Надежда Черпинская – Лебёдушка для Серого Волка (страница 18)
– Давайте, и правда, пройдёмся хоть по краю! – неожиданно согласился Волк. Раз его ненаглядная не смогла сюда попасть, так хоть он мечту княжны исполнит. – Успеем ещё в столице нагоститься. Четверть часа ничего не изменит…
Они свернули вправо и тут же нырнули в шумную яркую кутерьму. Оставив лошадей у коновязи под присмотром местной детворы, прошлись по торговым рядам.
Ах, какие запахи тут витали! В животе сразу заурчало требовательно, голод мигом дал о себе знать. Ведь от каши, которой их поутру угощали, давно и воспоминаний не осталось.
Сперва прилавки попались, где свежая горячая выпечка благоухала, дальше мясо на огне жарили. В огромном чане на костре ягодный взвар кипел.
Тут же и мёд продавали, и травы душистые, и ягоды заледенелые, и грибы сушёные.
Волчья дружина мимо пройти не смогла – набрали пирогов, брусничного взвара да зажаристых рёбрышек с дымком. Жуя всю эту вкусноту, побродили немного по рыночной площади, глазея на местный люд, забавы молодцев, которые меж собой в силе состязались, песни послушали.
Рагнер невольно сравнивал всё вокруг с новогодней ярмаркой в Снежени, и выходило, что не так уж здешние празднества от привычных, в Волчьих Землях, отличались. Разве что в Веруни не принято было выставлять на площади украшенную ёль.
Но так-то этот красивый обряд и в Снежени появился не очень давно. Княгиня Хельга такой обычай завела и очень быстро народ в столице к нему приучила. Рагнер думал, что она эту традицию с родины привезла. Но, пожив в Огненных Землях, с удивлением узнал, что у Рысей ёлки ставить на Новый год тоже не заведено.
Тогда он, помнится, ещё сильно удивился – откуда ж она такое взяла? Но случая спросить о том у самого князя или форинга Ильда как-то не представилось, и Рагнер на время об этом забыл. Сейчас вот снова на ум пришло. А ведь вернётся домой – опять не вспомнит.
Да и ладно! Главное, красивая традиция. Особенно детишкам малолетним такая нарядная ёлочка нравилась. Но и взрослые тоже любовались.
А здесь, в Лебяжьем краю, и без ёлки новогоднее веселье вокруг разливалось. Тут жгли в самом центре огромный костёр и
Рагнер этого делать не стал, но постоял рядом, на огонь посмотрел, и на душе как-то посветлело…
Отойдя чуть в сторонку от своих, он даже купил немного сладостей из орехов и ягод с мёдом. Не для себя купил.
Подумалось, всё же Солнцеворот – время чудес… Вдруг Великие его мечты и чаяния услышат, вдруг дадут ему сегодня ещё раз ненаглядную синеглазую Лебёдушку увидеть.
А с пустыми руками к княжне приходить негоже. Вот он ей гостинчик и припас, маленькую крупицу волшебного праздника, на который она так и не попала. Отчего-то Рагнеру казалось, что Сияну такой пустячок порадует.
– Эй, красавец, купи себе оберег! От всякого зла оградит, удачу принесёт, – окликнула Рагнера бойкая, улыбчивая торговка. – Или жену такой красотой порадуй!
– Нет у меня жены, голубушка, – отозвался Рагнер, бросая мимолётный взгляд на прилавок, где сверкали на тусклом зимнем солнце серебряные кольца, браслеты, серьги и подвески.
– Ой, не поверю! Неужто такой молодец и один? – игриво подхватила торговка. – А невеста?
– И невесты нет, – рассмеялся Рагнер, но на душе вдруг стало совсем грустно.
– Тогда тебе точно мимо проходить нельзя, – ещё шире улыбнулась девка. – Купи, что сердце выберет – не пожалеешь! Будет тебе и в бою, и в делах, и в любви удача!
Рагнер усмехнулся, хотел уж было отмахнуться, сказать, что привык лишь на себя, свой меч да верных друзей полагаться, а удача – птица вольная, её в руках не удержишь…
Но взгляд его вдруг зацепился за подвеску дивной красоты. Серебряный волк с распахнутой клыкастой пастью был как живой, только крохотный. На прилавке, где всё больше было самых разных лебедей, да просто затейливых узоров, он так и приковывал взгляд.
Рука к подвеске невольно потянулась, а с языка само собой слетело:
– Вот! Его возьму!
Улыбчивая торговка ещё что-то трещала без умолку, но Рагнер уже не слушал, забрал серебряного волка, даже не торгуясь. Спрятал украшенный вышивкой мешочек с подвеской и цепочкой в кошель на поясе и поспешил догнать своих.
В голове отчего-то поселилась странная мысль, что и эту подвеску он тоже подарит
***
23 Слово князя
Шумная, весёлая ярмарка давно осталась позади, но всё же немного праздника Волки увезли с собой в сердце. Рагнер видел, как взбодрилась его дружина, да и у самого на душе немного посветлело. Снова поверилось, что всё в его руках: что бы там впереди ещё не ждало – он со всем справится.
Дорога, наконец, привела их к воротам Веруни. Рагнер, запрокинув голову, окинул оценивающим взглядом мощную крепостную стену, надёжную каменную кладку, хищные узкие бойницы. Да, столица Лебяжьих Земель производила сильное впечатление.
И всё же порядком уступала и родной Снежени – огромному, многолюдному городу на берегу морского залива, и покинутой не так уж давно Огнежи – горделивой и прекрасной столице Огненных Земель, родовых владений княгини Хельги. Не первый год Рагнер разъезжал по свету, на многие земли и поселения насмотрелся, а потому понимал, что хоть высоко Лунные Лебеди свои горделивые клювы задирали, а тягаться с могущественным соседом никак не могли. Под твёрдой рукой ярл-князя Аррдена давно столько земель и Родов собралось, что с этой силой никому не сравниться.
Вот только князь Гордий, будто оправдывая своё имя, никак не желал признать власть Снежного Волка. Рагнер в этом упрямстве видел лишь высокомерие и спесь. Даже он, будучи лишь простым ратником, понимал, что от такого союза Лебеди больше получили бы, чем потеряли.
Ну да, пришлось бы им Аррдена признать владыкой, главой над собой, стать частью объединённых земель Зимени… Зато ведь и защиту в лице ярл-князя и его войска обрели бы. А ведь всем было известно, что воинов лучше, чем Волки, не сыскать. А кроме того, и торговые дела можно было бы совсем по-другому вести, и путь в морской порт по реке Студёной для Лебедей был бы открыт.
Словом, Гордий наверняка и сам хотел союза с ярл-князем Аррденом, но всё тянул время, пытаясь выторговать себе такие условия, чтобы точно не прогадать. Раз уж не вышло породниться, как того Гордию хотелось, то надо хоть кровушки Волкам попить, прежде чем договор подписать.
Вспомнив о том, что Гордий, было дело, сватов к ярл-князю засылал, Рагнер так дёрнул поводья, что Беляна едва не споткнулась и возмущённо фыркнула. Он со своей кобылой всегда был дружен и обращался бережно, вот и не ожидала она такого.
Рагнер и сам от себя не ожидал…
Но ведь только сейчас всё то, что слышал когда-то от князя, обрело внезапно краски и лица. До ошеломлённого Рагнера дошло, что его ненаглядная Лебёдушка и есть та самая Сияна, меньшая дочь Гордия, которую сватали за Аррдена.
Это что же… выходит… сейчас его милая уже вполне могла бы быть чужой женой. Да не просто чужой, а женой того, кому он поклялся верно служить до конца своих дней, женой ярл-князя. Она была бы сейчас княгиней всей Зимени. Представив Сияну на месте Хельги, Волк дышать на миг перестал. От этого разумения Рагнера даже холодный пот прошиб на мгновение, но тут же, впрочем, отпустило.
Он усмехнулся сам себе – оказывается, не всё так плохо: да, до княжны ему, конечно, как до луны в небе… Но всё же княжна – не княгиня, брачными обещаниями Сияна пока не связана, а значит… Не всё ещё потеряно!
Даже если Золот сказал правду, и у неё уже есть жених, этот спесивый Гусь, даже если всё так… у Рагнера ещё остаётся надежда.
***
У ворот, как оно и бывало на подъезде к любому большому городу, собралась толчея из всадников, телег и пеших путников. Но, завидев Золота, народ расступался, пропускал вперёд. Да и стража, почтительно поклонившись, не остановила ни его самого, ни спешащих за ним Волков.
Дальше путь пролегал по узким многолюдным улочкам города, и пришлось на время отбросить всякие размышления, и следить лишь за тем, чтобы кобыла не зацепила прохожих. Беляна, конечно, была умницей, и никогда бы с умыслом на человека наступать не стала, но уж больно тесно оказалось на улицах Веруни. Со стороны столица Лебяжьих Земель как-то посолиднее и попросторнее смотрелась.
Наконец, добрались до княжеского двора, и Рагнер выдохнул с облегчением.
Пока они спешивались, пока лошадей на конюшню отдавали, Рагнер украдкой по сторонам поглядывал: надо было обстановку оценить. Но в тайне он, конечно, надеялся ещё и знакомое лицо узреть, что так дорого было сердцу.
Увы, хоть и сновал по двору люд самый разный, княжны среди чужих Рагнер не приметил. Понять вот так с первого взгляда, что располагалось во множестве небольших строений вокруг, тоже оказалось невозможно.
Зато уж терем самого князя ни с чем нельзя было спутать. В Волчьих Землях ярлы предпочитали из камня замки возводить – привычка, оставшаяся со времён многолетних усобиц. А здесь в Лебяжьих Землях терем был сложен из добротных брёвен, в несколько ярусов, украшен резьбой. Смотрелось богато, красиво.