто её и не было. Земля вокруг почернела, трава завяла и рассыпалась в пыль, деревья скрипнули и рухнули, превратившись в труху. Даже воздух стал тяжëлым, мëртвым, лишенным былой свежести.

Там, где ещё секунду назад била жизнь, теперь лежала лишь выжженная пустошь.

А чудища исчезли.

Глава 6

Тронный зал был залит холодным светом, льющемся через высокие арочные окна. Аврора и Изабелла стояли, склонившись над массивным дубовым столом, на котором была развернута карта земель – не просто пергамент с начертаниями, а живая модель мира, где реки переливались настоящей водой, а горные хребты отбрасывали миниатюрные тени.

Рядом, затаив дыхание, стояли ещё двое.

Советник Арад – высокий, как молодая сосна, с кожей белее зимнего снега и вьющимися медными волосами, падающими на плечи подобно пламени. Его терракотовая туника облегала статное тело, словно вторая кожа, а медный браслет на левом плече сверкал, как доспехи древних воителей.

Советник Кайо – невысокий, но с присутствием, заставляющим обратить на себя внимание. Его чёрные, как смоль, волосы были коротко острижены, что лишь подчеркивало огромные, как два полнолуния, глаза. Кожа тёплого коричневого оттенка напоминала кору векового дуба. На его левом плече тоже был тонкий браслет светло коричневого оттенка.

Арад провел пальцем по карте, и в месте его прикосновения вспыхнул кровавый свет.

– Разведчики вернулись. Там… пустота, – его голос звучал, как скрип заржавевших врат. – Ручей Силы в каменной долине иссох, а земля вокруг… Это не просто смерть. Это отсутствие самой возможности жизни.

Изабелла, чьи серебряные волосы казались жидким металлом в свете окон, резко подняла голову:

– Тела?

– Погибших членов каравана забрали их сородичи. От тварей остались лишь пепел и чёрная жижа, словно кипящая смола, – ответил Арад, сжимая медный браслет, будто пытаясь сдержать гнев.

Кайо, не дожидаясь вопроса, указал на другое место на карте – там уже пульсировал зловещий огонек.

– Ещё одно нападение. Деревня Ургузу у колодца Силы. Ночью. Дети, старики…, – он сделал паузу, его огромные глаза стали ещё больше. – Двое стражей пали. Но чудища… они словно не замечали беглецов. Их целью был колодец.

Аврора, чье лицо обычно было холодным, как мрамор, теперь исказилось в гримасе:

– И он высох? Как и в первом случае?

Кайо лишь кивнул, и в этом движении была вся тяжесть их положения.

Арад добавил, указывая на третью точку:

– Нападение на священных птиц Илтари Детей Ночи. Здесь. Возможно, были и другие атаки, о которых мы пока не знаем.

Изабелла провела рукой по лицу, словно пытаясь стереть усталость:

– Беженцы укрылись в соседнем поселении. Оно недалеко. Но… в безопасности ли они там? Где ждать следующего удара?

В зале повисла тишина. Советники переглянулись – в их глазах читалась растерянность, непривычная для таких опытных мужей.

Двери тронного зала распахнулись с глухим стуком, и в проёме возникла фигура Габриэллы. Она вошла в своём походном облачении – тёмно-синий кожаный жилет и штаны, облегающие ноги, как вторая кожа. Плащ цвета грозового неба с синевой, припорошённый пылью дороги, тяжело колыхнулся за спиной.

Но едва её сапоги коснулись пола тронного зала, началось преображение.

Словно невидимый художник водил кистью по её силуэту, дюйм за дюймом меняя облик. Её одежда переливалась, как чешуя дракона на солнце – сначала едва заметно, затем всё явственнее меняться.

Жилет растворился, уступив место изящному платью из тончайшего тёмно-синего шёлка, облегающей тело, как жидкий металл. Пояс, шириной с ладонь, на тон темнее перехватил талию, подчеркивая её стройность.

Плащ переливаясь, словно растаявший лёд, перевоплотился в мантию насыщенного синего света, струящуюся, как дождевые потоки, сотканную из ткани, вобравшей в себя все оттенки предгрозового неба. По её подолу вились серебряные нити, мерцающих при каждом движении.

Её волосы, прежде заплетённые в замысловатую косу и растрёпанную ветром, сами собой заплелись в две простые косы, в которые вплелись тончайшие серебряные нити, словно лунные лучи, пойманные в ловушку. На конце каждой косы теперь сияла шёлковая лента глубокого синего оттенка, переливающийся в свете солнц.

Она прошла половину зала, когда трансформация завершилась. Теперь перед советом стояла не усталая путница, а Командующая в полном смысле этого слова, одна из Трёх, что вела Детей Света в будущее.

Даже воздух вокруг неё казался иным – тяжелее, насыщеннее, будто перед грозой. И только в глазах оставалось всё то же – холодное, неумолимое решение.

Ещё до того, как её трансформация завершилась, когда серебристые узоры только начинали плестись по подолу мантии, Габриэлла уже заговорила. Её голос, обычно такой размеренный и холодный, сейчас звучал резко, словно удар клинка по льду:

– Лес Вечных Теней, недалеко от границы миров, где обитают Тарханы.