Надежда Черпинская – Лебёдушка для Серого Волка (страница 30)
Сияне почудилось, расслышала, как Золот скрипнул зубами. Но, может, то был лишь снег под полозьями.
– Не знаю, что он князю наплёл, чем прельстил… – презрительно кривясь, продолжил Золот. – Но Гордий сперва ему место форинга отдал, а потом и тебя пообещал. Ясное дело, моему сыну до боевых заслуг Лунгерда далеко – не так храбр, не так силён, и опыта в делах военных у Маруна нет. Да и богатству, и знатности Лунгерда позавидовать можно. Но умом, Сиянушка, твой женишок не вышел. Надменный дурак, вот он кто! С таким по-доброму не договоришься… Вот и пришлось мне исподтишка действовать. Не нужен нам такой человек рядом с князем. Понимаешь? – проникновенно зашептал Золот и даже вперёд чуть подался. – А Гордий скоренько переметнулся, обещания свои позабыл, породниться с Лунгердом собрался. А зачем мне этот упрямый баран подле твоего отца? Он и сейчас-то нос задирает, а зятем князя станет – вообще с ним сладу не будет! Нет, не позволю я этому спесивцу испортить всё, не позволю!
– Это что ж выходит, – не поверила своим ушам Сияна, – ты приказал меня похитить, чтобы я за Лунгерда не вышла? Форингу нашему насолить хотел, а расплатилась я за него?
– Ну, и это тоже, – неопределённо пожал плечами Золот. – Больше я, конечно, на Гордия обозлился, сильно обозлился. Поквитаться с ним захотел. А сынок мой… ещё больше опечалился. Так его задела эта непочтительность. Он ведь себя уже на месте нашего форинга видел, а, может, и на месте батюшки твоего. А тут… Словом, был у него повод разгневаться. А потом всё так удачно повернулось… – Золот хмыкнул, покачал головой и продолжил откровенничать: – Подался сынок мой свою печаль хмельным в трактире заливать… Ну и перебрал чуток, да лишнего сболтнул: мол, обижен он дюже на князя Гордия и его форинга. И тут к нему один ушлый малый подсел. Ну, одна чарка, другая, третья… А потом он говорит, так и так, могу помочь твоему горю. А ты мне помоги – внакладе не останешься! Невесту твою надо умыкнуть, тогда и свадьбы не будет, и ненавистный женишок в немилость попадёт. С князем ты, конечно, уже не породнишься, но хоть за обиду посчитаешься. А Марун тому незнакомцу говорит, мол, затея хороша, да куда её потом девать, невесту украденную? У него даже мысль промелькнула всё же на тебе жениться, тайком, а потом уж к князю на поклон пойти. Но Гордий ведь такой вольности не простил бы... А тот, стало быть, с которым сынок мой бражничал, ему и говорит, дескать, за это ты не переживай – есть один человек, который готов хорошо за княжну заплатить. И задаток ему прямо под руку пихает… Марун сперва струхнул. Но тот его давай уговаривать, мол, не бойся, всё по уму сделаем, всё сами, тебе только надо малость подсобить – провести нужного человека в терем. Марун спьяну и согласился, а потом протрезвел, испужался, ко мне примчался, рассказал всё. Я, как это услышал, перво-наперво хотел Гордию доложить, какое злодеяние готовится.
Сияна чуть было не спросила с ядовитой издевкой: «Чего же не доложил?», но побоялась перебить Золоту охоту рассказывать. Пусть говорит, пока говорится.
– А потом, думаю – зачем? – тот снова глумливо хмыкнул. – Ведь сама судьба к нам этого лиходея привела. И решил я, что помогу всё так обустроить, как они задумали. Самона пристроил в терем за лошадьми ходить. В день, когда ты на ярмарку сбежала, людей своих поставил на ворота, чтобы препятствий вам не чинили. И всё же складывалось, как нам было нужно. Я собирался слух пустить, что ты отца и жениха опозорила, сбежала с конюшим. Так нет же! – Золот так яростно всплеснул руками, что Сияна вздрогнула – как бы ненароком иглу в неё не выпустил. – Сперва девка эта, Ильма, прибежала – тревогу подняла. Как они её упустили?! Дальше ещё веселее – ты умудрилась от наёмников сбежать, не дождалась проходимца этого, который тебя отвезти должен был к тому, кто за тебя заплатил. А, в конце концов, ещё и Волк этот, проклятый, со своей дружиной влез! Нанятых разбойников перебил, тебя, считай, обратно в Верунь привёз. Хотели мы его сразить иглой, да тебя обратно умыкнуть. Так ты сама под иглу подставилась! А тут ещё Лунгерд, чтоб ему икалось, как снег на голову свалился. Как он вас нашёл, только Великим ведомо, но очень уж не вовремя. Всё наперекосяк пошло, всё!
Сияна давно уже хотела заткнуть уши, чтобы этого всего не слышать, да связанные руки не позволяли. Оно, конечно, и к лучшему – правду нужно было узнать, но Золот так обыденно рассказывал о своём предательстве, что у княжны внутри будто коркой льда всё покрывалось.
– Ну, тут уж я подумал, ладно, раз так всё повернулось – по-другому сделаем: тебя от колдовского сна спасём. У меня же зелье есть, которое чары забвения снимает. Мой Марун такое бы князю принёс, от заговорённой иглы тебя избавил, диковинным снадобьем излечил. А в награду попросил бы тебя за него отдать, как раз вовремя – пока форинг в немилость у Гордия попал. Спасителю дочери князь бы не отказал. Но и тут всё сорвалось! Этот Волк проклятый, с его целительным кольцом вмешался… Ну, ничего, теперь этот твой Рагнер за свою настырность и рассчитается, – Золот бросил злой взгляд на Рагнера. – Я так всё подстрою, что его и станут винить в том, что это он тебя украл. Письмецо-то куда дела, в котором
– Сожгла, – процедила Сияна, отвернувшись. Ей было тошно даже просто смотреть на Золота.
– Ничего, это пустяк, – вовсе не огорчился заговорщик. – Я новое в твои покои подкину, ещё и подпишу его именем, чтобы никто не усомнился. Твой волк… или… твой любимый Рагнер. Как лучше?
– Лучше этим письмом свою лживую глотку заткни – глядишь, подавишься, на радость всем! – прошипела Сияна.
– Неласково прощаешься, княжна… – укоризненно покачал головой Золот. – А мне ведь уже назад ехать пора. Больше и не увидимся…
– Надеюсь, – Сияна хотела плюнуть в довольную физиономию Золота, но с трудом сдержалась. Потребовала уже в который раз: – Рагнера расколдуй, мерзавец!
– Ладно… – Золот лениво полез за пазуху, извлёк оттуда мешочек, из которого высыпал на ладонь какие-то мелкие зёрнышки. – Сделаю тебе на прощание подарок. Сниму с него чары…
Несколько этих крупинок Золот вложил в рот Волка.
– Вот и всё! – объявил он.
– Что всё? – не спешила обрадоваться Сияна.
– Скоро очнётся твой Волк… Теперь, и правда, пора мне… Вон за тобой едут. Видишь?
Сияна, в самом деле, приметила впереди на дороге быстро приближающихся всадников.
– Кому ты меня продал? Скажи! – вцепилась она в рукав Золота, прежде чем тот успел покинуть сани. – Ведь всё равно уже ничего не изменить… Скажи!
Золот окинул брезгливым взглядом её руки, потом несколько мгновений смотрел в глаза и лишь потом с усмешкой признался:
– Я этого и сам не знаю. Меня, Сиянушка, мало заботило, кому ты достанешься, раз уж мой сын тебя не достоин оказался. За тебя хорошо заплатили. Вот и всё, что мне нужно знать. А кто он, и что с тобой сделает… Это уже меня не касается.
– Будь ты проклят, Золот! – в сердцах бросила Сияна. – Не сойдёт тебе это с рук, всё сторицей вернётся!
– Посмотрим, княжна, посмотрим… – расхохотался напоследок Золот.
Сани остановились, и он проворно спрыгнул в снег на обочине дороги.
***
38 Белые Лебеди с грязными крыльями
– Ну, здравствуй, княжна! Наконец-то свиделись!
Сияна невольно отодвинулась подальше, насколько лавка позволяла, настороженно оглядывая ещё одного незнакомца. А тот, не смущаясь, разглядывал её. Здесь, за пределами города, это было нетрудно – белый ковёр снега и яркая луна делали ночь на удивление светлой.
Едва Золот покинул сани, в которых везли Сияну и Рагнера, с ними поравнялось несколько всадников. Они перекинулись с похитителями приветствиями, а потом этот – рослый, с седоватой бородой и хищными тёмными глазами – заглянул в сани.
Неужели это и есть тот, кто её купил? Не очень-то он похож на человека, который готов щедро платить.
– Эх, знал бы, что столько мороки с тобой будет, ни за что бы на это дельце не согласился! – ухмыльнувшись, доверительно сообщил чужак. – Но отступать я не привык – раз пообещался, надо слово держать. Да и… чем хитрее дичь, тем охота веселее! Ну, ничего, теперь сам за тобой пригляжу – никуда больше не сбежишь.
Значит, это снова лишь один из тех, кому поручено её украсть. Должно быть, тот самый, который Маруна в трактире спаивал.
– Да, теперь-то никуда не денется, – за спиной чужака на миг появился Золот, – только и вы гоните во весь дух, не останавливаясь. Я, конечно, погоню по ложному следу пущу, за это ты, Гран, не переживай! Нужные люди укажут, что видели княжну с Волком на северной дороге. Как мы и договаривались. Но лучше всё-таки вам побыстрее из Лебяжьих Земель убраться. Мало ли…
– Да, не боись, Золот! Уж я из своих рук добычу не выпущу, – высокомерно хмыкнул чужак. – Я же не те дурни, которых в лесу положили. За помощь благодарствую. Раз погони не будет, можно следы не путать, везти княжну сразу
– Ну, коли так, коли всё хорошо… может, и заплатишь сразу, как уговаривались?
– Э, нет, Золот, уговаривались мы не так! – темноглазый лиходей криво усмехнулся. – Вот довезём княжну, куда надобно, а там уж, на месте, сыну твоему серебра сполна и отмерим. А то… мало ли… Одним, вон, уже заплатил, и что… – ни княжны, ни денег.